ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вода стекала со сталактитов, ее собирали в старые консервные банки. Лишь в некоторых местах по стенам текли настоящие ручьи. За контроль над этими источниками шли кровопролитные бои. Тот же, кому удавалось захватить место у воды, мог обменивать ее на пищу и оружие.

Йонас провел не один час, изучая канатную дорогу, и в конце концов отыскал ее начало. Под сводами царила темнота, и все же ему казалось, что он видит, как там наверху раскрываются створки огромного люка, из которого начинают опускаться привешенные к шнурам свертки с пищей. Можно ли воспользоваться этим путем для побега? Он пытался угадать, когда именно откроется люк в следующий раз, но без часов невозможно было установить закономерность. Однажды, когда он по-прежнему безрезультатно бился над этой загадкой, наверху послышались голоса. Товарищи Йонаса по заключению насторожились, остановились, задрали головы вверх. Там под потолком внезапно появилась лестница, сотканная из световых лучей. По лестнице спускалась группа людей – старики, юноши, женщины. Все были одеты в легкие яркие платья или белые костюмы. Йонас не мог разобрать слов, однако судя по интонациям один из светлых призраков – предводитель или, возможно, учитель что-то объясняя остальным. Группа спустилась на платформу, услужливо подкатившую к их ногам по канатной дороге. Платформа еще несколько минут плыла под потолком, потом поднялась выше и затерялась в тьме.

Этот случай убедил Йонаса в том, что побег возможен, но он никак не мог придумать, как добраться до канатной дороги. В конце концов он отбросил эту мысль и сосредоточился на других вариантах. Сначала он долго бродил по лабиринту, пытаясь найти выход, но лестницы вели в новые залы, тоннели выводили в новые камеры, кое-где на стенах мелькали блики света, но ему не удалось найти ничего похожего на дверь или окно. Он ни на минуту не забывал о цели, которая привела его сюда, и пытался найти Хиоба. Если бы тот действительно был здесь, он несомненно стал бы предводителем одной из команд и попытался бы прорваться на свободу. Однако Хиоба здесь не было, и это только укрепило Йонаса в его намерениях.

Наконец ему представился удобный момент. Изредка канатная дорога приносила фляжки со шнапсом. Разумеется, обитатели пещер мгновенно расхватывали и опустошали их. Алкоголь быстро лишал их последних остатков разума, и под сводами темницы начиналась безумная вакханалия, которая обычно заканчивалась всеобщим братанием. Прежние заклятые враги бросались друг другу на шею, проливали слезы, обнимались. Потом все садились в общий круг и запевали хриплыми голосами дикие песни, какие, наверное, пели когда-то солдаты на бивуаках или матросы в портовых тавернах. Они пели о ветре и дожде, о любви, тоске и мести. Потом песни затихали, люди падали на землю и засыпали.

Йонас только делал вид, что пьет, – мерзкий запах этого пойла напрочь отбивал желание его употреблять. Однако общее безумие завладевало и им – он танцевал и пел вместе со всеми. В эти секунды он ощущал связь со своими соседями, и это ощущение почему-то наполняло его силой и радостью.

Потом, когда упившиеся люди начали засыпать, безумие оставило Йонаса и он снова обрел способность рассуждать здраво. Наконец Маньяк, до последнего боровшийся с опьянением, свалился на землю и замер. Настало время действовать.

Йонас намочил обрывки тряпья в масле из банки с рыбными консервами, соорудил примитивный факел, зажег его на углях костра и двинулся в путь.

Идти было нелегко. Ему казалось, что он неплохо изучил доступную ему часть подземелья, однако в темноте, которую не мог рассеять свет его факела, все предстало совсем другим. Он рассчитывал пройти в тоннель, но натыкался на стену, он спотыкался на лестницах, на которых не хватало ступеней, и через некоторое время обнаружил, что вернулся на то же место, откуда начал свой путь. Однако Йонас не привык отступать. Он продолжал идти и через некоторое время обнаружил, что попал в огромный зал, в котором раньше никогда не бывал. В конце зала нашлась лестница, по ступеням которой стекал ручей. Воздух становился густым, теплым и влажным – Йонасу казалось, что он проходит сквозь грозовое облако. Неожиданно он обнаружил, что стоит на тонком мосту над пропастью, окутанном облаками пара. Сквозь пар пробивались солнечные лучи, дробясь на тысячи радуг, и с минуту Йонас просто стоял, любуясь открывшейся ему красотой. Затем он быстро зашагал туда, откуда исходили солнечные лучи, – скорее всего, именно там находился выход, который он так долго искал. Неожиданно солнечный свет померк, облака посерели, и Йонас обнаружил, что не видит пальцев на вытянутой руке. Но к счастью, уже через несколько секунд свет снова вспыхнул и радуги засияли во всем своем великолепии. Потом новая фаза темноты. И примерно через двадцать секунд снова свет.

Йонас достиг площадки у конца моста и обнаружил там лестницу, ведущую на следующий этаж. В глубине души он боялся, что снова уткнется в стену, однако на следующем этаже его ожидал новый мост, потом ворота и новый зал. Здесь было уже два выхода: одна из лестниц вела вверх, другая – вниз. Йонас заколебался – инстинкт говорил ему, что надо продолжать подъем, но возможно, строители лабиринта заранее постарались обезопасить себя от слишком упорных любителей свободы и специально запутали дорогу. Однако, несмотря на все свои опасения, он начал подниматься вверх.

Постепенно у Йонаса появилось четкое ощущение, что за ним кто-то наблюдает. Через некоторое время он услышал странные звуки. Как будто где-то вдали пел хор. Чем дальше продвигался Йонас, тем громче становилось пение. Это был светлый ликующий гимн. Теперь Йонас уже сознательно двигался к источнику звуков. Он сделал еще несколько шагов, и его руки уперлись в тяжелую чугунную цепь, укрепленную на двух столбиках.

Он стоял на балконе, высоко над огромным залом в форме креста. Зал бы пуст, однако снизу доносился шорох шагов. Йонас отпрыгнул в сторону, прижался к стене, однако любопытство было сильнее, чем соображения безопасности, и Йонас лег на камни, подполз к перилам балкона и глянул вниз.

Хлопнули двери, и внизу показалось невероятное шествие. Люди в старинных белых и золотых одеждах с алебардами в руках. Мальчики-пажи несли факелы и масляные лампы. Но вот предводитель шествия поднялся на возвышение в конце зала. Его спутники остановились вдоль стен, пение затихло. Один из людей подошел к ступеням и склонился до земли в смиренной позе умоляющего о прощении. Йонасу казалось, что он присутствует в одном из старинных храмов на торжественном богослужении. Но кто и для чего мог затеять подобный обряд?

Священник, стоявший на возвышении, заговорил. Человек на коленях отвечал ему, и Йонасу показалось, что он узнает один из голосов. Это был голос Хиоба.

***

Священник:…можешь вернуться в лоно нашей благочестивой общины. Господь очищает грешников. Его милость безгранична.

Хиоб: Я никогда не терял надежды, никогда не терял веры…

Священник: То, что было потеряно, будет найдено. Смирение есть глубочайший источник спасения. Господь очищает водой, песком или огнем.

Хиоб: Я сражался против закона, но никогда против истины.

Священник: Господь испытывает грешных. Их печаль велика, раскаяние сокрушает их сердца. Они должны вечно сражаться с сомнениями и унынием. Они теряют близких, друзей, родину и остаются в одиночестве.

Хиоб: Время испытаний было долгим, но твердая вера помогла мне преодолеть их.

Священник: Ты был потерян, мой сын, но ты был найден снова. Ты узнал все искушения этого мира. Ты знал страдания и перенес их мужественно. Ты слышал голос совести и не замкнул свой слух. Твоя награда будет велика.

Хиоб: Я славлю Господа.

Священник: Все, что ты потерял, будет возвращено тебе вдвойне и втройне. Время поисков прошло, наступило время обретения. Ты снова узнаешь радость.

Хиоб: Я могу надеяться на прощение?

Священник: Взгляни вокруг себя, освободись от своих сомнений, и ты будешь прощен именем Господа.

24
{"b":"9120","o":1}