ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Люди и обезьяны молча разглядывали друг друга. Затем самый маленький уакари быстро взобрался на ближайшее к дороге дерево, вытащил из рюкзачка маленький коммуникатор и забарабанил пальцами по кнопкам прибора.

— Они из Резервы. — Хаяки постарался говорить шепотом.

На это в общем-то и не требовалось указывать. Расположенный в заповеднике Ла-Амистад, Сьюдад-Симиано был создан еще в 50-х годах с целью обеспечить домом тех приматов, которые были субъектами или потомством ныне запрещенных исследований в области генетических манипуляций, направленных на усиление интеллекта обезьян. Находившиеся более сорока лет в фокусе борьбы между научными и природоохранными организациями, данные эксперименты проводились также и над дельфинами. Но в то время, как дельфины с усиленным интеллектом располагали для проживания океанскими просторами, во все более заполоняемом людьми мире не наличествовало никаких резерваций для человекообразных обезьян и их родственников. Вот потому в Ла-Амистаде и создали Сьюдад-Симиано — Город Обезьян.

Однако знание этого на деле ничуть не подготовило Хаяки и Карденаса ко встрече со здешними обитателями лицом к лицу.

— Я читал о том, как они свободно разгуливают кругом, — шепнул инспектор другу, — но не знал, что им дозволяется выбираться за границы Резервы.

— Ты знал, что им дозволено ношение оружия? — Хаяки в первую очередь обратил внимание на ножи. Они были сделаны из металла и композита, а не вырезаны из дерева или кости. И он благоразумно держал руки на виду и подальше от своего служебного пистолета.

— Нет. — Карденас сосредоточился на двух уакари, остававшихся на земле, пытаясь прочесть их настрой по глазам и движениям. За долгую карьеру ему довелось много чего повидать и испытать, но это был первый случай, когда он пытался сынтуитить обезьяну.

С приглушенным треском ветвей и листьев, энергичный связист спустился с вершины и присоединился к своим неразговорчивым белесым спутникам.

— Послушайте, хомберы. Мы с моим другом из Севамериканской Федеральной Полиции. Понимаете — полисия? Федералы! Нас ждали.

Двое уакари переглянулись и тихо посовещались между собой. «Каков же уровень их интеллекта?» — невольно гадал инспектор. Способны ли они понимать человеческую речь? Или они общались только посредством своего традиционного лопотанья? Шимпанзе, за которыми наблюдали в природных условиях, пользовались простыми инструментами вроде камней и палок. Об этом знали еще с середины двадцатого века. На переход от палки к ножу отнюдь не требовалось такого уж большого эволюционного скачка. Что же касалось компактного коммуникатора, то он мог быть запрограммирован посылать один из нескольких компактных сигналов. Такой процедуре легко можно обучить и закрепить усвоенное с помощью награды в виде еды.

— Может быть, — задумчиво рискнул предположить Хаяки, прислушиваясь к переговорам уакари, — лесничие Резервы уже выехали встретить нас.

— Или, может, это чистое совпадение. — Тут его внимание от бормочущих, энергичных обезьянок отвлекло какое-то движение в лесу слева.

Из кустов неторопливо вышло полдюжины вельдтовых бабуинов. Более крупные, чем уакари, они располагали ножами побольше. А впереди шел единственный стройный, удивительно похожий на человека шимп. На груди у него скрещивались кожаные ремни, в то время как за плечами висел неизменный рюкзак. В отличие от своих спутников-приматов он приближался на двух ногах и не имел никакого оружия.

— Это бонобо[52], — шепнул коллеге завороженный Карденас. — Их считали самыми умными и похожими на человека из всех обезьян.

— Откуда ты все это знаешь? — Внимание Хаяки то и дело переключалось с бонобо на куда более подозрительных бабуинов.

— Я же тебе говорил. — Карденас ждал, когда уверенный шимп приблизится к ним. — Нужно почаще смотреть вит.

Стоя, бонобо был ростом почти с Карденаса. Прочесть же что-либо по его лицу оказалось невозможным. Он медленно протянул могучую руку к лицу инспектора. Карденас напрягся, но остался недвижим. Проворные пальцы схватили человека за вислый ус и осторожно потянули. Выпустив ус, бонобо отступил на шаг, почесал собственную бородатую морду — и улыбнулся во весь рот. При виде этого бабуины и уакари заверещали от восторга.

— Не вздумай, — кратко шепнул своему спутнику Карденас, — сказать ни слова.

— Кто, я? — Хаяки старательно избегал строгого взгляда друга.

Когда общий смех стих, бонобо шлепнул себя по груди и крякнул:

— Джо!

Карденас с Хаяки повторили жест шимпа, после чего Карденас достал из внутреннего кармана своего все еще влажного костюма от «Уиллиса и Гейгера» идент-браслет. С потерей спиннеров в выгоревшем «4X4» у него не осталось никакой другой официальной идентификации. Находясь в ЦАФ, он мог носить браслет в кармане, но не на руке. Узнает ли примат идент и поймет ли, что тот означал?

Реакция бонобо была столь же явной, сколь и неожиданной. Сунув руку за спину, он достал из рюкзака браслет, почти идентичный инспекторскому. Цвета и узоры различались, но значение не вызывало никаких сомнений.

— Будь я проклят, — пробормотал ошарашенный Хаяки. — Коллега!

— Си — да, — гордо провозгласил бонобо. И, повернувшись, сделал жест, приглашающий людей следовать за ним. Те без колебаний так и сделали, с радостью увидев, что их устрашающие телохранители-бабуины убрали оружие в ножны. А перемахнувшие без всяких усилий на деревья уакари наблюдали за происходящим сверху.

Пройдя так меньше десяти минут, они подошли к небольшому пикапу с откидным верхом. Тот как раз и был откинут, являя взорам и передние сиденья, и открытый пол. На дверце с пассажирской стороны красовалась элегантная эмблема, на которой фигурировали местные деревья, солнце и тянущаяся вверх волосатая рука. Свои мысли о скрещенных бананах и вздыбленных кокосовых орехах Хаяки оставил при себе. Показав на машину, бонобо снова улыбнулся и сделал им знак залезать.

— Собрес — ладно! — Будучи не в состоянии втиснуться на переднее сиденье, Хаяки погрузился сзади. — Хватит с меня прогулок при такой влажности! — Он удрученно пощупал на груди совершенно сырую рубашку. — Правда, промокнуть сильнее мы б уже не смогли.

Карденас скользнул на пассажирское сиденье спереди.

— Интересно, а где же водитель?

Ответ на свой вопрос он получил, когда Джо запрыгнул на водительское сиденье. Активированный передающим устройством в виде кольца на среднем пальце, двигатель сразу же загудел. Грузовик выскочил на дорогу и вскоре развил удивительную скорость. Сидевший за сиденьями Хаяки оказался окруженным полудюжиной любопытных бабуинов, передние клыки которых были подлиннее ножей, какие сержант отбирал в свое время у шныряющих по улицам подкодов. Он вымученно улыбался и цеплялся изо вех сил за борт, чтобы его не выбросило из машины.

Сосредоточившийся на вождении Джо заговорил, не глядя на гостя:

— Анхель полиция — Джо полиция!

— Да, — согласился Карденас. — Также, как и мой спутник. Вы полицейский в Резерве?

— В Резерва лесничий, — гордо ответил бонобо. — Полицейская в Сьюдад-Симиано. Защищать и служить. — Теперь он взглянул на собеседника. — Вы и большой друг иметь разрешение на визит?

— У меня в кармане, — заверил водителя Карденас, испытывая сильное облегчение оттого, что у него имелись при себе настоящие документы. Будь полученное в Сан-Хосе разрешение на въезд в заповедник выдано только в электронном виде, оно пропало бы вместе со всем прочим у него на спиннере. Лишь по счастливой случайности он оставил эти важные удостоверения в заднем кармане брюк.

— Хорошо! — энергично кивнул бонобо. — Ла-Амистад посещай не много люди. В основном лишь ученые. А в Сьюдад приезжай еще меньше. И нам это по нраву.

— Мы постараемся быть хорошими гостями, — заверил его Карденас, — и уедем как можно скорее.

— Да Джо ничуть не против ваш пребываний. Мне нравится люди. — Он сделал жест в сторону пола за сиденьями грохочущего и подпрыгивающего на ухабах грузовика. — Вот для низших типов завязать дружба труднее. Вы знай историю экспериментов? Лишь немногие из крупных обезьян достаточно умный, чтоб воспользоваться мозговой форсаж. В основном шимпанзе. А также орангутаны и немногие другие. А те ребята… — он показал на бабуинов, а затем на следовавших за машиной по деревьям уакари, — …не очень-то толковый, ясно? Тамарины, беличьи обезьяны, колобусы — все они народ очень простоватый. — И, сменив тему, оживленно спросил: — Вам нравится Гундель?

вернуться

52

Бонобо — карликовый шимпанзе.

36
{"b":"9074","o":1}