ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Марианна смерила Энни холодным взглядом. Она догадывалась, что эта Эйсгарт — подруга Франчески Хэррисон и, возможно, знает об ее связи с Баком. Тем не менее, Марианна постаралась, чтобы ее голос звучал как можно невиннее.

— Я решила сделать мужу сюрприз, — улыбнулась она. — Бедняга все время проводит в разъездах, и я знаю, как ему меня не хватает. Мужчина, который тратит все свои силы на работу, нуждается в поддержке жены, разве не так?

Энни утвердительно кивнула, но вдруг почувствовала в словах и во всем облике Марианны скрытую угрозу, и в голове ее прозвучал неслышный для посторонних сигнал тревоги.

— Совершенно справедливо, миссис Вингейт, — пробормотала она, — просто мне было бы легче, если бы вы предупредили меня о своем визите заранее — я постаралась бы освободить для вас с мистером Вингейтом ваш любимый номер. Боюсь, что он сейчас занят. Но, может быть, вам подойдет номер под названием «Кнезборо»? Он, разумеется, не столь велик, но из его окон открывается вид на сад и площадь.

— Какой скажете, — Марианна сразу же согласилась, что было для нее нехарактерно. — Прошу вас, распорядитесь, чтобы вещи мужа перенесли туда вместе с моими.

Провожая нежданную гостью к лифту, Энни лихорадочно соображала, что бы это все могло значить. Наверняка Марианна готовит какой-то неприятный сюрприз им всем. В противном случае она не согласилась бы занять номер, меньший по размерам, чем Королевский. И потом, она слишком старалась казаться естественной и милой, что уж совсем никак с ней не вязалось.

Войдя в номер, Марианна вновь наградила Энни холодной, но любезной улыбкой.

— Я, с вашего разрешения, отдохну, мисс Эйсгарт. Хотела бы попросить вас, чтобы меня не беспокоили. Горничная поможет распаковать мне вещи несколько позже. И я буду чрезвычайно рам благодарна, если вы распорядитесь, чтобы мне принесли в номер чаю.

Как только Энни закрыла за собой дверь, Марианна скинула красное пальто и шляпу и, открыв сумочку из крокодиловой кожи, вынула оттуда ключи от своего дорожного кожаного чемодана. Из чемодана она извлекла простое черное пальто, а из шляпной коробки достала широкополую черную шляпу.

Затем она поспешила в ванную комнату, где с помощью пудры, румян и яркой помады изменила собственное лицо почти до неузнаваемости, а волосы убрала под шляпу. Раздался стук в дверь, и она настороженно замерла, но это оказалась всего-навсего горничная, которая принесла заказанный чай, и Марианна через дверь ванной комнаты громко велела оставить поднос на столе. Услышав, что горничная вышла и дверь за ней захлопнулась, Марианна вышла из ванной и надела приготовленное черное пальто. Затем взглянула на себя в зеркало и осталась довольна результатом — узнать ее было теперь довольно трудно. Подхватив сумочку, она направилась к выходу.

В коридоре она оглянулась и, никого не заметив, побежала к запасному выходу, предназначавшемуся для спасения людей на случай пожара. Рывком распахнув дверь, она помчалась вниз по узкой бетонной лестнице. Добравшись до первого этажа, снова оглянулась и вышла через черный ход, впервые в жизни покидая дом через дверь, предназначенную для слуг и пожарников. Оказавшись на улице, она натянула шляпу поглубже на лоб и, моля Бога, чтобы ее никто не увидел и не узнал, свернула на Тейлор-стрит и двинулась по направлению к Ноб-Хиллу. Подъем оказался крутоват, и она часто дышала, пока шла по Калифорния-стрит, рассчитывая без особого труда разыскать дом Фрэнси. Увидев его, наконец, Марианна некоторое время постояла, собираясь с духом, а затем решительно направилась к двери и позвонила.

В это время Гарри как раз возвращался из клуба и с удивлением обнаружил незнакомую женщину, которая стояла у дверей дома его сестры и звонила. В резиденции Лаи Цина посетители были редки, к тому же Гарри показалось, что он где-то уже видел эту женщину в черном. Укрывшись в тени на другой стороне улицы, он увидел, как дверь распахнулась и женщина в черном что-то сказала китайскому слуге. Китаец отворил дверь пошире, пропуская гостью, а та, прежде чем войти, быстро посмотрела налево и направо. И тут Гарри наконец узнал ее и присвистнул. Какого черта, спрашивается, Марианна Вингейт нагрянула в гости к его печально знаменитой сестрице? Какова бы ни была причина, ничего хорошего тут крыться не могло. Марианна не относилась к тому типу женщин, которые ходят в гости к кому попало. К тому же она, по-видимому, очень не хотела, чтобы ее узнали — даже подняла воротник пальто и надвинула на лицо шляпу.

Гарри, заинтригованный до чрезвычайности, поспешил к себе. Войдя в дом, он занял позицию у окна в холле, из которого был виден подъезд соседнего дома. А что, если он ошибся и женщина в черном пальто и шляпе не Марианна? Гарри решил подождать, пока она выйдет, и окончательно удостовериться, так это или нет.

Фрэнси находилась в маленькой гостиной, когда слуга доложил, что ее внизу дожидается миссис Вингейт. Услышав это, она до такой степени растерялась, что переспросила: «Миссис Вингейт?» — в надежде, что слуга допустил ошибку.

Тот утвердительно кивнул:

— Миссис Вингейт, мадам. Она ожидает вас в холле.

Фрэнси медленно поднялась на ноги с дивана, на котором сидела с книгой. Она знала, что визиту Марианны может быть только одно объяснение. Она оглядела свою короткую синюю шерстяную юбку и простую белую блузку и задумалась, стоит ли переодеваться перед тем, как принять соперницу. Затем, пожав плечами, сказала, обращаясь к китайцу:

— Проводи миссис Вингейт в мой кабинет, возьми у нее пальто и передай, что я через минуту буду.

Она уселась перед туалетным столиком и, вся дрожа, принялась сосредоточенно рассматривать свое испуганное лицо. Потом несколькими движениями расчесала длинные прямые волосы и перевязала их на затылке бархатной лентой. Слегка коснувшись надушенным пальцем мочек ушей, она всей грудью вздохнула и направилась к двери. У лестницы Фрэнси помедлила, опустив ладони на живот, где, все еще невидимый для окружающих, уже жил и развивался ребенок Бака, но потом переборола себя и медленно стала спускаться вниз по резной лестнице.

Ао Фонг, слуга-китаец, распахнул перед ней двери кабинета. Марианна Вингейт стояла у окна, глядя на оживленную Калифорния-стрит, по которой текли людские ручейки, смешиваясь с другими у подножия Ноб-Хилла в полноводный поток. Услышав, как отворилась дверь, она повернулась на каблуках и сразу же скрестила свой взгляд со взглядом Фрэнси. Некоторое время женщины молча смотрели друг на друга, словно стараясь оценить силы друг друга.

— Здравствуйте, миссис Вингейт, — вежливо сказала Фрэнси, но, однако, не протянула руки, впрочем, Марианна ни в коем случае на это и не рассчитывала.

— Я перейду прямо к делу, мисс Хэррисон, — проговорила она. — Надеюсь, вы догадываетесь, по какой причине я здесь.

Фрэнси ничего не ответила. Марианна подошла к камину и, опершись на него, медленно обвела глазами роскошно убранную комнату, восточные ковры, покрывавшие пол, картины, которые украшали стены. — У вас красивый дом, мисс Хэррисон, — холодно отметила она, — и, поскольку вы очень богатая женщина, я, разумеется, не стану задавать вам банальный вопрос — не деньги ли моего мужа прельстили вас и не его ли усилиями приобретена вся эта роскошь?

Подбородок Фрэнси слегка дрогнул, но она снова промолчала.

— Хорошо известно, — продолжала Марианна ровным, спокойным голосом, — что мужчины, достигшие определенного возраста, к которым относится и мой муж, время от времени нуждаются в… — тут она заколебалась, подыскивая нужное слово, — так сказать, смене обстановки. Они настолько заняты работой, семьей и столь часто подвергаются воздействию сильнейших стрессов, что им необходимо расслабляться. Интимные отношения с привлекательной сексуальной партнершей, знаете ли, мисс Хэррисон, благотворно сказываются на их характере. К тому же они весьма тщеславны и им нравится считать себя покорителями женских сердец. Иногда я даже думаю, что они куда тщеславнее женщин. — Марианна улыбнулась, и ее улыбка была чуть ли не заговорщической — словно она считает Фрэнси не соперницей, а соратницей в вечной борьбе слабого пола с мужчинами. — Так вот, я хочу сказать, что в этом смысле они весьма напоминают непослушных детей. — Взгляд ее опять стал жестким, и она в упор посмотрела на Фрэнси. — Я должна признать, что вы совсем не такая женщина, которую я представляла себе в качестве любовницы Бака. На этом месте мне казалось более уместной какая-нибудь роскошная экзотическая дама, возможно, с именем, известным в определенных, кинематографических или театральных, кругах… — Марианна отвернулась и вновь направилась к окну.

114
{"b":"908","o":1}