ЛитМир - Электронная Библиотека

– Так же, как ломаю сердца. – Но тон его вовсе не звучал торжествующе, скорее жалобно, и она воздержалась от комментариев.

Подождав, пока он займет более удобную позицию, она сказала:

– Ты уверен, что не делаешь из мухи слона, Деннис?

– Хотелось бы. Но нет, Сьюзан. Андреа выпала за борт точно так же, как и я. Только в отличие от меня она не вскарабкалась обратно. Не могу описать эту девушку. Когда я увидел ее, Андреа показалась мне какой-то потерянной. Без якоря, что ли. Я, должно быть, явился для нее тем маяком, на свет которого она бросилась, не задумываясь.

– Это ты – якорь? Ну, уж вряд ли. Скорее, ты плот, который сам нуждается в спасительном якоре, Деннис.

Он взъерошил волосы, превратив их в некое подобие колючек у дикобраза. «Симпатичные колючки», – подумала Сьюзан с теплотой. Он все еще оставался маленьким мальчиком, и она знала, что всегда будет с нежностью к нему относиться.

– Деннис, что делает тебя таким?

– Не знаю. Я сам себе неприятен. Здесь, дома, я чувствую себя отлично, спокойно и радостно. Но мне необходима чья-нибудь твердая, направляющая рука. Тогда я смогу быть положительным и надежным.

– Когда-нибудь тебе все же придется надеяться только на себя.

– Будет лучше, если кто-то встанет рядом. Но это бессмысленный разговор. Сьюзан, что мне делать?

Молчание, долгое и безнадежное, затем Сьюзан осторожно спросила:

– Как… как далеко это зашло, Деннис?

– Достаточно далеко. – Он заметил ее быстрый взгляд и слегка покраснел. – Нет, не то, что ты думаешь, Сьюзан.

– Понятно. Вы говорили о женитьбе?

– Да. Я говорил тебе, что это было как праздник. Большая луна, запах жасмина и все прочее…

– И Андреа сказала «да»?

– Она сказала это сотню раз.

– А ты ее спросил сотню раз.

– Ну, наверное…

– Теперь мне все ясно. Просто встреться с ней и объяснись.

– Ты думаешь, все так просто?

– Почему нет?

– А ты бы стала так делать? – Он внимательно посмотрел на нее. – Ты так сделала со Стивеном Мэллингом?

– Да. Это… – Сьюзан замолчала.

Она ведь так не сделала. Сначала уехала, собираясь все объяснить в письме. Остальное было делом времени. В каком-то смысле она оказалась такой же слабой, как Деннис.

Он внимательно наблюдал за ней.

– Видишь, все не так просто, правда? Особенно когда ты любишь кого-то, а я очень любил Андреа. Я думаю, она славная девушка. Мы с ней в чем-то даже похожи. Она тоже плывет по течению. Андреа – это я сам. Ей нужен надежный причал, и я показался ей подходящим на эту роль. Она была очень ранима, вот и все.

– В то время как ты, Деннис, раним всегда.

– Я бы не был таким, имей я свой якорь.

Он пристально взглянул на Сьюзан – или смотрел мимо нее в окно, выходящее в сад. В его глазах плескалась тоска.

– Ничего не могу с собой поделать, – через минуту произнес он. – Думаю, я таким родился.

– Чепуха, Деннис.

– Нет, не чепуха. Это семейная история. Моя мать, – он сделал паузу, – ушла от отца, когда Пит и я были совсем маленькими. Миссис Брэй мне кое-что рассказывала. Мама была очень привлекательной и легкомысленной. Так же, – он пожал плечами, – как и ее младший сын.

– Продолжай.

– Вскоре она умерла. Не могу ничего о ней припомнить. Нас воспитал отец, и он никогда о ней не говорил. Но один из нас неизбежно должен был унаследовать ее характер, и, конечно, это был не Пит.

– Все равно чепуха. Ты можешь напоминать мать, но и от отца унаследовать сдержанность. Наверняка это так, Деннис, иначе бы ты не рассказывал мне все это.

Он на мгновение воспрянул духом, но тут же погас.

– Папа всегда идеализировал счастливые браки, – заметил он. – Говорил о святости брачного союза. – Деннис криво усмехнулся. – Меня бы он точно не одобрил.

– Но ты не женат.

– Да, но у меня есть все основания для того, чтобы стать плохим мужем, не так ли? Я – порченный материал.

– Поразительно, – весело сказала Сьюзан, – какие чудеса некоторые могут делать с материалом, хорошим или плохим. Все дело в крое и умелых руках, Денни.

Ее очень заинтересовала эта история. Ей бы хотелось послушать еще, но этот человек опять сильно разнервничался.

– Я уеду, прежде чем сюда доберется Андреа, – решительно произнес он. – Я напишу ей, потом уеду.

Внезапно он остановился, как будто ему в голову пришла мысль.

– В чем дело, Деннис?

– Ничего, ничего, Сьюзан. – Он вопросительно посмотрел на нее, словно эта мысль имела и к ней какое-то отношение.

– Ладно, ничего особенного, – повторил он. – Я просто напишу – затем уеду.

Глава тринадцатая

Время для Андреа Турлс тянулось с тех пор, как Деннис покинул ее.

Они все обсудили и решили, что разумнее сначала уехать Деннису, а Андреа потом сможет присоединиться к нему.

Они были уверены, что никто не знает об их встречах, кроме Сьюзан, а Сьюзан оба доверяли. Андреа показалось странным, что даже в своем опьянении событиями они не хотели, чтобы кто-то об этом знал. Сейчас ей это не понравилось. Для влюбленных такое поведение нехарактерно. Счастливцы должны кричать с вершины горы о своих чувствах. А они с Деннисом только шептались об этом и даже приняли меры предосторожности, чтобы не путешествовать в Сидней вдвоем. Интересно, почему осторожность всегда считается чуждой любви, подумала она с горечью.

Энергично махая Деннису на прощание, она все же оставалась Андреа и замечала все любопытные и откровенно восхищенные взгляды, направленные в ее сторону. Ей нравилась показуха, а Деннис был прекрасным представителем мужского пола для любой сцены. Высокий, внимательный, красивый и, как она, умеющий блестяще сыграть финальный акт. Все было великолепно.

Но теперь театр окончился, и все, что ей осталось, это ждать покупки билетов в среду. Еще у нее было достаточно времени, чтобы поразмышлять над тем, что же все-таки произошло между ними. Андреа всегда была импульсивной, почти безрассудной. Она все брала с разбегу – свой первый школьный бал, первое свидание после окончания школы, первого человека, который позвал ее замуж. Сейчас она с разбегу накинулась на Денниса.

«Тебе следует сперва все обдумать». Именно эти слова, вспомнила сейчас Андреа, частенько говорила ей мисс Флойд, ее старая учительница английского.

У Андреа никогда не было времени подумать. Она бросалась очертя голову во все авантюры стремительно и властно, что было характерно для ее эмоционального имиджа.

Но сейчас, впервые в жизни, хотя она и сказала Сьюзан в Черифилде, что начинает думать, Андреа действительно задумалась.

Одно за одним, как достают книги с полки, она доставала свои воспоминания и бесстрастно рассматривала их.

Сначала был детский период. Там не было ничего особенного. Ее родители, всегда одинаково добрые, все же больше тратили на нее денег, чем внимания и любви. Они были за границей, когда она встретила Роджера Турлса. Без них прошла свадьба. Без них умер Роджер, и Питер увез ее в «Гринфингерс».

Она перешла к другому воспоминанию. Роджер.

Это был высокий, хорошо сложенный, как и все Турлсы, молодой человек. «Он походил больше на Денниса, чем на Питера», – подумала она. И все же Роджер был самым приятным среди братьев. Сама изысканность, а для человека, которому только что исполнилось восемнадцать, это просто удивительно.

Оглядываясь назад, она понимала, что все это было как ураган. Роджер водил ее в удивительные места – по крайней мере для восемнадцати лет, – и так как она никогда не чувствовала себя нужной своим родителям, то приняла обычное восхищение Роджера ее молодой красотой за любовь. Когда он сделал ей предложение, она мгновенно согласилась, даже не раздумывая.

Отрезвление наступило в один момент. Роджеру она была не нужна. Роджеру никто не был нужен. Ему льстило восхищение его молодой женой, и то лишь потому, что это являлось своеобразным комплиментом его вкусу.

24
{"b":"91290","o":1}