ЛитМир - Электронная Библиотека

Банкан переключил внимание на Виза, а расстроенный выдр погрузился в молчание.

Снугенхатт, окруженный кси-меррогами, семенил по пустыне. Чи-черог приотстал. Продвигаясь на север, они пересекли череду оврагов с рыхлыми краями, затем повернули направо, к гладкому склону, спустились в глубокое, узкое ущелье меж крутых скал. Протяженность теснины оказалась довольно велика, но наконец она привела странников и их эскорт в большую котловину.

Там на относительно ровной естественной террасе гнездились островерхие палатки самой беспорядочной расцветки: одни – в вертикальную или диагональную полоску, другие – в шахматную клетку, две или три – в разноцветный горох. Большинство жилищ сгрудилось вокруг озерца. Полноводное по весне, окаймленное зеленью, оно занимало углубление в центре котловины. И до того живописной, до того мирной была эта картина, что не хотелось и думать, как в случае чего выбираться из каменного мешка.

Сюда вела только одна дорога, и Банкан уже понял, что это идеальная природная крепость. У Сквилла испарились все страхи, как только он увидел воду. Чи-черог, узнав о заветной мечте выдр, любезно и без колебаний разрешил им поплавать.

Близнецы с потрясающей скоростью избавились от одежды и плюхнулись в восхитительно прохладную влагу. На берегу столпилось множество кочевников, они молча смотрели, как состязаются в прозрачной воде проворные гости. У Банкана отлегло от сердца.

Шатры веселой расцветки, ухоженные, щедро орошаемые поля, дружелюбие Первого Всадника – все говорило о миролюбии жителей деревни. Они и оружие носят скорее всего только для самозащиты – наверняка в суровой пустыне у них хватает недоброжелателей и завистников.

Решив погулять, он спешился и направился к шатрам. И обмер – ближайшее жилище было увенчано черепом.

Миг спустя юноша обнаружил, что далеко не единственный шатер щеголяет подобным украшением. Черепов было много, и ни один не принадлежал рептилии. Напуганный Банкан узнал мертвые головы двух больших кошек. Следующую палатку венчал медвежий череп. Оставалось лишь гадать, что за нелегкая занесла косолапого в Тамаз. Как бы то ни было, злополучный медведь нашел здесь свою погибель.

А может быть, это кости невезучих путешественников, погибших от жары и изнеможения в не прощающей ошибок пустыне? Или их все-таки убили и принесли сюда? Он уже с опаской подумывал, что Сквилл прав, и следовало пробиваться на свободу в тот самый миг, когда они увидели вдали всадников. А теперь бежать слишком поздно. С первого взгляда ясно, что единственный выход – теснина, по которой они приехали, – хорошо охраняется.

Но все же эти черепа, похожие на трофеи, как-то не вяжутся с тщательно возделанными полями. Как правило, просвещенные земледельцы не убивают чужестранцев, громадный труд, вложенный в эти поля, доказывает, что жители деревни – не бандиты с большой дороги. Что же здесь происходит?

Пока самки и пожилые самцы собирали фрукты и овощи, сурикаты помоложе, а также малочисленные кенгуровые крысы оживленно обсуждали стремительную водную акробатику выдр. Снедаемый тяжелыми предчувствиями, Банкан вернулся к своим друзьям. Те вскоре выбрались из воды и расположились на солнышке.

– Нижайше прошу почтить мое жилище. – Чи-черог повел их к самому большому шатру. Впрочем, тот был недостаточно велик, чтобы вместить всех гостей. Вождь смущенно указал на Снугенхатта:

– Боюсь, здесь не хватит места вашему большому другу.

– Не расстраивайтесь, мне и здесь неплохо. – Носорог облизал толстые губы и скрестил передние конечности. – А если поставите выпивку, так и вообще скучать не буду.

– Ваша скромность достойна вознаграждения, и оно не заставит себя ждать.

Чи-черог обратился к одному из соплеменников на незнакомом путникам языке. Тот понимающе кивнул и куда-то побежал.

В шатре земляной пол устилали циновки, на них были разбросаны большие подушки в чехлах из тонкого полотна. Оставалось лишь гадать, украли его или выменяли. К одной из подушек быстро подошел на коротких ножках Чи-черог. Как только он сел, из-за матерчатой ширмы появились стройные молодые сурикатки и сервировали местечко между гостями и хозяином кувшинами с водой, чашками тепловатого зеленого чая и блюдами овощей, несомненно, прямо с грядок.

Сквилл, достаточно взрослый, чтобы интересоваться не только едой, откровенно пялился на гибкие женские тела.

– А у вас тут есть на че поглядеть.

– Ваше одобрение мне льстит. – Чи-черог церемонно поклонился.

Он уже снял балахон и остался в шортах и рубашке из просвечивающей ткани. Первый Всадник был на пядь ниже выдр, а рядом с Банканом выглядел карликом.

Гости опустились на подушки. Банкан с наслаждением ощутил под собой не камень и не металлические доспехи, а мягкую ткань. Но тревога брала свое, расслабиться было почти невозможно.

Чи-черог принял у самки длинную дымящуюся сигару и небрежно помахал ею.

– Ну, а теперь поведайте, как вы оказались на земле кси-меррогов.

Должно быть, вас привело сюда дело чрезвычайной важности, ведь вы, как следует из ваших слов, далеко уехали от родных владений.

Прежде чем Банкан и Граджелут успели открыть рты, Сквилл рванул с места в карьер. Опуская одни нелестные подробности и бесстыдно раздувая другие, он изложил внимательному вождю кси-меррогов и его восхищенному гарему сагу о неподражаемом странствующем рыцаре Сквилле, изредка великодушно поминая словечком-другим скромные заслуги пятерых его спутников.

– Не брательник, а гнилой вонючий эгоист, – пробормотала Ниина.

Сквилл заморгал и повернулся к ней.

– Сеструха, ты че-то вякнула?

– Лишь то, че ты – достойный сын своего отца.

Она обворожительно улыбнулась.

– Эт точно.

Как ни в чем не бывало выдр кивнул и вернулся к своему эпическому повествованию. Когда он заканчивал, котловину уже затопил вечерний сумрак.

Чи-черог был само радушие. Путники досыта наелись свежих фруктов и овощей, отдали должное и тушеным, и жареным, и вареным. В шатре Первого Всадника царило полное согласие.

К изумлению выдр, перед ними поставили широкое блюдо из полированного дерева с целой горой сушеной рыбы.

– Неподалеку есть пещера, выточенная водой и населенная бесцветной слепой рыбой, – с улыбкой объяснил хозяин. – Но уверяю вас, она отнюдь не безвкусна. Ее плоть нежна и сочна и отменно скрашивает нашу диету.

Этими словами он, точно острым ножом, отсек последние подозрения выдр. Даже всегда настороженный ленивец вынужден был признать, что не смел и надеяться на такое гостеприимство.

Виз, набивший крошечный зоб, влетел в шатер и опустился Банкану на плечо. Тихонько рыгнув, он прошептал человеку в ухо:

– Выслушай и постарайся ничем не выдать беспокойство. Мы в беде.

Банкан улыбнулся и вежливо отстранил предложенный молодой самкой поднос с фруктами.

– Что случилось?

– А как ты думаешь? Снуг опять надрался.

На этот раз Банкану было труднее сохранить беспечную мину.

– Только не говори, что его подпоили.

Виз едва не щекотал клювом его ухо.

– Должно быть, это случилось, пока я был здесь, с вами. Не знаю, нарочно это устроили или пойло пришлось по вкусу, но он попросил добавки. Снуг не из тех, кому легко отказать. Но дело не в этом.

Сейчас он валяется на боку и лыка не вяжет. Сомневаюсь, что до утра поднимется на ноги, уже не говоря о том, что побежит.

– Что вы сказали? – подался вперед Чи-черог, и Банкан вспомнил, что все-таки слышал о сурикатах. И об их невероятно тонком слухе. – Ваш большой друг уже уснул? – Вождь кси-меррогов рассмеялся – это больше походило на визгливый, отрывистый лай, как у выдр, но на октаву повыше. – Значит, сегодня ночью он хорошо отдохнет. Как и все вы. А завтра у нас праздник.

Банкан со старательной небрежностью снял со спины дуару и положил на колени. И притворился, будто проверяет настройку. Затем спросил как можно беспечнее:

– Что за праздник?

– Ритуал удобрения. – Чи-черог вскинул голову, указывая носом вверх. – Завтра полнолуние. Мы должны позаботиться, чтобы поля наши наполнились дарами.

62
{"b":"9080","o":1}