ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Уточните, пожалуйста.

— Что уточнить?

— Какая Марютина? Вы уверены, что я ее знаю?

— Конечно, знаете. Из фирмы «Купидон». Она проходила пять дней назад.

Варягин слукавил, но лишь для того, чтобы собраться с целями. Марютину помнил прекрасно. Яркая девица. Таких опускают не каждый день. Как он понял, ее вели по щадящей программе "Инкогнито".

— Ах да, припоминаю. Марютина сейчас в санатории. Думаю, жива-здорова. Хочу надеяться. Очень милая женщина.

— Санаторий — это хоспис "Надежда"?

— Иван Иванович, вы же сами все знаете.

— Увы, не все… Зачем она там?

— Это не моя компетенция. У нас в «Геракле» нечто вроде сортировочного пункта, не более того. Что происходит с клиентами дальше, нам не сообщают.

— Почему же думаете, что Марютина жива-здорова? Откуда такая уверенность?

— Есть косвенные признаки. Сортировка идет по двум-трем направлениям. Марютина шла по облегченному режиму.

— Вы довольно откровенны, доктор.

— Не вижу смысла что-либо скрывать. Вы ведь все равно меня убьете, не так ли?

Варягин налил по второй. Ему нравилось сидеть на кухне с незнакомым, но явно неглупым и с учтивыми манерами человеком. Если это последний разговор, то хорошо, что он складывается именно так — с исповедальным оттенком.

— Нет, — ответил гость. — Необязательно. По жизни вроде да, вас необходимо ликвидировать. Тут нет сомнений. Но, как говорится, безвыходных положений не бывает. Ладно, не будем о плохом. Давайте выпьем за медицину. Какие она все же творит чудеса!.. Диву даешься.

Варягин первый раз проявил любопытство:

— Вы что же, Иван Иванович, имеете касательство к медицине?

— Какое там… Иногда почитывал кое-что по необходимости. Кстати, и про этих ваших клоников попадались статейки. Овечка Долли, законсервированный младенец в Алабаме — и прочее такое. Но я ведь полагал, все пока на предварительной стадии. В области утопий. А оказывается, в родной Россеюшке вы вон какую деятельность развернули. На коммерческий поток поставили дело. Похоже, рано нас Запад на помойку списал. Опять мы ему нос утрем.

Варягин слегка опешил, когда услышал про клоников, но пока Сидоркин витийствовал, собрался с мыслями.

— Ошибаетесь, Иван Иванович. Никаких клонов в природе не существует, тем более на потоке. Есть другое, хотя близкое к этому. Наши специалисты разработали интересную комплексную методику по созданию двойников. Причем, если требуется, в массовых количествах. Проблема не такая сложная, как может показаться непосвященному. Штука в том, что внешнее многообразие человеческих типов — это только видимость. Известно, что вся мировая литература укладывается в два-три сюжета, все остальное — вариации, и так же точно человеческие внешние данные вписываются в три-четыре центральных силуэта. Подгонка материала под общие параметры — это всего лишь вопрос современных компьютерных, медикаментозных и хирургических технологий. С индивидуальной внешностью, дорогой Иван Иванович, покончено одновременно с индивидуальной душой. Мы и не заметили, как превратились в гомо животикус. Собственно, это и послужило основой для коммерческого проекта, осуществленного в недрах "Дизайна-плюс".

Сидоркин внутренне возликовал: он узнал значительно больше того, на что рассчитывал. Притом без особых усилий. Доктор его очаровал. И подталкивать не надо, только слушай. Вот тебе и опустошенный интеллигент. Ишь как увлекся. Вещает, будто с кафедры.

— Если я правильно понял, «Дизайн» занимается работорговлей на новом, суперсовременном уровне?

— Упрощенно, да, это так. Хотя, разумеется, у проблемы множество аспектов. В том числе и философских. К примеру, с точки зрения ортодоксальной этики проект выглядит как вопиющее преступление против человечества, а вот если учитывать неизбежную глобализацию мира, превращение всех наций в единую биоэкономическую систему, деятельность «Дизайна» — это безусловный технократический прорыв в двадцать первый век. Она позволяет решить проблему перенаселения Земли самым экономически чистым й малозатратным способом.

— Но почему начали именно с России?

— Шутить изволите? — Варягин неодобрительно крякнул, потянулся к заметно опустевшему графинчику. — С кого начинать? Опять с Африки, что ли?.. В России за пятнадцать лет создали идеальные условия для приведения аборигенов к общему знаменателю. Тотальная промывка мозгов дала изумительный результат. Более впечатляющий, чем в Штатах. Огромная нация, не способная ни к малейшему сопротивлению, о чем можно еще мечтать? Какой простор для исследований и экспериментов! Плюс экономические резоны. На нефти и газе долго не протянешь. Надо еще чем-то торговать. И вот — эврика! Поверьте, Иван Иванович, человеческие ресурсы, коими обладает Россия, вполне сравнимы по ценности с запасами недр. И во многом они, безусловно, уникальны. Спрос на международном рынке растет. Оставим в стороне оптовые поставки, которые находятся в стадии доработки, возьмем индивидуальные заказы. Недавно один из арабских шейхов приобрел в личное пользование двойника Гайдара. Догадайтесь, сколько отвалил? Два миллиона зеленых. И это со скидкой. А сколько у нас таких Гайдаров? Да помножьте на искусственный прирост.

Ошарашенный Сидоркин почувствовал потребность освежиться — и единым духом осушил рюмку. Ему трудно было выдерживать одухотворенный взгляд разгорячившегося полоумного хирурга. Но чудное дело, все, что тот говорил, не выглядело бредом.

— Зачем шейху нужен Гайдар?

— О-о… — Варягин воздел палец к небу. — У миллионеров свои причуды. За экзотику они готовы платить бешеные деньги. Вы же знаете, скупают бесценные произведения искусства лишь для того, чтобы запереть у себя в подвале. А тут Россиянские питекантропы в частной коллекции. Говорящие, излагающие свои потешные идеи, жестикулирующие, принимающие пищу, совокупляющиеся. Тем более на Россию сейчас мода. Пикантное удовольствие — продемонстрировать Дикаря, тараторящего о правах человека, восхищенным гостям. Или спарить его с домашним животным, допустим с козой или коровой, и посмотреть, что получится. Это же yмора! Но если вы, Иван Иванович, придерживаетесь устаревших взглядов на моральные ценности, вам трудно понять.

— Почему же, понимаю, — уверил Сидоркин. — Но давайте вернемся к нашим баранам. Что значит "облегченный режим"? Вы сказали, Марютину ведут по "облегченному режиму".

Доктор потух так же мгновенно, как воспламенился. На щеках проступили серые тени. Взгляд остекленел. Он молча выпил рюмку. Попросил сигарету. Сидоркин поднес ему огоньку.

— Позвольте вас поблагодарить, — сказал Варягин проникновенно, — Как-то на душе полегчало. Выговорился… Спасибо, что пришли. В сущности, я давно ждал. Как будете убивать? Придушите или пристрелите?

— Вы не ответили на вопрос.

— Ах да, конечно… Марютина. Дерзкая молодая женщина. Извините, она кем вам приходится?

— Никем.

— Ну да, разумеется… Иван Иванович, глупое, конечно, любопытство, но будьте любезны, ответьте… Какую организацию вы представляете? Полагаю, ЦРУ?

— Почему ЦРУ?

— Да как-то не похожи на представителя частной фирмы.

— Доктор, вы не сумасшедший?

— С чего вы взяли? Возможно, был когда-то на грани, но теперь все в порядке. Спасибо господину Ганюшкину.

— Ага, — ухватился Сидоркин. — Раз уж вспомнили, Гая Карловича хорошо знаете?

— Помилуйте, где я и где он?.. Пересекались пару раз, думаю, он меня и не заметил. Мало ли червячков ползает под ногами…

— Но вы же работаете на него?

— На корпорацию. Да, он всему голова. Его идеи. Его капитал. Большой человек, огромный. Ликвидатор. Даже среди нашей олигархической тусовки таких раз-два и обчелся. Имею в виду масштаб личности. Светлая голова, благородные помыслы.

— Благородные?

— А вы как думаете? Кто-то должен взять на себя труд и очистить наконец землю от двуногой саранчи. Иначе саранча ее сожрет. А жаль. Прекрасное творение Господне… Гай Карлович не поленился, принял на себя эту миссию. Честь и хвала. Взялся для начала почистить хотя бы россиянские пространства. Очень удачный выбор. Как я говорил, россияне забракованы самой историей. Нация, потерявшая способность к сопротивлению, обречена на вымирание. Если разобраться, Ганюшкин выполняет работу ассенизатора. В ножки ему надо поклониться.

53
{"b":"913","o":1}