ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Рыбак
Как лечиться правильно. Книга-перезагрузка
Драйв, хайп и кайф
#Лисье зеркало
Вся правда о гормонах и не только
Шесть пробуждений
Научись вести сложные переговоры за 7 дней
Иисус. Историческое расследование
Человек цифровой. Четвертая революция в истории человечества, которая затронет каждого

– Выглядят они вполне дружелюбными. – Банкан спустился следом за товарищами. – Думаете, что-то замышляют?

– Нет, – ответил подозрительный в иных обстоятельствах ленивец. – Здесь слишком редки путники, чтобы разбой превратился в регулярный промысел.

Детеныши и взрослые, болтая без умолку, провожали путешественников к дому. Граджелут оказался прав – гости тут бывали нечасто, и перспектива общения привела утконосов в восторг. Внушительные клювы портили произношение, но разобрать слова было можно.

– Так ффы с сеферо-сапата? – обратился к ним самец, когда все расселись на берегу, на валунах, превращенных в кресла с помощью молотков и зубил. Его жена отогнала лопочущих детей. Утконос засунул большие пальцы за помочи и кивком указал на реку. – Фашей пофоске никокта не переехать черес коры.

– А по тому берегу? – спросил Банкан.

– Мы мошем перепрафить ее на плоту, но это песполесно. Нише по реке тропа софсем непроесшая.

– Мы готовы выслушать предложения, – сказал Граджелут.

Хозяин призадумался.

– У меня мноко дерефа, есть плотниский опыт. Мошет пыть, мы токофоримся. Мне пы прикотилась хорошая кипитка с упряшкой.

– О нет! – воскликнул ленивец. – В этой кибитке все мое имущество!

Товары, пожитки…

– Та не нушны мне ваши пошитки, мошете запрать их с сопой. Я хочу только кипитку и ящерис, и за все таю хорошую, натешную лотку. Это честная стелка.

– А че, начальник в жилу попал, – без колебаний сказал Сквилл.

– Давай, купчина, соглашайся, – нетерпеливо добавила его сестра. – Поплавать для разнообразия на лодочке – разве не в кайф? А то меня уже тошнит от дорожной пыли.

Банкан смотрел на утконоса в упор.

– А вы бывали когда-нибудь ниже по течению? Река там судоходна?

Ленивец одобрительно посмотрел на него.

– Ага, вы учитесь! Вижу, общение со мной пошло вам на пользу.

– Фоопще-то пыфал, – ответил утконос. – Но талеко саплыфать не пыло нушты. – Он указал на свои постройки, на ферму ракообразных, сад, огород, скотный двор. – Стесь – моя семля, и трукой мне не нато. Фам решать. Я отно моку карантирофать: по переку Сприлашуна талеко не уетете. Фыручить мошет только лотка. Или фосфращайтесь, поищите иной путь.

– Не хочется рисковать большим грузом товаров на неизвестной реке, – пробормотал Граджелут.

– Остафьте их стесь, если укотно. Никакой тополнительной платы не потрепую. Я не купес, а фермер. Смошете фернуться за сфоими тофарами, кокта сахотите.

– А как насчет порогов? – поинтересовался Банкан.

– Ф перфые тфа тня их не фстретите, а тальше я не пыфал. Там река пофернет на сеферо-сапат, кута фам и нушно. Кроме токо, срети фас тфе фытры. Им и не такие сурофые фоты нипощем.

– А ведь он прав, язви его! – азартно вскричал Сквилл. – Ежели че, сиганем за борт и заделаем пробоину снаружи.

– Ты был проводником на сухопутной части маршрута, – сказала Ниина ленивцу, – а теперь положись на нас с брательником. Все будет путем, шеф!

– Мы могли бы идти вдоль реки пешком, – прошептал огорченный купец, – но здесь труднопроходимая местность, и чем дальше, тем хуже.

Вынужден признаться, перспектива дальнейшей езды меня не радует.

– А коли так, по рукам.

Утконос подал лапу.

Банкан признался себе, что мысль о путешествии по реке выглядит заманчиво. У него болел отбитый зад и настучавшиеся друг о друга позвонки.

Семейство утконосов оказалось очень гостеприимным, и на долю путников выпали поистине роскошные вечер и ночь. В обмен на кое-что из товаров Граджелута фермер снабдил их внушительными запасами сушеной и свежей рыбы, фруктов, раков, а также овощами с огорода. Даже ленивец не мог не признать, что прибрежные отшельники торгуют честно.

Путешественники уже не жалели, что в Гигрии не удалось добыть продовольствие.

Лодка оказалась крепче и вместительнее, чем они ожидали. Утконосы оснастили ее четырьмя парами весел. Правда, идти предстояло вниз по течению, и особой нужды в веслах не предвиделось – разве что придется отталкиваться от скал, если ущелье вдруг сузится.

Кроме того, суденышко располагало каютой, она же камбуз, и мачтой с треугольным парусом. Он оставался свернутым, когда лодка покинула импровизированную верфь и спокойные воды притока вынесли ее в объятия быстрого Сприлашуна.

Они смотрели на удаляющийся хуторок, пока его не скрыла излучина.

По берегу бежали шестеро детенышей, прощально щелкая клювами, но вот отстали и они. Банкан размышлял, доведется ли еще увидеть эту долинку.

Граджелут, наверное, здесь еще побывает, когда вернется за имуществом.

– Тут есть еще такие поселения? – спросил юноша, ни к кому не обращаясь.

Прислонясь к мачте, он рассматривал скользящие мимо утесы. На утреннем солнце поблескивали толщи песчаника и гранита. В расселинах дикие ящерицы и другая туземная живность задерживались, чтобы недоверчиво посмотреть на дрейфующую лодку. Другие твари, водоплавающие, спешили убраться с пути суденышка, а затем возвращались к своим делам.

– Вот так куда лучше!

Сквилл, освежившись в реке, перемахнул через низкую корму и теперь лежал животом кверху. Граджелут держал румпель, а Ниина, перегнувшись через борт, праздно бороздила лапой воду.

– До чего ж я соскучилась по речке. – Она шумно, с присвистом вздохнула. – Уж и не надеялась искупнуться.

– Рад, что вы довольны новизной, – проворчал ленивец.

Она повернулась к купцу.

– Шеф, а ты ваще када-нибудь весел бываешь? Можа, хоть на пробу посмотришь на мир, как мы с брательником, а?

– Никто не может смотреть на мир, как выдра, кроме другой выдры, – рассудительно произнес Граджелут. – Вашему народу досталась совершенно необыкновенная способность испытывать восторг даже в самых неблагоприятных обстоятельствах.

– Не буду спорить, лупоглазый. Но даже ты должен признать, что нынешние обстоятельства вряд ли можно назвать неприятными.

– Я признаю, что у меня неуклонно повышается настроение.

– Вот и молоток. Тока поосторожней с радостью, а то еще растянешь себе че-нибудь.

– Я скучаю по старой повозке, – продолжал Граджелут, – но ради достижения великих целей надо быть готовым к жертвам. – Он взял чуть лево руля. – Говоря откровенно, этот способ передвижения и прохладнее, и удобнее для некоторых органов.

– В жилу, чувак. – Ниина махнула лапой, но вспоровшая поверхность воды рыба проскочила мимо нее. – Так что прохлаждайся и наслаждайся.

Последнее потребовало от ленивца серьезных усилий, но на четвертый день легкость пути и ожидание столь же приятного его продолжения сказались – с морды Граджелута уже не сходила улыбка.

Течение убыстрилось, стены ущелья стали отвесными, но лодка пока шла беспрепятственно.

В середине дня Сквилл услыхал далекий гул и навострил уши. Он бездельничал рядом с Банканом, стоявшим вахту у руля. Граджелут и Ниина возились на камбузе, стряпая полдник.

– Там чей-то шумит, – прошептал выдр, выпрямляя спину.

– Че там может шуметь? – Ниина высунулась из камбуза с подносом холодных закусок в лапах. – Пороги?

– Наверное.

Сквилл взял еду, но жевал с необычайно опасливой миной.

В скором времени шум заметно усилился.

– Нехилые пороги, – пробормотал выдр, облизав усы. Он обошел кубрик и залез на банку. Вытянул шею, уставился вперед. И уши, и ноздри трепетали от напряжения.

Через секунду он крикнул Банкану:

– Эй, кореш, похоже, у нас небольшая проблема.

– Что за проблема? – отозвался Банкан.

– Не нравится мне это ущелье. Кажись, прямо по курсу оно исчезает.

Банкан тоже вытянул шею и вгляделся.

– Что значит – исчезает?

– Трудно сказать.

Выдр по-обезьяньи вскарабкался на мачту, затенил глаза лапой.

Банкан щурясь смотрел на него.

– Что-нибудь видишь?

– Ни хрена, так-растак. В том-то и проблема.

Улыбка Граджелута исчезла без следа.

– Мне это не нравится.

– Разве утиный клюв не говорил, что речка не безопасная? – пробормотала Ниина.

34
{"b":"9080","o":1}