ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
После падения
Отражение. Зеркало отчаяния
Зов кукушки
Я тебе не нянька!
1000 не одна ночь
Китайский конфликт
Хорошо быть тихоней
К дзену на шпильках. Как создать новую жизнь и дело мечты с нуля
Свободу королевскому дракону!

Гэлен Фоули

Влюбленный герцог

Глава 1

Лондон, 1814 год

Много лет назад, кудрявым юношей, совершая длительное путешествие по Италии, он увлекся живописью и остался во Флоренции, чтобы время от времени брать уроки у одного известного итальянского мастера. Романтичный, с глазами, похожими на звезды, он последовал за легкокрылыми музами на юг, к заливу Сорренто, где впервые услышал старинную сицилийскую поговорку: «Месть — это блюдо, которое лучше подавать остывшим». И вот теперь он уже старик, утративший все иллюзии, холодный и осторожный, как римский папа, у которого на уме одни интриги. Прошли десятилетия; он давно забросил живопись, но вот сицилийская поговорка здесь, в Англии, в серый, ненастный день, неожиданным и странным образом доказала свою правоту.

Изысканный аристократ с немощным телом, Джеймс Брекинридж, граф Колдфелл, сжал шишковатыми, скрюченными ревматизмом пальцами набалдашник прогулочной трости, выточенный из слоновой кости. Одному лакею он позволил помочь ему спуститься на землю из роскошной черной городской кареты, а второй лакей держал над ним в это время раскрытый зонтик.

Дремотный покой этого места напоминал бы церковь, если бы не барабанящий дождь. Колдфелл медленно повернулся, устремил взгляд мимо невозмутимых лиц своих слуг, мимо зубчатой чугунной ограды на кладбище Святого Георгия, расположенное на Эксбридж-роуд, к северу от Гайд-парка. Три недели назад он похоронил здесь свою молодую жену. Там, где зеленел склон холма, под леденящей моросью, словно гневная игла, возносился к серым, унылым небесам ее мраморный памятник. Рядом с ним, как и предполагал Колдфелл, виднелся неясный силуэт высокого, сильного, погруженного в задумчивость человека; обдуваемый ветром, он стоял удрученный, опустив широкие плечи; ветер развевал полы его черного плаща.

Хоуксклиф.

Губы Колдфелла растянулись в тонкую линию. Он взял у лакея зонт.

— Я не задержусь.

— Да, милорд.

Опираясь на трость, он медленно поплелся по усыпанной гравием дорожке.

Тридцатилетний Роберт Найт, девятый герцог Хоуксклиф, казалось, не заметил его приближения и стоял каменно неподвижно, как памятник из черного мрамора. Мокрые волнистые черные волосы прилипли ко лбу, холодные струйки дождя бежали по окоченелым щекам, обтекая суровый профиль, а он, не отрываясь, смотрел на желтые нарциссы, посаженные на ее могиле.

Колдфелл поморщился, понимая, что сейчас он не по-джентльменски вторгнется в горе другого человека. Он мог бы оправдать себя тем, что из всех представителей более молодого поколения Хоуксклиф был единственным, кого он уважал. Некоторые тори старого образца, в париках с косичками, считали взгляды молодого магната настораживающе либеральными, но никто не мог отрицать, что Хоуксклиф был в два раза более стоек в своих убеждениях, чем его слабовольный отец.

Роберт стал герцогом в семнадцать лет, твердой рукой управлял тремя огромными имениями и вырастил четверых буйных младших братьев и маленькую сестру практически самостоятельно. Не так давно Роберт произнес речь в палате лордов, и в ней звучало столько силы и красноречия, что все повскакивали со своих мест. Честность Хоуксклифа даже не ставилась под сомнение: его честь можно было сравнить с колоколом лучшего литья. Многие представители нынешней молодежи, например родной племянник Колдфелла и его наследник, дуралей сэр Долф Брекинридж, считали так называемого образцового герцога надменным придирой, но, по мнению более мудрых людей, Хоуксклиф был безупречен во всем.

Горестно было видеть, что сделала с ним смерть Люси.

Ах, все это вздор… Мужчины видят в женщине то, что хотят в ней видеть.

Колдфелл покашлял. Хоуксклиф вздрогнул от неожиданности и повернулся к нему. Буря чувств полыхала в его темных глазах. Здесь была и боль утраты, и тоска, и покорность судьбе — и смущение, когда он увидел Колдфелла. Благородную натуру герцога мучило сознание того, что он возжелал жену своего старого друга. Самому Колдфеллу подобные рыцарские чувства никогда не были свойственны.

Джеймс кивнул молодому человеку.

— Прошу прощения, граф, я уже собирался уходить, — виновато пробормотал герцог, опустив голову.

— Ни в коем случае, ваша светлость, — возразил Колдфелл, пытаясь сгладить неловкость ситуации. — Разделите одиночество старого человека в такой ужасный день.

— Как вам будет угодно, сэр. — Прикрыв глаза от дождя, Хоуксклиф смущенно отвернулся и оглядел неровную линию надгробий.

Колдфелл доплелся до края могилы, проклиная свои ноющие суставы. В хорошую погоду он может без устали охотиться целый день. Но для Люси, похоже, у него не хватает сил…

Ну что ж, у нее были роскошные похороны, именно такие, какие ей понравились бы. Закончив свои дни рядом с Лондоном, она обрела место на самом знаменитом кладбище в городе, прославившемся надгробными памятниками работы Флэксмена, этими образцами изысканного вкуса, каждый из которых стоил целое состояние. И конечно, именно он должен был заплатить за свою самую дорогостоящую ошибку — за стариковскую глупость, с горечью подумал он. Воистину красота — это его слабость. Не имевшая никаких рекомендаций, кроме замечательной копны волос цвета пламени и самых роскошных бедер в христианском мире, двадцатишестилетняя леди Люси О'Мэлли позировала художнику в Шеффилде до того, как околдовала своими чарами Колдфелла и ему пришлось повести ее под венец. Он взял с нее слово, что она будет молчать о своем прошлом, и придумал ей другую биографию. Свое слово она сдержала, поскольку ей больше всего на свете хотелось принадлежать к высшему обществу.

Колдфелл был очень рад, что ему не пришлось хоронить Люси рядом с Маргарет, его первой женой, которая с достойными ее титула почестями упокоилась в фамильном склепе в поместье «Семь дубов», что в Лестершире. Ах, умница Маргарет, супруга его души, чьим единственным недостатком было то, что она не смогла подарить ему сына!

— Я… я весьма сожалею о вашей утрате, граф, — чопорно проговорил Хоуксклиф, избегая встречаться с ним взглядом.

Колдфелл покосился на герцога, вздохнул и кивнул.

— Трудно поверить, что ее действительно больше нет. Такой молодой. Такой полной жизни.

— Что вы теперь будете делать?

— Завтра я уезжаю в Лестершир. Уверен, несколько недель в деревне помогут мне успокоиться. — Посещение «Семи дубов» к тому же избавит его от подозрений, когда этот человек сделает за него все, что нужно.

— Не сомневаюсь, что там вы скорее придете в себя, — произнес Хоуксклиф принятую в их кругу формулу вежливости.

Оба надолго замолчали. Хоуксклиф погрузился в печальные думы. Колдфелл размышлял о том, что теперь ему будет не по себе в роскошном поместье в южном Кенсингтоне — месте, где умерла Люси.

— «Опускайте гроб! Пусть из ее не оскверненной плоти вырастут фиалки!»[1] — еле слышно процитировал Хоуксклиф.

Колдфелл посмотрел на него с жалостью:

— Слова Лаэрта на могиле Офелии.

Герцог молча смотрел на буквы, высеченные на памятнике, — имя Люси, даты ее рождения и смерти.

— Я никогда не касался ее! — наконец заговорил он и повернулся к Колдфеллу, сжавшись от внезапной боли. — Даю вам слово джентльмена! Она вас никогда не обманывала.

Колдфелл спокойно выдержал его взгляд, затем кивнул, по-видимому, удовлетворенный, но вообще-то он и так все знал.

— Ах, Роберт, — произнес он после долгой паузы, — это так странно — как они ее нашли! Она каждый день ходила на наш пруд рисовать лебедей. Как могла она оступиться? Быть может, в голове у меня путается от горя, но все это для меня полная бессмыслица.

— Она никак не могла оступиться, — убежденно заявил Хоуксклиф. — Она была осторожна… очень осторожна.

Его пыл поразил Колдфелла. Прекрасно, значит, все будет намного проще, чем он думал.

— Позвольте вас спросить, граф, — продолжал герцог, — не докладывали ли ваши слуги о чем-нибудь необычном в тот день?

вернуться

1

Перевод Б. Пастернака.

1
{"b":"9103","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Мой милый повеса
Женщина на вес золота глазами мужчины
Изобретено в СССР
Зверинец. Суд над драконом
Здоровье через стопы
Мой дорогой Коул
Level Up. Нокаут 2
Свобода строгого режима. Записки адвоката
Ледяная Шарлотта