ЛитМир - Электронная Библиотека

Ещё ей не хватало Эндрю, чтобы рассказать ему об утренних событиях. Она не думала, что мистер Кендрик стал бы возражать. Эндрю умел держать язык за зубами, и потом он уже знал о кошмаре минувшей ночи.

Кики поднялась и подошла к окну. Улица уже опустела застряла лишь какая-то парочка на велосипедах да трое скачущих вокруг них приятелей, которые тоже вскоре скрылись за углом. Зелёного седана видно не было.

– Высматриваешь прекрасного принца на белом коне? – саркастически поинтересовалась Елена.

– Заткнись ты! – огрызнулась Кики, даже не оглядываясь. Она чувствовала на себе взгляд Елены.

– Ах-ах! Как мы сегодня раздражительны! – продолжала та.

Неожиданно на глаза Кики навернулись горячие слезы, ей так хотелось сказать что-нибудь язвительное, чтобы заставить замолчать эту особу!

– Поторопись со своей колонкой, не то мне придется здесь всю ночь торчать, делая макет, – только и придумала она.

– Я как раз собиралась тебе предложить, – неожиданно любезным тоном произнесла Елена, – что сама сделаю макет и расклейку. Доверься моим в высшей степени умелым рукам. Где твоя заметка о баскетбольной команде?

Прежде чем повернуться, Кики вытерла тыльной стороной ладони глаза. Что это с ней вдруг случилось? Такая резкая смена настроения – странно, в любом случае она чувствовала себя смертельно усталой.

– Так где же заметка о баскетболе? – настаивала Елена.

– Она почти готова, – сказала Кики, возвращаясь своему столу. Она пододвинула к себе машинку и, сев спиной к Елене, в пять минут закончила материал. Потом, вынув лист из допотопной машинки, она перечитала, что получилось. Сносно. Не Бог весть что, но сносно.

– Готово? – спросила Елена.

– Готово, – кивнула Кики и положила листок к другим законченным статьям.

– Ты свободна, – сказала Елена тоном, каким обычно говорила тетя Кики Мириам, воображая себя мученицей. – Я обо всем позабочусь.

«Чёрт тебя подери», – подумала Кики. Она собрала вещи. Прекрасно. Она позволит Елене закончить работу. Затем, чувствуя, что должна как-то объясниться, она пробормотала:

– Я неважно себя чувствую.

Это была правда. Она чувствовала себя как-то странно, не то чтобы больной, но и не совсем здоровой.

– Может, у тебя, как у Эндрю, начинается грипп, – предположила Елена. В её голосе послышалось несвойственное ей сострадание, и Кики стало совсем неудобно.

– Может быть, – промямлила она.

– Я сдам номер точно по графику, – заверила Елена. – Иди домой и отдохни.

– Спасибо, – смущенно выговорила Кики, силясь отгадать причину неожиданного великодушия коллеги, но её, по правде говоря, сейчас это мало беспокоило. Единственное, чего ей хотелось, это оказаться дома и лечь в постель.

Останавливаясь по дороге из школы у светофоров, она оглядывала улицу. Если детектив Пелли где-то рядом, он здорово маскируется. Кики начинало казаться, что ей все померещилось. Голова была легкой-легкой. Может, ничего и не случилось, может, прошедшей ночи вовсе не было. И сегодняшнего утра тоже не было. И нет никакого дела «Смит против Лейтема». Вчера в это же время она сидела с подругами в кондитерской и обсуждала планы Джилл поехать на рождественские каникулы к сестре во Флориду. Казалось, это было двадцать четыре года, а не двадцать четыре часа назад.

Кики поставила велосипед в гараж и вошла в дом через дверь. Явился Рыжик и сопроводил её на кухню, где она достала из холодильника минеральной воды и черкнула маме коротенькую записочку: «Легла спать. Увидимся за обедом».

Ноги ломило, пока она поднималась по лестнице. Сбросив на ходу туфли, она плюхнулась на постель. Рыжик пристроился рядом, и через минуту они оба спали.

Когда Кики проснулась, в комнате было совсем темно. Она полежала тихонько в постели, пока глаза не привыкли к темноте и пугающие тени вокруг не превратились в знакомые, мирные предметы. Изготовившийся к прыжку горбун оказался её байковой с начесом курткой, небрежно наброшенной на стул у письменного стола; стройная статуя с взъерошенными волосами у окна превратилась в подставку для цветов, увенчанную растущим в горшке папоротником. Кики обняла Рыжика, который продолжал спать, уютно раздувая бока на вдохах. У неё не было ни малейшего представления, который сейчас час и как долго она проспала, поэтому она повернула голову, чтобы посмотреть на светящийся циферблат будильника. Двадцать минут десятого! Она спала целых четыре часа!

Кики с трудом свесила с постели ноги и села. Она по-прежнему чувствовала себя страшно усталой, все тело ныло. Рыжик поднял голову с подушки – уши торчком, в зелёных глазах настороженный блеск. Не успела она подойти к двери, как он был уже в холле. В доме стояла тишина, однако слабый свет из гостиной освещал подножие лестницы.

– Мам? – крикнула Кики, ковыляя в одних чулках вниз.

– Я здесь, родная.

Доктор Коллир сидела в большом уютном кресле – они купили в подарок отцу на его, как оказалось, последний день рождения – и читала. Она отложила книгу и, улыбнувшись входящей в комнату Кики, спросила:

– Ну как, получше?

– И да, и нет, – ответила Кики, присаживаясь на скамеечку возле ног матери. – Лучше, но не особенно.

– Похоже, у тебя жар, – сказала доктор Коллир, протягивая руку, чтобы потрогать лоб Кики. – Ты мерила температуру?

Кики помотала головой.

– Придя из школы, я просто свалилась без сил. – Рыжик сочувственно потерся о её ноги и прыгнул ей на колени. – Прости, что ничего не приготовила.

– Не говори чепухи, – засмеялась доктор Коллир. – Я съела супу и сандвич. Сделать тебе то же?

– Не надо, – отказалась Кики. – Я совсем не голодная, только ужасно устала.

– Хм, не исключено, что ты подхватила грипп, сейчас ведь эпидемия.

– Знаю. Эндрю ушёл с уроков домой, потому что заболел.

– А мистер Кендрик тебя застал?

– Да, сегодня утром произошло много всего интересного, сейчас я тебе расскажу. – И она доложила о том, как Рыжик последовал за ней в школу и как он странно вел себя в судебном управлении. – Я знаю, ты не веришь, что он намеренно устраивает свои безумства, но я верю. Он трогал только те бумаги, которые касались дела «Смит против Лейтема» в Верховном суде.

Мама нагнулась, чтобы погладить длинную, шелковистую шерстку Рыжика.

– Кот-детектив, – сказала она и опять повернулась к Кики. – Твоя усталость вполне может быть реакцией на волнения последних суток. Тебе лучше лечь опять в постель, а я принесу тебе бутерброд и чаю. Нужно что-нибудь поесть.

– Но, мам… – попыталась возразить Кики.

– Никаких «но», Кики. Нас двое против одного. Твой доктор и твоя мать говорят тебе – марш наверх!

Кики вздохнула и поднялась со стула, а мама между тем продолжала:

– Я не перестаю волноваться из-за этого ограбления, особенно теперь, когда к тебе приставили детектива.

– Чего бояться, мам? – округлив глаза, фыркнула Кики. – Пара бродяг забирается в дом, уносит копеечное жемчужное ожерелье и оставляет старинное опаловое кольцо, которое лежало на самом виду, а из этого пытаются раздуть дело государственной важности. Прекрасно! Что бы им ни было нужно, это была не я!

– Никто не знает степени важности этого дела, может оказаться, что и государственной.

– Не издевайся надо мной, мам, – Кики почувствовала, что начинает злиться.

– И не думаю. Я только хочу, чтобы ты призналась себе, что боишься, если это действительно так. Как говорит наш психолог, не загоняй свои страхи вовнутрь.

Полушутливый тон матери не исправил настроения Кики.

– Ничего я не загоняю вовнутрь! – почти крикнула она. – А что касается охраны, так её и в помине не было, когда я возвращалась из школы. Меня могли три раза украсть и переправить в Ливан, и никто бы ничего не узнал!

Доктор Коллир взъерошила рыжие волосы дочери.

– Он наблюдал за тобой, детка. Но незаметно. Когда я пришла с работы, детектив Пелли представился мне. Его машина была за углом.

– Я никого не видела, – буркнула Кики. – Лучше мне всё-таки лечь. – Она взяла на руки Рыжика и потерлась щекой о его шерстку. – Прости, мам, я просто сегодня не в духе.

12
{"b":"9105","o":1}