ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Улыбка блистательная, как у кинозвезды. Лицо сухое, с благородными линиями скул и лба. Черные глаза с молодым антрацитовым блеском. Женщина с такой внешностью могла быть кем угодно: учительницей, врачом, менеджером, наемным убийцей. От нее исходило очарование непредсказуемости.

— Наливайте, чего ждете? Поухаживайте за дамой. Дико, но я молча повиновался. Наполнил обе рюмки, при этом не испытал никаких эмоций. В голове — пусто, на сердце — страх.

— Что ж, Анатолий Викторович, за наше перспективное сотрудничество. Прозит!

Чокнулась со мной и выпила. Улыбка так и висела на ярких губах, вроде вишенки на закуску.

— А вы? Что же вы?

— Извините, я за рулем… Хотелось бы узнать, о каком сотрудничестве речь? И что это за контракт, о котором вы изволили упомянуть по телефону?

Дама прожевала улыбку и проглотила, лицо стало серьезным и немного печальным.

— Ах, Анатолий Викторович, хотите сказать, что ничего не помните?

— Увы! Трое суток как топором вырубило.

— Минуточку. Трое суток подписывали контракт? Я понимал, что она ведет какую-то игру, может быть, страшную игру, в которой я даже приблизительно не знаю правил. Вообще не знаю, что это за игра и как я в нее оказался замешан. Но пока вроде мне ничего не грозило. А что такое? Среди бела дня, в офисе известной фирмы двое интеллигентных немолодых людей ведут неспешную беседу за рюмкой коньяку. Шрам, правда, зачесался некстати, но это ничего, терпимо.

— Маргарита Васильевна, вы не могли бы показать мне этот контракт?

Похоже, она была готова к подобной просьбе. Расстегнула голубую папку и протянула несколько листков, скрепленных канцелярской булавкой.

— Пожалуйста… Хотя у вас должен быть дубликат. Неужто потеряли, Анатолий Викторович?

Я промычал что-то невразумительное и углубился в изучение бумаг. Пока я этим занимался, Маргарита Васильевна связалась с кем-то по мобильной трубке и коротко переговорила. Одна фраза резанула мой слух: "Да, естественно… Как только он будет готов…" Если это обо мне, то я уже сейчас чувствовал себя готовым ко всему. Страх раздулся в брюхе до размера резиновой груши для клистиров.

Документ не представлял собой ничего необычного: стереотипный договор о сотрудничестве. На титульном листе красочный, в багрово-фиолетовых тонах гриф фирмы дизайн-плюс", на последнем — печати и подписи, тоже выполненные по трафарету: генеральный директор «Дизайна», коммерческий директор и подрядчик, то есть аз грешный со своей довольно простенькой закорючкой-факсимиле. Суть договора изложена в двадцати пунктах, причем бросалось в глаза, что они так или иначе определяли степень ответственности подрядчика, то есть опять же меня, в случае нарушения первого пункта соглашения. Первый пункт выглядел так: "Подрядчик берет на себя обязательства полностью соответствовать параметрам устной договоренности № 18". Почему-то меня больше всего смутила не неведомая восемнадцатая устная договоренность, а три последних параграфа, в которых санкции за нарушения (несоблюдение сроков подачи отчетов, нарушение объема воздушной массы, злостное уклонение от контактов) сводились к некоему "нулевому варианту". Уж больно зловещая формулировка. Я спросил у Маргариты Васильевны:

— Что имеется в виду под нулевым вариантом? Женщина успела наполнить свою рюмку вторично, поднесла ее к губам.

— Дорогой мой, об этом не принято говорить вслух. Но вы, наверное, знали, на что шли? Это же ваша подпись?

— Не уверен.

— Анатолий Викторович, не будьте смешным. Ваше здоровье.

Пила она так, будто ее мучила изжога.

— Но согласитесь, Маргарита Васильевна, — я поймал себя на том, что в моем голосе зазвучали заискивающие нотки, — какой-то странный документ. В нем ничего по сути не сказано. На что я подписался? Какой объем работ должен выполнить? Но и это все, конечно, не главное. Может быть, объясните в конце концов, что происходит? Кто вы? Что вам, собственно, от меня надо? Где я был трое суток?

Разгорячась, я машинально проглотил рюмку коньяку. Маргарита Васильевна благосклонно кивнула.

— Так-то лучше, господин Иванцов. И не стоит волноваться. Контракт, возможно, составлен не лучшим образом, но применительно к нашим условиям вполне годится. Форма типовая, отработанная. Что же касается ваших вопросов… Откуда мне знать, где вы пропадали трое суток? Ведь я всего лишь куратор, понимаете?

— И что вы курируете?

— Вот это правильный вопрос. Мы вместе должны решить, когда начинать.

— Что начинать?

— Превращение, дорогой мой. Абсолютное и добровольное превращение.

Ощущение нереальности происходящего, возникшее в пустых коридорах здания, вдруг пронизало мозг тысячью иголок. У меня закружилась голова и шрам под рубашкой вспыхнул огнем. Хотелось проснуться, но это был не сон.

— Какое превращение, Маргарита Васильевна? Да ответьте прямо! Чего вы крутитесь, как ведьма на сковородке?

— Фи, как грубо! — Маргарита Васильевна неодобрительно покачала головой, отчего пучок темных волос забавно спрыгнул на лоб. — Однако если настаиваете… Полагаю, дирекция не осудит… В принципе вас можно поздравить, дорогой Анатолий Викторович. Вы стали участником замечательного бизнес-эксперимента, вдобавок в случае успеха — а успех неизбежен — получите хорошие премиальные.

— Пять тысяч?

— Почему пять? Значительно больше. Возможно, вы вообще больше не будете нуждаться в деньгах. Этот вопрос отпадет сам собой, как и многие другие… — Черные глаза сузились, блеснули дьявольской усмешкой, и мой страх, свернувшийся клубочком в подвздошье, беспомощно ткнулся в печень, — Вы, разумеется, слышали об успехах в области клонирования?

— Клонирования?

— Представьте себе, наша наука вопреки заунывным обвинениям ура-патриотов отнюдь не стоит на месте. К примеру, корпорация «Дизайн-плюс» вкладывает огромные капиталы в медицинские исследования и достигла поразительных результатов. При этом, как и наши западные партнеры, мы преследуем чисто гуманитарные цели. Основная задача может быть сформулирована так: привести достижения науки в полное соответствие с социальными запросами общества. Вам как специалисту это должно быть интересно. Вы понимаете, о чем я?

— Нет, — сказал я и опрокинул еще рюмку, чтобы заглушить зверька под ребрами.

— Это очень просто. Сегодняшняя Россия, как вам известно абсолютно неконкурентна на мировом рынке. Есть лишь два вида товаров, благодаря которым эта страна худо-бедно держится на плаву: природные ресурсы — нефть, газ, алмазы и прочее, а также рабочая сила. С нефтью все более или менее понятно, но рабочая сила уходит за рубеж стихийно, бесконтрольно, что невыгодно в первую очередь поставщикам, то есть нам с вами. Улавливаете мысль, Анатолий Викторович?

Я действительно начал улавливать, но очень смутно.

— В конечном счете целью нашего эксперимента и является упорядочение поставок рабочей силы. Как в любой другой сделке, здесь действует элементарная цепочка: товар — деньги — товар. Правильно?

— Маркс, — сказал я.

— Да, именно. Добрый, старый дедушка Карла… Но тут, естественно, возникает ряд трудностей, связанных с тем, что рабочая сила — товар достаточно эфемерный, не поддающийся контролю в больших массах-исчислениях, и чтобы привести его в соответствие с любым другим рыночным товаром, необходимы усилия всего общества в целом и каждого россиянина в отдельности. Вот мы и подошли вплотную к проблеме, ага?

Маргарита Васильевна потянулась, как сытая кошка, и, честное слово, дружески мне подмигнула.

— Но какое отношение?..

— Секундочку… Эксперимент начался не сегодня и закончится не завтра. Предварительные и весьма успешные опыты по унификации коллективных энергий проводились на всех президентских и региональных выборах, но все же выборы выборами, а бизнес бизнесом. Чувствуете разницу? Вопрос в том, чтобы каждый россиянин имел возможность предложить самого себя на продажу и был уверен, что его не обманут.

8
{"b":"913","o":1}