ЛитМир - Электронная Библиотека

– Разумеется! Я собственноручно доставлю её в больницу, – ответил директор. – Она находится в отделении интенсивной терапии, и посетителей к ней пока не допускают. Но я оставлю открытку у медсестры.

Тут он вынужден был замолчать, чтобы призвать к порядку учеников, которые, подписывая пущенную по кругу открытку, устроили в классе настоящий базар. После небольшой паузы он продолжал:

– Как только вы закончите дело с открыткой – отнесите её мистеру Ли. И последнее: члены комитета по подготовке благотворительного вечера Кики и Натали после уроков приходите на заседание комитета в моем кабинете.

Как только директор ушел, Кики подхватила ранец и перебралась поближе к своей подружке Натали Родригес.

– Как ты думаешь, нам придется возвращать деньги за проданные билеты? – спросила Натали. – Держу пари, что именно об этом будет идти речь на совещании у директора.

– Что бы ни происходило, мы близки к цели и не должны отступать. Надо во что бы то ни стало добиться, чтобы вечер состоялся.

– Эй, – сказала Натали. – Какие у нас наполеоновские планы!

– Извини, – улыбнулась Кики. – Но я не хочу допускать мысли, что можно бросить дело на полпути, когда мы его уже так широко разрекламировали.

Однако, когда после занятий они пришли на заседание комитета, оказалось, что Натали во многом была права. Руководители комитета хотя и не настаивали на том, чтобы отменить благотворительный вечер, предложили отложить его на неопределенное время.

После двадцатиминутных дебатов ребята вопреки возражениям директора всё-таки одержали победу: было принято решение, что благотворительный вечер состоится, как и было намечено, в субботу. Они обосновали свою позицию тем, что в организации вечера им поможет новая учительница, которая завтра приедет из Техаса, – Ширли Беннет. Комитет поручил Кики и Натали уговорить её.

Мистер Макетти возражал против этого.

– Мне кажется, что оказывать давление на учительницу подобным образом нечестно, – сказал он. – Я должен предупредить её, что она имеет право отказаться от такой работы, если захочет.

В эту ночь Кики спала беспокойно, потому что устала за день и потому что её большой рыжий кот по кличке Рыжик считал своей обязанностью несколько раз за ночь пройтись взад и вперед по её спящему телу и не забыть при этом лизнуть её лицо своим розовым шершавым языком. Он как раз занимался этим делом, когда прозвенел будильник.

– Хватит тебе! – сказала она коту, сталкивая его с постели.

– Мяу, – заявил кот и уставился на неё немигающими, зелеными, невинными глазами, как бы спрашивая: «Что я тебе сделал?»

Он сидел неподвижно и картинно, как статуя. Но как только Кики встала с кровати и подошла к двери, он в одно мгновение пронесся мимо неё на кухню.

– Вот дурашка, – сказала Кики и положила в тарелку овсяную кашу. Потом она села за стол и, нагнувшись, погладила кота, что было им воспринято как разрешение вскочить ей на колени и приступить к исследованию содержимого её тарелки. Но в тот момент, когда он высунул язык, чтобы попробовать это содержимое на вкус, его хозяйка, смеясь, опустила кота на пол.

– Сиди здесь, баловник. Сейчас я дам тебе твою еду…

Она положила в миску кашу, налила туда молока и снова принялась за свой завтрак. Однако кот тут же опять прыгнул ей на колени.

– Ну и настырный ты! – сказала она и поставила свою тарелку с остатками каши на пол. – Ну, вперед! Вычисти её…

Кот не заставил просить себя дважды, он быстро вылизал тарелку, выскочил из кухни и помчался в гараж, где стоял её велосипед.

Кики поставила тарелку в мойку и написала записку маме, которая ещё спала.

– Должно быть, у неё была трудная ночь, – подумала Кики. Обычно её мама даже после ночного дежурства в больнице не ложилась спать до тех пор, пока не проводит дочку в школу. – Наверное, она очень устала из-за того, что привезли раненых лыжников…

Кики знала, что ещё когда началась перевозка раненых на вертолетах с места аварии в больницу, туда вызвали срочно всех необходимых врачей. Место аварии находилось в сотне километров от больницы. Трагичность ситуации усугублялась тем, что этот уик-энд был последним в этом лыжном сезоне: хотя в горах ещё держался снег, в долину уже пришла весна.

Кики положила записку на такое место, где мама должна была обязательно увидеть её – на холодильник, – и пошла в гараж за велосипедом.

Она подъехала к школе в тот момент, когда ставил свой велосипед на стоянку и Эндрю.

– Ну, что вы решили на заседании у директора? – спросил он. – Я надеялся, что ты позвонишь.

– Я пыталась, – сказала Кики. – Но у тебя телефон был занят два часа.

– Ага, – ухмыльнулся Эндрю. – Это мой братец номер три. У него появилась новая подружка. Наш отец грозится поставить в гостиной таксофон.

Кики рассмеялась. Она знала, что Эндрю был младшим из четырех братьев и завидовала той веселой и дружеской атмосфере, которая царила в его семье. Ей очень хотелось иметь брата или сестру, но Эндрю уверял её, что она ещё не знает, чего хочет. Кики, однако, понимала, что он просто шутит. После того как два года назад в автомобильной катастрофе погиб её отец, они жили вдвоем с матерью, и Кики часто чувствовала себя очень одинокой.

По дороге от стоянки к школе она начала рассказывать Эндрю, что произошло на заседании комитета:

– Мне и Натали поручили сегодня уговорить новую временную учительницу по домоводству взяться за организацию благотворительного обеда. Директор, правда, был не в восторге от такого решения.

– Понятно, – сказал Эндрю. – Ну, тебе надо очаровать её. Или поплакать, чтобы тебя пожалели…

– Ни то, ни другое мне особенно не удается, – сказала Кики. – Кроме того, она может оказаться маленькой старушкой, которую нелегко очаровать. Макетти сказал, что она уже вышла на пенсию и приехала к нам из Техаса.

– Ну, если из Техаса, она приготовит нам убийственную еду, – засмеялся Эндрю.

Он открыл дверь главного входа в школу, и в тот же миг рыжий метеор пролетел мимо них и помчался по лестнице вверх.

– Ты видела это? – спросил Эндрю, поворачиваясь к Кики.

– Не могу поверить, что настырный кот опять прибежал за мной, – пробормотала Кики, поднимаясь по лестнице.

– Да уж придется, – сказал Эндрю. – Вот он собственной персоной.

Возле двери в редакцию «Курьера», дожидаясь их, сидел Рыжик и умывался. Кики вошла в комнату, а её любимец влетел туда вслед за ней и, прыгая со стола на стол, Добрался до подоконника, где расположился на своем любимом местечке на солнце и блаженно замурлыкал.

– У мисс Морган случится припадок, – сказала Кики. – Но у меня нет времени везти кота домой. Когда Рыжик прибегал сюда прошлый раз, она забаррикадировалась от него столами и сумками, а он полчаса шипел на неё. Она его ненавидит.

– Похоже, это чувство взаимное, – усмехнулся Эндрю, кивая на Рыжика: кот встал, спина его выгнулась дугой, глаза сузились, хвост вытянулся трубой, и шипел, как пар, вырывающийся из закрытого котла. – Ой, кажется, она уже идет…

Не успел он закончить фразу, как в комнату вошла Елена, красивая девушка с молочно-белой кожей, темными, длинными, блестящими волосами. На ней был вязаный костюм, тонкую талию опоясывал широкий желтый пояс.

– Это животное опять здесь, – обратилась она к Кики, бросая свою сумку на стол, – я говорила тебе в прошлый раз, что, если ты ещё раз приведешь сюда кота, я на тебя пожалуюсь. Пребывание животных в школе запрещено! А у меня от кошек аллергия.

– Мы уже исчезаем, – поспешно сказала Кики, подхватывая кота. – Здешний воздух, видно, вреден для нас обоих.

Она вышла за дверь с котом на руках, который всё ещё шипел на Елену и вырывался, но Кики не ослабляла своей хватки.

– Успеха тебе! – крикнул ей вслед Эндрю. Кики вынесла кота на школьный двор и, подведя к воротам, строго приказала:

– Теперь отправляйся домой. Прямо по этой улице! Она даже махнула рукой в сторону их дома, но кот смотрел на неё широко открытыми глазами, как если бы ничего не слышал.

2
{"b":"9106","o":1}