ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

На это ему отвечали: «Лехл для этого слишком чувствителен. К тому же враждебная деятельность, как бы незаметна она ни была, немедленно была бы обнаружена. Да и у человека нет шанса на удачную попытку, ибо один неверный шаг приведет к его смерти. Даже попытка медленного отравления сразу будет обнаружена нашими сенсорами во время регулярного обследования. Лехл здоров и не обнаруживает никаких следов постороннего вмешательства.»

"Но человеку, столь страстно заинтересованному в получении максимальной прибыли, — возражал Чэхил, — странно пренебрегать теми инвестиционными возможностями, которые дали бы еще большую прибыль, а не сосредоточиваться на узкой сфере, какой является рождение. Это нелогично оснований. Если же такие факты и были, то человек слишком хорошо их скрывал, чтобы их можно было обнаружить. Поэтому, решил Чэхил Райенз, он теряет время зря или ему следует искать улики в иных местах. В этом случае ему придется объехать все восемьдесят три мира ОТМ.

Как психолог он лучше, чем кто-либо знал о презрении, которое человечество питает к ньюэлам. Один их вид заставлял многих отворачиваться от отвращения и ужаса. Могли быть и более неприятные реакции, хотя путешествовать по ОТМ уже не так опасно, как много лет назад. По иронии судьбы, именно благодаря усилиям Лу-Маклина эти путешествия стали значительно более безопасными.

Знание человеческой психологии должно помочь Чэхилу. Он лучше других представителей своей расы знал, когда нужно приблизиться, а когда отойти в сторону, как предотвратить потенциально опасную ситуацию. Возможно, он знает достаточно, чтобы добиться успеха.

Его учителя были удивлены, когда он обратился за разрешением на изучение человеческого общества непосредственно, а не на расстоянии. Они спорили с ним, не желая терять такой блестящий ум, отдавать такого ценного ученого толпе и насилию, характерному для перенаселенных человеческих городов. Но он настаивал, и ему с неохотой это разрешение предоставили, чему способствовали его характеристика и отличные успехи. Он заказал билет на корабль до Реставона. Это был один из двух главных человеческих миров. Он начнет там свои наблюдения и доберется, по возможности наиболее незаметно, до родины Лу-Маклина Ивенвейта, который под его руководством превратился в индустриального голиафа и вышел на третье место по объему производства, уступая по важности лишь Реставону и самой Терре.

Он не станет торопиться. Настойчивость, а не гений, — вот что зачастую является отличительным признаком преуспевающего ученого.

11

Чэхил всегда основывал свои выводы на результатах научных опытов и владел эти качеством так же, как и умением самостоятельно проводить экспертизу. Второе позволило ему справляться с резкими отказами и откровенными оскорблениями, на которые наталкивались его исследования. К счастью, побудительный мотив — получение прибыли или попросту жадность — являлись общими для обеих рас. Поэтому благодаря настойчивости он находил индивидуумов, чья любовь к деньгам позволяла им преодолевать личную неприязнь, которую они могли испытывать к ворчливому выходцу с Узла.

Оришианцы слишком давно являлись союзниками людей, и поэтому не могли оказать ему большой помощи, но среди менее стойких атабасканцев и иных рас он сумел найти программистов, переполненных недовольством, истинным или воображаемым, и они собирали для него информацию из компьютеров, как считали люди недоступную для постороннего вторжения. Это давало ему в руки рычаги, которыми он пользовался при дальнейших контактах с людьми.

Медленно и неотвратимо работа вела его в Ивенвейт. К этому моменту научная общественность людей вынуждена была, по крайней мере, признать его присутствие. Он был студентом и изучал культурные и психологические проблемы. Они не протестовали против его присутствия. Некоторые даже прониклись к нему симпатией и помогали в работе, так и не поняв истинной цели исследований.

Он никогда не встречался с Лу-Маклином. Большую часть времени великий человек находился в разъездах, инспектируя многочисленные объекты своих интересов в других мирах, пытаясь заключить какой-либо новый выгодный для себя контракт или способствовать слиянию крупных предприятий.

Все это время Чэхил вел счет тех отраслей, к которым Лу-Маклин проявлял интерес внутри миров Великих Семейств и особенно тех сфер, которые были напрямую связаны с рождением. Он обнаружил, что путем тайной скупки, прямого слияния и настойчивости Лу-Маклин сумел поставить под свой контроль около сорока процентов всей коммерции, связанной с рождением.

Этого недостаточно, чтобы стать монополистом, но вполне достаточно, чтобы влиять на куплю и продажу, и конечно же, вполне достаточно, чтобы оказывать влияние на более мелких поставщиков и на их производства.

Лу-Маклин сумел вызвать среди обитателей Уэла такой же энтузиазм, как и среди людей, работавших на его предприятиях. А почему бы и нет? Ведь они не знали, что благодаря их усилиям, на самом верху пирамиды обогащается именно он. Они были лояльны к своей компании и к своим непосредственным руководителям, а те были обитателями Уэла. Редко кто из них имел прямые контакты с людьми, а с самим Лу-Маклином и вовсе никто.

Агенты Семейств, приставленные, чтобы наблюдать за ним, не проявляли признаков тревоги. Экономисты Семейств приветствовали новый приток капиталов, а «Си» одобряло новые доказательства заинтересованности человека в своих союзниках. Судьба Лу-Маклина была таким образом замкнута на увеличивающемся благосостоянии ньюэлов.

Инвестиции этого человека в производства Семейств стали столь велики, что угроза их возможной конфискации представляла уже не меньшее, а даже более грозное оружие, чем имплантированный лехл.

Но Чэхил, тем не менее, был полон тревоги, потому что Лу-Маклин продолжал делать денежные вливания в отрасли, связанные с рождением, когда мог бы получать доходы в иных областях производства.

Затем произошло событие, поразившее Бестрайта и ближайшее окружение Лу-Маклина, но которое очень понравилось ньюэлам. Киис ван Лу-Маклин объявил о своем намерении жениться. Эта новость была встречена общей радостью среди Великих Семейств, и она была тем большей, так как они понимали: тот на ком лежит ответственность за семью, не рискнет предать.

Ее имя было Тамбу Табухан. Лу-Маклин встретил ее на Терре. Машина его проезжала по заводу, который выпускал компоненты для компьютеров, как вдруг он увидел драку. В ней принимали участие одна женщина и трое мужчин. Лу-Маклин, не колеблясь, остановил машину и вмешался в стычку. Женщина отважно отстаивала свои интересы, а одно это уже подняло ее над бурлящей человеческой массой.

Волосы ее были черными и прямыми, а глаза выдавали восточное происхождение.

— Кто просил вас вмешиваться? — резко спросила она, тяжело дыша и придерживая на груди шерстяную фабричную одежду. Стоявший за Лу-Маклином менеджер чуть не упал в обморок, пытаясь жестами и гримасами показать работнице, насколько важен человек, на которого она кричит. Но ему это не удалось. Она в упор смотрела на Лу-Маклина.

— Никто, — признал он. — Я не люблю нечестных драк, даже если и сам в них не участвую.

— Эта уже закончена. — Она отвернулась.

Он протянул руку, чтобы остановить ее. Она попыталась стряхнуть руку, но не смогла, что ее очень удивило.

— Меня зовут Киис ван Лу-Маклин.

— И что?

— Я владелец этого завода. — Внешне она стала мягче, но ее тон не изменился.

— Это не дает вам права лапать меня, хотя вы и спасли меня от этих ублюдков.

— А что же дало бы мне право вас лапать, как вы выразились?

— Ничто. Мне плевать, даже если вы владеете и всей планетой.

— А если я вам скажу, что и на самом деле более или менее владею всей планетой?

— Я бы сказала, что вы лжец и грубиян.

— Не буду спорить по поводу грубости, но я не лгу. — Затем он произнес фразу, от которой сердце Бестрайта чуть не остановилось навсегда.

39
{"b":"9082","o":1}