ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Дом Вингейтов на Кей-стрйт в Джорджтауне постоянно навещали дамы из общества, занимавшиеся благотворительностью, крупные бизнесмены, влиятельные политики. Для них Марианна придумала ставшие уже знаменитыми «интимные» обеды, проходившие при свечах. «Ты не поверишь, дорогой, — говорила она со смехом Баку, — но люди буквально посходили с ума — они в прямом смысле предлагают моим друзьям деньги, чтобы быть представленными нам и разжиться впоследствии приглашением на один из наших обедов. Разве это не чудо?»

Бак наблюдал за женой, сидящей во главе стола — полированного чуда из палисандрового дерева в георгианском стиле, накрытого белоснежной крахмальной скатертью и уставленного столовым серебром восемнадцатого века, фарфоровыми тарелками и хрустальными бокалами, и понимал, что она с самого рождения была предназначена для роли хозяйки светского салона. И Баку нравилось, как она справляется с этой ролью. Плохо другое — за обедом не было ни одного человека, которого он мог бы назвать своим другом. Неожиданно Бак почувствовал себя на удивление одиноким, и ему снова вспомнилась очаровательная женщина в воздушном жемчужно-сером платье.

— Слушай, давай пригласим как-нибудь в Бродлендз друзей. Скажем, на Рождество, — неожиданно для самого себя сказал Бак, когда гости ушли. Они сидели в спальне Марианны и устало следили за плавными движениями служанки, развешивающей наряды хозяйки. Марианна в нежно-розовом пеньюаре пристально разглядывала свое ухоженное лицо в туалетном зеркале и легкими движениями пальцев наносила на щеки вечерний крем. Услышав слова Бака, она оживилась. Единственное место под небом Америки, которое Марианна любила более всего на свете, — было подаренное дедушкой деревенское поместье, в котором прошло ее детство.

— Прекрасная идея, дорогой, — с энтузиазмом воскликнула она. — Что может быть лучше рождественского праздника на природе в компании друзей, да и дети будут рады. Завтра же я набросаю список приглашенных и дам задание экономке продумать все как следует.

— А может, нам следует просто-напросто встретить Рождество вдвоем и с детьми? В последнее время я так редко их вижу.

Марианна вздохнула.

— Это верно, дорогой, но в нашем крохотном домишке просто не хватает места для всех, поэтому я полагаю, что им куда удобнее находиться в своих пансионах под постоянным присмотром. Ведь мы с тобой всегда так заняты… — Она снова вздохнула и с наслаждением потянулась, закинув руки за голову. — Каждый вечер я чувствую себя уставшей, как собака, и не понимаю, откуда берутся силы, чтобы жить дальше.

Бак взглянул на жену и столкнулся с ее пустым, равнодушным взглядом, отразившимся в зеркале. «Что произошло с нашим браком?» — с грустью подумал он. Так случилось, что с самого начала их жизнь была подчинена единственной цели — любой ценой добиться того, чтобы Бак все выше и выше продвигался по служебной лестнице. При этом главным для Марианны было удовлетворение собственного тщеславия. Если бы не дети и не эта чертова карьера, он давно бы развелся с женой, но при нынешнем положении вещей он был слишком крепко к ней прикован.

— Доброй ночи, Марианна, — тихо сказал Бак и вышел, осторожно притворив за собой дверь.

Бак Вингейт чрезвычайно любил Нью-Йорк и предпраздничные рождественские дни. Ему доставляло большое удовольствие наблюдать за разряженными Санта-Клаусами, которые звонили в серебряные колокольчики, заманивая покупателей в большие магазины, и вдыхать запах жареных каштанов, доносившийся из небольших закусочных, обычно располагавшихся на оживленных уличных перекрестках. Морозный воздух бодрил сенатора, и он невольно возвращался памятью в добрый мир детства — к катанию на коньках по замерзшей поверхности пруда, к лихим спускам с ледяной горки на днище старого жестяного подноса. Добрый старый дом, который выстроил дедушка в Новой Англии! Там всегда было тепло и уютно, а как весело справляли там Рождество! Бак с грустной улыбкой рассматривал выставленные в витрине заводные игрушечные паровозики и веселых мохнатых зверушек из плюша, выстроившихся на полке за стеклом, и вспоминал, как в камине празднично гудело пламя, за окном падал белый пушистый снег, а загадочные подарки, принесенные Санта-Клаусом ночью, дожидались, чтобы их распаковали быстрые детские пальцы. Вспоминался веселый смех домочадцев и дразнящие ароматы, доносившиеся из приоткрытых дверей кухни. Баку вдруг до боли захотелось, чтобы детство повторилось и можно было начать жизнь сначала.

Фрэнси совершенно не рассчитывала встретить Бака Вингейта на улице рядом с витриной игрушечного магазина. Она остановилась на мгновение, раздумывая, окликнуть его или нет. Потом решила, что лучше не стоит, и уже собралась идти своей дорогой, когда Бак оглянулся и посмотрел на нее.

— Вы меня помните? — застенчиво спросила она. — Я — Франческа Хэррисон, мы познакомились с вами на приеме у Энни Эйсгарт в Сан-Франциско. — Она протянула ему руку и с улыбкой добавила: — Вы были похожи на маленького мальчика, во все глаза рассматривающего сокровища.

Сенатор смотрел на Фрэнси и думал, что этот подарок ему преподнесла сама судьба. Франческа казалась такой свежей и красивой в облегающем бежевом пальто из драпа с лисьим воротником, отчасти, скрывавшим ее разрумянившиеся от мороза щеки. И снова Бака поразили ее глаза — глубокие, небесно-голубые и блестящие. Он смущенно улыбнулся.

— Неужели это было так заметно? Я просто вспомнил, как мы в детстве встречали Рождество. — Он все еще держал ее руку в своей, ощущая тепло ее кожи сквозь замшевую перчатку. — Конечно, я вас помню, Франческа.

Бак не отважился произнести: «Как же я мог вас забыть?» — но его глаза говорили красноречивее слов.

— А что вы, собственно, делаете в Нью-Йорке, мисс Хэррисон? — спросил он, словно очнувшись и отпуская, наконец, руку Фрэнси.

Она ответила, что приехала в город по делам корпорации Лаи Цина и решила заодно сделать кое-какие покупки к Рождеству.

Он посмотрел на красиво упакованные свертки, которые она держала в руках, и пробормотал вполголоса:

— Похоже на то, что вы куда удачливее меня. Я так ничего и не выбрал в подарок Марианне — моей жене.

Фрэнси представила себе холодную и уверенную в себе Марианну.

— Может быть, какие-нибудь украшения? — неуверенно предположила она.

Бак отрицательно покачал головой и ухмыльнулся:

— Еще одна пара серег, и ее начнут принимать за разукрашенную рождественскую елку.

Фрэнси рассмеялась. Бак подумал, насколько улыбка и хорошее настроение красят женщину.

— Если бы я имела честь быть вашей женой, мистер Вингейт, — с лукавой улыбкой произнесла она, — то я бы попросила вас подарить мне одну вещь, которую я только что увидела в магазинчике, торгующем произведениями искусства, и сразу в нее влюбилась.

— А почему бы вам не показать ее мне? — предложил Вингейт, которому совершенно не хотелось расставаться с Франческой.

Фрэнси согласилась, и они, дружески болтая, двинулись по Пятой авеню, завернули за угол и сразу же наткнулись на маленький магазинчик. В витрине был выставлен портрет светловолосой девочки кисти Моризо. Ребенок смотрел на мир широко открытыми от удивления, не по-детски серьезными глазами. Фрэнси вздохнула.

— Мне кажется, — сказала она, — что художнику удалось запечатлеть на этой картине истинный образ детства.

Баку вспомнились его собственные мысли о детстве, буквально за полчаса до встречи с Фрэнси, посетившие его, и он не мог с ней не согласиться.

— Однако боюсь, это не совсем то, что в состоянии оценить Марианна. Куплю-ка я ей, пожалуй, нитку серого жемчуга.

Сенатор произнес эти слова и посмотрел вверх — в воздухе медленно кружились и плавно опускались на землю первые в этом году снежинки. Было только четыре часа, но небо уже потемнело по-ночному.

— По крайней мере, позвольте предложить вам чашку чая, — с волнением проговорил Бак, — ведь должен я хоть как-то отблагодарить вас за хлопоты.

Фрэнси сдвинула брови на переносице, размышляя.

105
{"b":"908","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Никита ищет море
YouTube. «Волшебная кнопка» успеха. Создай канал на миллион просмотров!
Как заговорить на любом языке. Увлекательная методика, позволяющая быстро и эффективно выучить любой иностранный язык
Нет оправданий! Сила самодисциплины. 21 путь к стабильному успеху и счастью
Око Золтара
Икигай. Смысл жизни по-японски
#Имя для Лис
Взвод «пиджаков»
Ольга, княгиня воинской удачи