ЛитМир - Электронная Библиотека

Первый извлеченный из-под стойки инструмент напоминал флейту-пикколо, одержимую синдромом Пиноккио: от центральной трубки наподобие ветвей отходили трубочки поменьше. Сделанная из падуба флейта была инкрустирована перламутром.

– Играть на ней затруднительно, хлопотно, проблематично, но сказывают, что в хороших руках она может вызывать дождь и снег.

– Я не метеоролог, мне нужно что-нибудь более универсальное.

– Ясно, понятно, недвусмысленно.

Изя отложил флейту и достал карманный аккордеон. По бокам располагалось всего по четыре клавиши. Джон-Том из чистого любопытства испробовал инструмент. Мадж поморщился.

– Искусный музыкант может с его помощью создавать еду и питье, качество каковых зависит от сладости пения.

– Тада забудем об нем, – вмешался Мадж. – Ежели б наша жисть зависела от мелодичности его рулад, мы б уже сто раз окочурились. – Он отрывисто кивнул на инструмент. – А пытаясь сделать этим пищу, мы подохнем с голоду.

Джон-Том ответил выдру грозным взором, но все-таки вернул аккордеон.

– Все равно я не умею на нем играть.

– Тогда, вероятно, предположительно, должно быть, мне придется вручить вам предмет, каковым вы сумеете воспользоваться в действительности, – с огорченным видом заявил Изя.

При первом взгляде на извлеченный из запирающегося ящика инструмент глаза Джон-Тома вспыхнули от восторга, но после более пристального осмотра пыл его несколько поугас. Несмотря на сходство с его собственным инструментом, это была не дуара – дека поменьше и попроще, другие регуляторы и всего один набор струн. Над отверстием резонатора струны обретали некоторую бесплотность, но в другом измерении все-таки не исчезали.

– Суар. – Изя небрежно коснулся струн. – Этот красавчик принадлежал одному безмозглому фокуснику, вынимавшему его лишь по праздникам.

Мадж прошествовал к стойке, чтобы рассмотреть инструмент получше.

– Набиваешь цену, востроглазый? Он хоть играет?

– Так мне сказывали, хотя прежнего владельца вряд ли можно было назвать мастером по части заклинаний. Быть может, в более искусных руках…

Индри замолчал, не договорив.

– Очень похож на обычную мандолину, – заметил Джон-Том, берясь за суар. – И если бы не это, – он указал на исчезающие струны, – я бы подумал, что вы пытаетесь всучить мне обычный музыкальный инструмент.

– Это за триста золотых? Ну что вы!

– Триста зол… – Мадж поперхнулся, потом положил лапу на руку Джон-Тома. – Пошли отсюда, кореш. Не думал, что встречу грабителя почище себя, но таки встретил.

– Слишком дорого, – сказал Джон-Том.

– Как скажете, – с напускным равнодушием ответил Изя. – Покупатель все равно найдется. Музыка идет за гроши, но магия стоит недешево.

Джон-Том помедлил и на пробу пробежался пальцами по струнам.

Касаться одинарного набора было непривычно, зато суар очень напоминал родную электрогитару, чего о дуаре не скажешь.

– Можно, я его испытаю?

– Разумеется, конечно, всенепременно. – Индри смерил Маджа ледяным взором. – Не хочу, чтобы думали, что я стараюсь обвести вас вокруг пальца.

Джон-Том выбрал «Пинк Флойд» и исполнил несколько пылких строф из «Денег». Результат не оправдал ожиданий, зато доказал, что лавочник – не мошенник. В воздухе сгустилась небольшая тучка, неуверенно поплавала по магазину и разродилась миниатюрной молнией; но вместо грома раздался лязг кассового аппарата, и в подставленную ладонь индри полился дождь монет. В конце концов дождь унялся, и тучка развеялась, но лишь после того, как на прилавке блестящей грудой улеглись ровно триста крупных монет. Единственной проблемой было то, что они оказались не золотыми, а серебряными.

– На большее я не способен, – виновато сообщил Джон-Том.

– Вот и ладно. – Изя обозрел груду серебра. – Ведь это же суар, а не дуара.

– Но магия работает. С ним я могу заниматься чаропением. – Джон-Том держал инструмент на вытянутых руках. – Могуществом он обладает, а вот силы в нем нет. Мне надо только поумерить свои желания. Вы согласитесь принять в уплату серебро и, – он задумался, – пять золотых? Нам еще предстоит оплатить морское путешествие.

– По рукам! Допустимо, годится, приемлемо.

Мадж подошел к Джон-Тому вплотную.

– Приятель, ты мог бы поторговаться и взять его куда дешевле.

– Дешевле чего, Мадж? Мы и так получили его за песню.

Выдр бросил на блестящую груду голодный взгляд.

– Тада как насчет того, кореш, чтоб устроить еще одну пробу? Тока ради развлечения, а?

– Мадж, тебе-то уж следует знать, что результата от песни можно добиться лишь один-единственный раз, тем более с суаром. У него просто не хватит на это могущества.

– Жаль. Ну, по крайней мере ты снова чаропевец, и да поможет нам небо!

– Это не дуара, – кивнул Джон-Том, – но это лучший после дуары инструмент. При грамотном применении он поможет нам вернуться в целости и сохранности. – Юноша повернулся к восхищенному лавочнику. – Спасибо, Изя. Может, когда и увидимся.

– Искренне, весьма надеюсь, наверняка, друг мой.

Выйдя на улицу, Мадж засеменил рядом со своим рослым другом.

– Я-то думал, у тебя денег едва-едва на дорогу до этого Стреляного Кота и обратно, а ты отдал этому глазастому ворюге целых пять золотых!

– Ну и что, Мадж? Зато у нас есть он. – Джон-Том похлопал по суару.

– Я так и думал, что ты это скажешь, – вздохнул выдр.

– Да что ты, Мадж, разве забыл, что однажды я уже напел корабль? А если учесть, сколько я за последнее время учился и упражнялся, почему бы не напеть и второй? Этим мы сэкономим деньги и по пути сможем позволить себе немного роскоши.

– Во-во, например, остаться в живых, – буркнул Мадж.

– Выше голову, ты же видел, что я умею.

– Потому и тревожусь.

– Не стоит. Давай найдем уютную таверну и хорошенько выспимся. А утром отыщем пустой причал, и я напою яхту с автопилотом или что-то вроде.

– Или что-то вроде, – пробормотал Мадж, но едва слышно.

Вопреки настояниям Джон-Тома, предпочитавшего творить заклинания без лишних глаз, Мадж ухитрился согнать целую толпу зрителей, желавших увидеть чаропевца за работой.

– Налетай, честной народ! Тока сегодня! Спешите насытиться зрелищем! Настоящий живой чаропевец! Таинственное и загадочное искусство! – Он заступил дорогу прогуливающемуся купцу. – Эй, сэр денежный мешок, ну-ка, доводилось вам видать настоящую магию? Я имею в виду настоящую магию – при свете дня, без всяких там трюков и хреновин!

– Нет, но я…

– Увидите, как чаропевец наколдует из ничего целый корабль!

Клянусь, вы ни разу не видели ничего подобного за всю свою незамысловатую скучную растительную жисть, а?

– Нет, но я…

– А, значит, не видал миленький экипаж из множества голеньких красотулек? Причем их будет стока, скока уместится на бизань-мачте сверху донизу!

Купец внезапно остановился и попытался посмотреть поверх голов других ротозеев.

– Сколько? – В его голосе зазвучал энтузиазм. Перебирая струны суара и решая, какую песню выбрать, Джон-Том изо всех сил старался игнорировать роящуюся за его спиной возбужденную толпу. Перед ним раскинулась ярровлская гавань. Морские парусники гордо возносили вверх свои мачты, между ними сновали суденышки помельче. Соленый ветер доносил запахи заморских товаров и покрывающих берег нечистот.

Хватит ли мастерства, чтобы сотворить элементарную транспортную песнь перед толпой праздношатающихся зевак? Не это ли называют профессионализмом? Тут вразвалочку подошел Мадж, поигрывая набитым кошельком и ухмыляясь в усы – судя по всему, весьма довольный собой.

– Нехило, приятель. Можа, в этом чаропении все-таки чтой-то есть.

Мы с тобой на пару, да с нашими талантами, явно не пропадем!

– Не забывай, Мадж, что я должен сотворить судно, а не то тебе придется вернуть деньги.

– Эй, пора бы и поглядеть на магию, – крикнул небольшой черный медведь в серебристой тоге и кожаной фуражке. Ему эхом вторили несколько зрителей, которых ждали другие дела. Задержка с началом представления выводила их из себя.

10
{"b":"9088","o":1}