ЛитМир - Электронная Библиотека

Мы всего лишь заменили ваши несовершенные линзы на новые, лучшие, а также внесли некоторые усовершенствования в устройство обработки изображения, которое находится за линзами.

— Вы что-то сделали с палочками и клубочками? — бормотал Эван. -

Что-то сделали, и теперь я вижу не только видимый спектр…

Осторожно ощупывая вокруг глаз, Эван думал: «А что, если бы у них не получилось? Я бы проснулся слепым!»

— Ты должен больше доверять нам, — подал голос библиотека. — Эти врачи из самых искусных.

— Твои глаза имеют довольно простую форму, и очень похожи на то, что мы уже когда-то изучали, — успокаивал его второй врач. — Модификация была не слишком существенной. И мы в любой момент можем вернуть на место твои прежние глаза, как только пожелаешь.

Не существенной… Господи, что еще они могут вытворять? Какие еще операции, Господи, ты им позволишь?

Первый врач поближе подошел к Эвану.

— Мы посвятили немало исследований этим проблемам. Если хочешь, мы можем…

Эван поспешно запротестовал:

— Нет, нет, что ты, вы и так сделали для меня более чем достаточно! А ты уверен, что вы сможете вернуть мне прежние глаза?

Врач снова достал старые глаза Эвана.

— Разумеется, поэтому я и сохранил их. — И жестом, достойным самого закоренелого сюрреалиста, опустил их обратно в небольшое отверстие в своем теле.

— Я все же надеюсь, что ты захочешь остаться с твоими новыми линзами,

— вмешался второй врач. — Было бы жалко пустить по ветру такую замечательную работу.

— Я подумаю над этим, — заколебался Эван. — Но обещайте мне больше не делать ваших экзотических усовершенствований. Даже если эти усовершенствования необходимы с вашей точки зрения. Обещаете? — Врачи дали слово, но, как показалось Эвану, крайне неохотно.

— А если мы предупредим тебя заранее о наших благих намерениях, ты согласишься на операцию? — спросил второй врач.

— Ради Бога, — взмолился Эван, — никаких операций. Тем более, в то время, когда я буду спать!

Они пробирались сквозь лес, оставив реку далеко позади. Дело шло к вечеру. Эже, шедший впереди, вернулся назад к группе, поднялся на задние ноги и прислушался.

— Что случилось? — спросил библиотека.

— Я думаю, он хочет посоветоваться с нами, чтобы мы подтвердили или опровергли его опасения.

— Какие опасения?

— Что-то надвигается на нас. Очень грубые сигналы, исходящие от этого объекта, свидетельствуют о его низком интеллекте.

Вместе с остальными товарищами Эван начал прислушиваться и присматриваться к окружающей растительности. В этом месте леса чисто кремниевая растительность почти полностью подавила кремнийорганику. Пучки стекловидных стеблей всюду поднимались вверх, и лишь кое-где среди них пробивались толстые коричневые арки, на верхушках которых росли огромные переплетающиеся фоторецепторы.

Эван резко повернулся налево.

— Там, кажется я тоже слышу что-то. — И тут раздался громкий треск.

Врач, находившийся рядом, начал нервно оглядываться.

— Но я ничего не слышу.

До Эвана дошло, что друзья, по-видимому, не слышат звуки низких частот, поскольку настроены на радиочастоту, служащую им для связи между собой. Странное существо с шестью крыльями, по три на каждом боку изящного кремниевого тела, выпорхнуло из леса. Оно не нападало, да и вообще не обращало внимания на путешественников. Чудовище было ярко розовое с желтыми полосками.

За ним взлетело еще несколько столь же причудливых существ. А затем и весь кремниевый зоопарк пришел в движение: все побежали, покатились, полетели на восток. Эван не успевал разглядывать всевозможные разновидности убегающих диковинных тварей. Все они отчего-то убегали. Эже тоже понял это.

— Может быть, нам тоже лучше побежать с ними? — начал паниковать

Эван. — Бежать назад к реке.

— Бессмысленные порхания не являются для интеллектуала достаточным основанием для паники, — съязвил библиотека. — Мы не должны отступать, пока нет реальной фазы.

Не было необходимости добавлять, что ни Эван, ни врачи не были приспособлены к быстрому бегству. Эван пытался рассмотреть хоть что-нибудь сквозь густые заросли. Пожара, похоже, нет, не видно ни дыма, ни огня.

Вдруг слева от него упали два гигантских кремниевых дерева. Густая жидкость потекла из разломов. Глаза Эвана расширились.

— Это шерван! — закричал библиотека.

С тех пор, как появилась Призма, Эван встречал множество самых фантастических форм жизни, но сейчас его взору предстало доселе невиданное. Это были длинные и толстые щупальца, покрытые непрозрачными оболочками, их можно было назвать шеями с челюстями. Каждая такая шея имела на торце пасть с несколькими вращающимися рядами зубов. Эван насчитал двенадцать щелкающих хищных щупалец-шей с челюстями, объединенных одним телом в виде серой глыбы, не имеющей ни глаз, ни ушей, ни каких-либо других органов чувств. Чудовище передвигалось на конечностях, похожих на гусеничный механизм, и эти гусеницы вращались с бешеной скоростью, неся чудовище с невероятной быстротой.

Прежде, чем Эван и его спутники успели разбежаться по сторонам, один из воинов был схвачен мощной пастью чудовища. Она зажала его железной хваткой, а две другие пасти тут же с двух сторон начали грызть бойца, корчащегося и извивающегося. Боец был растерзан на куски, но все же успел прогрызть своими зубами одну из шей.

Эван спрятался за деревом, но не заметил, как еще одна длинная шея схватила его пастью. Зубы шервана прогрызли скафандр и вырвали кусок живота. Ошеломленный Эван увидел свои кишки.

Подскочивший боец начал быстро точить зубами шею чудовища, во все стороны полетели кремниевые стружки. Шея отпустила Эвана и набросилась на бойца. Превозмогая боль, Эван побежал прочь с зияющей дырой в животе.

Шерван с демонической быстротой нагнал его и ударил в спину. Затрещали кости. Отпущенный чудовищем боец снова бросился на выручку, и на этот раз ему удалось перерезать адскую шею.

После таких ран человек может жить лишь короткое время, пока еще жив мозг. Последнее, что помнил Эван — чувство падения в бездну. Теперь он лежал в полубессознательном состоянии, пытаясь понять, что произошло.

Шерван, кажется, ушел. Потеряв одно то ли щупальце, то ли шею, он, наверное, пошел искать более подходящую жертву. Первый врач обрабатывал многочисленные раны бойцов. Один боец был почти убит и большей частью съеден, другие отделались более легкими повреждениями.

Эван, к сожалению, был сделан из мяса и крови.

Его нашли в траве, лежащим недвижно там, где он упал от удара шервана. Врачи разрезали и сняли с него скафандр. Их познания в устройстве органических существ подсказывали им, что раны очень серьезны.

Во избежание проникновения инфекции второй врач покрыл раны Эвана тонкой прозрачной пленкой, обладающей антисептическими свойствами. Раны под пленкой заполнились кровью. Даже бойцы поняли — без серьезного хирургического вмешательства их непрочный товарищ из органического мира не протянет и до вечера.

Начались срочные консультации. Этот самобытный насос, качающий красную жидкость сквозь весь организм, был полностью испорчен, но пока еще судорожно и неритмично работал. То же можно было сказать о двух зеркально симметричных воздушных насосах. Расположенные ниже устройства, служащие для проведения некоторых химических реакций, были раздавлены. Эван потерял сознание с мыслью о том, что все кончено, ведь с такими ранами выжить невозможно.

А в это время его товарищи бесстрастно обсуждали предстоящий ремонт

Эвана.

— Это будет любопытно, — поделился впечатлениями библиотека, — мы никогда раньше не ремонтировали органические существа, поврежденные до такой степени.

— Ему это может не понравиться, — оторвался Эже от процессора, поворачиваясь к врачам.

— У него нет выбора, — констатировал библиотека, — и у вас тоже. Если вы не почините его сейчас же, он умрет. Вы посмотрите на это месиво. Вы же знаете, сколь хрупки органические системы. Надо срочно принимать меры.

43
{"b":"9072","o":1}