ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Вы хотите сказать Гендель? У него есть несколько пьес, которые…

— Великий человеческий композитор, — перебил Джо, прежде чем Карденас высказал свое мнение. — Отличный вещь. У нас в Сьюдад есть маленький хор. Может, вам доведись послушать, как обезьяны-ревуны исполняй «Аллилуйя, аминь, аминь» из «Иуда Маккавей». — Он оценивающе хохотнул. — Очень своеобразно.

Дорога продолжала плавно подыматься в горы, углубляясь в старые заросли, первозданный тропический лес. Карденас слушал оживленную болтовню волосатого водителя, а Хаяки, который чувствовал себя весьма неуютно, натянуто улыбался острозубому обезьяньему секстету, делившему с ним пространство за сиденьями грузовика. По пути они миновали множество знаков. Карденас отметил один подсвеченный знак, который плыл в воздухе над одной из развилок.

— Склады. — Джо ловко обогнул рытвину величиной с рыбный садок. — Штаб-квартира заповедник впереди. Мы езжай в Сьюдад. — Он неуверенно посмотрел на сидящего рядом. — Если у вас не отсутствуй желание ехать сейчас.

— Нет. — Заехав в такую даль и видя теперь близкий конец пути, Карденас давно уже все решил. — Сьюдад вполне подойдет.

Бонобо снова заулыбался во всю ширь.

— Сьюдад лучше всего. Приезжих людей не много. Ваша говорить с Соронг.

— Сожалею, — извинился Карденас. — Я не хотел вам наскучить.

— Нет-нет! — Джо, развеселившись, хлопнул себя по груди. — Соронг глава Сьюдад. Очень толковый парень, понимаешь. Гений, как говорят некоторый исследователь-люди. Да к тому же приятный малый, пусть и не бонобо.

Вид охраняемых ворот посреди такой массы великолепных джунглей порядком смущал, но Карденас решил, что этого нельзя было избежать. Он отметил лишь отсутствие ограды.

— Резерва, — объяснил Джо, когда грузовик начал сбавлять скорость. — Животный нужна свобода передвижений.

Карденас понимающе кивнул.

— А местные тикос не убивают их, если они забредают за границы Резервы?

Джо покачал головой.

— Туристы приезжай смотреть на диких зверей. Нет диких зверей, нет и турист. Нет туриста, нет и денег. Народ знай. Даже люди понимай.

Когда они приблизились к воротам, инспектор вспомнил усвоенное на уроках истории.

— Понимали они не всегда. Скажите, Джо: вы рады, что ученые-люди манипулировали… — он чуть не сказал «обезьянничали» — …с интеллектом ваших предков?

— Разумеется, — пожал плечами бонобо. — Говорить слова для общений всяко лучше, чем визжать и кидаться свой экскременты. Джо по-прежнему может ук-укать не хуже любой, но язык лучше. Но мне жалко этих малышей. — Он ткнул большим пальцем через плечо, показывая на бабуинов за спиной. — У них просто нет этого. — Он слегка постучал себя по горлу тыльной частью свободной руки. — Во всяком случае нет здесь места, чтоб опустить им гортань. Гортань оставайся наверху, никак не можно иметь настоящий речь. Точно так же, как у человеческий дети в первый три месяца.

Карденас не знал, чего ожидать, когда они приблизились к поселению Симиано. Абсурдистское видение зубчатых стен, на которых стоят облаченные в доспехи шимпанзе с арбалетами и пращами, восходило к фантастическим романам, прочтенным в детстве. Действительность оказалась куда проще и прозаичней. Они проехали мимо ряда знаков, предупреждающих путешественников, что те подъезжают к запретной зоне, куда нельзя въезжать без предварительного разрешения. Затем автоматические ворота узнали грузовик и поднялись, позволяя им проехать, прежде чем пересечь узкий содержащийся в хорошем состоянии мост. Скромная речка, над которой он нависал, отнюдь не была рвом, но действенно служила той же цели.

Штаб-квартира ничем не отличалась от того, что визитеры могли бы встретить в аналогичном человеческой поселении. Кучка маленьких сборных домиков, спроектированных с расчетом устоять перед стихиями, рассыпалась вокруг трех более прочных двухэтажных строений. Некоторые явно предназначались для научных исследований, хотя инспектор не мог сказать, на чем же фокусировались эти исследования: на тропическом лесе или на жителях Сьюдада. Приматы разных видов проносились над поселением, пользуясь сетью канатов из синтетического волокна. А под этими воздушными тропами семенили более крупные человекообразные обезьяны.

— У нас здесь свой законы и порядки. — Пренебрегая дверцей, бонобо без усилий перемахнул через борт пикапа. Бабуины высыпали из кузова, в то время как Хаяки выгрузился помедленней. Лихая езда плохо сказалась на его все еще заживающей коже.

Идя к главному зданию, они привлекали к себе любопытные взгляды. Карденас показал на ближайшую исследовательскую лабораторию.

— Кто там работает?

Их коллега оттянул верхнюю губу, скаля зубы в широкой улыбке.

— В смысле — человеки или мы? В основном человеки. Ни одна обезьяна не имей диплома — пока. Нам хватай хлопот с попытками убедить ЦАФ разрешить нам голосовать. — Он широко развел черно-седыми руками. — Вот скажи мне, человек. Я что — гражданин или экспонат? А это тут — город или зоопарк?

— Я всего лишь гость, — тактично ответил Карденас. — У меня не хватает знаний, чтобы даже подступиться к обсуждению такой темы.

Джо исполнил великолепное сальто назад и ткнул длинным пальцем в сторону инспектора.

— Когда-нибудь человекам придется занять определенную позицию. — Он принялся подыматься по лестнице. Вокруг всего здания тянулось широкое крытое крыльцо. На пластиковом полу не было стульев, только шезлонги, подвешенные на веревках корзины да пара качелей, сделанных из старых автомобильных покрышек.

Никакого портье в здании не было. В целом все это строение с комнатами, большей частью лишенными мебели, незастекленными окнами и открытыми дверными проемами, походило на турбазу в джунглях. С обратной стороны здания второе крытое крыльцо выходило на крутой склон, открывая вид на полог тропического леса.

— Теперь оставляй вас здесь. — Бонобо сердечно хлопнул каждого из них по спине, так что Карденаса покачнулся, и даже Хаяки поморщился. — Джо жди работа. Вы пока говорить с директор. Получать свои ответы. — Он лихо подмигнул. — Может, Джо еще увидеться с вами.

— Минуточку, — начал было Хаяки, но шимп уже повернулся и поспешил на четвереньках обратно в здание. — Ну, просто прекрасно, — пробормотал сержант. — И что теперь? Где этот «директор»?

Тут огромная серая гора на противоположной стороне крыльца, которую Карденас принял за декоративную каменную скульптуру, слегка распрямилась и двинулась на четвереньках к ним.

Оба человека не отступили ни на шаг. Может быть, их и заставили бы заколебаться двести кило мускулов, или же мысль о том, что эти длинные серебристые руки способны отрывать ноги с такой же легкостью, с какой отделяют ножки от рождественской индейки, или челюсти, способные разгрызть кость, словно воздушную кукурузу, но так или иначе Карденас счел, что бегство отпадает.

Огромная среброспинная горилла остановилась менее чем в метре от них. А затем уселась перед ними, скрестила ноги, свела вместе громадные ладони массивных рук и наклонила голову вперед в кратком кивке с признанием их миссии.

— Добро пожаловать в Сьюдад-Симиано, джентльмены. — Одна рука сделала жест в сторону стоящей поблизости кушетки, единственного предмета человеческой мебели в поле зрения. — Присаживайтесь, пожалуйста. Я — Соронг, директор обезьяньего поселения. — Другая рука протянулась к инспектору. Карденас инстинктивно протянул свою и почувствовал, как его пальцы совершенно утонули в чужой ладони. Рукопожатие было твердым, но контролируемым, и он убрал руку целой и невредимой.

Чувствуя их беспокойство, директор порылся в висящей у него на боку сумке и извлек самые большие очки, какие когда-либо видел Карденас. Водрузив их на нос и закрепив дужки по обеим сторонам головы, огромный примат успокаивающе улыбнулся.

— Один из аскари-уакари Джо уведомил меня по комму о вашем появлении. Как я понимаю, у вас приключились какие-то неприятности с машиной? В заповеднике никто не прогуливается по дорогам и тропинкам. Он также сообщил мне, что вы полицейские из Севамерики. Несомненно, та пара, о прибытии которой нас известил несколько дней назад Сан-Хосе. Чем мы можем вам помочь?

37
{"b":"9074","o":1}