ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я, пожалуй, осмотрю все сама, спасибо, — быстро ответила Эйлин. — А ты поезжай, Поль. Со мной все будет хорошо. Жду тебя здесь.

Поль все же задержался, чтобы представить ее своей домоправительнице Женевьеве, вышедшей из дома вслед за Доминик. Потом он проводил Эйлин в отведенные ей комнаты на втором этаже.

— С тобой ничего не случится до моего возвращения? — Он коснулся ее щеки. — Я попросил Женевьеву дать тебе что-нибудь поесть, когда ты примешь ванну и переоденешься.

Не совсем подходящее время, чтобы размышлять о том, как он невероятно сексуален, но Эйлин, ненавидя себя за это, все же подумала, что здесь, во Франции, Поль представляется ей в десять раз более чужим и в сто раз опаснее.

— Спасибо. Пожалуйста, не беспокойся обо мне. Я люблю все новое. И вообще, я приехала, чтобы помогать тебе, а не мешать. В этом ведь смысл дружбы, да? — принужденно добавила Эйлин.

Густые черные ресницы опустились, скрыв выражение глаз Поля. Он помолчал, затем кивнул.

— Именно в этом. Именно в этом.

Он наклонился и поцеловал Эйлин в щеку. Порыв захлестнувшего ее сексуального желания был столь сильным, что Эйлин пришла в себя лишь через минуту после того, как за Полем закрылась дверь.

Эйлин сбросила туфли и вышла на балкон. Ступая босыми ногами по согретым солнцем плиткам, она подошла к витым металлическим перилам и вдохнула пьянящий аромат южных деревьев, кустарников и цветов. Залюбовавшись чудесным видом, изумлявшим пышностью и разнообразием красок, Эйлин чуть не забыла о времени.

Она вздохнула и вернулась в комнату. Точнее в самый настоящий дворец со всеми соответствующими атрибутами, подумала Эйлин. Она не видела всего дома, но не сомневалась, что эпитеты «роскошный», «грандиозный» и «потрясающий» не являются преувеличением.

Стоп! А что ты здесь делаешь? Ты, Эйлин Стейвор из Шавиниган-Фолс? Это же не твой мир. Это мир миллионеров.

Она застыла, прижав к груди кулаки и чувствуя, что ее охватывает паника. «Райский уголок», который Поль приобрел в Канаде, конечно, великолепен, но это имение… этот дом просто потрясали воображение. Эйлин только теперь поняла, насколько Поль богат и могуществен.

Справиться с паникой ей удалось через минуту-другую. Поль остается Полем. Он был им до того, как она увидела этот дворец, он и сейчас тот же. Просто он богаче, чем ей казалось. Эйлин глубоко вздохнула. Но деньги не испортили его душу — Поль устроил в своем доме для детей Фрэнка грандиозный праздник, Поль оставил у себя домашних любимцев старой леди, Поль, узнав о болезни матери, бросил все и помчался к ней через океан…

Слезы, давно подбиравшиеся к глазам, хлынули наконец, и она дала им волю. Вдоволь наплакавшись, Эйлин вытерла глаза. Она любит Поля. С этим ничего не поделаешь, хотя каждый проведенный с ним час только сильнее подчеркивает, насколько безнадежно ее чувство. Поль не из разряда обычных людей, и ей больше не стоит думать о его богатстве. Даже будь он последним бедняком, он оставался бы властным, притягательным. Поль Дасте это… да, Поль Дасте. Единственный и уникальный. Этим все сказано. А она взяла да и влюбилась в него.

Проведя пять минут под тугими струями воды, Эйлин почувствовала себя лучше. Она посвежела и успокоилась.

Доминик принесла поднос, и Эйлин, увидев ростбиф, зеленый салат, аппетитные булочки, фрукты, почувствовала, что проголодалась.

— Спасибо, но я никогда этого не съем, — по-французски сказала Эйлин.

Девушка улыбнулась.

— Да, мадемуазель. Мадам Женевьева всегда ориентируется на хороший аппетит мсье Дасте.

— Ну, чтобы ее не обидеть, я постараюсь съесть побольше.

Надев зеленую шелковую блузку без рукавов и белые просторные брюки, Эйлин поела, выпила бокал красного вина и решила спуститься вниз.

У лестницы она встретила Доминик и по выражению лица служанки поняла, что совершила непростительную оплошность, захватив с собой поднос. Эйлин с улыбкой передала его девушке, и, сказав, что собирается прогуляться по саду, поспешно удалилась. Первый промах, и не приходится сомневаться, что за ним последуют другие. Ясно, что она просто не знает, как нужно себя вести в хорошем доме! В отличие, конечно, от других женщин Поля.

Побродив по саду, Эйлин села на деревянную скамейку и не успела погрузиться в раздумья о своих отношениях с Полем, как ее окликнули. Обернувшись, она увидела Поля.

— Как твоя мать? — обеспокоенно спросила Эйлин.

— Лучше, чем я ожидал.

Он в несколько шагов преодолел разделявшее их расстояние и, прежде чем Эйлин успела опомниться, подхватил под мышки, поднял и крепко прижал к себе, обнимая за талию. Эйлин уткнулась лицом в его тяжело вздымавшуюся грудь.

— Ты пахнешь летом, в тебе все его ароматы, — прошептал Поль. — Такие свежие, такие приятные…

Что она могла ответить на это? И можно ли считать это объятие дружеским? Минуту-другую Эйлин стояла неподвижно, наслаждаясь ощущением покоя и защищенности, потом немного отстранилась и подняла голову.

— Что говорят врачи? С ней все будет в порядке, Поль?

— Да, я уверен, что все будет в порядке, но ей необходима операция. Сегодня вечером из Германии прилетит специалист и завтра проведет операцию.

— Как ты его заполучил?

— Он мой друг и отличный хирург. Мама знает его и доверяет ему, а это важно, потому что она должна быть спокойной и уверенной в благополучном исходе.

Эйлин кивнула. Поль казался ей сейчас невозможно красивым, а исходивший от него восхитительный запах заставлял ее напрягать последние силы, чтобы не…

~ Мама хочет познакомиться с тобой. — Поль все еще держал ее в объятиях и, похоже, не собирался отпускать, несмотря на ее попытки освободиться.

— Познакомиться со мной? Так ты рассказал ей обо мне?

— Да, Эйлин, я рассказал ей о тебе. — Он прищурился, и его глаза превратились в узкие щелочки. — Я сказал, что ты сестра Фрэнка и что мы друзья. Это ведь так, да?

— Конечно. — Сердце Эйлин сжалось от пронзительной боли, но она тут же твердо сказала себе: дружба — единственный твой шанс быть вместе с Полем, и ты это знаешь.

— Нет, наверное, она догадывается, что мне трудно быть просто другом, — мягко продолжил Поль и заглянул Эйлин в глаза.

В следующий миг он прильнул к ее губам, и поцелуй оказался таким горячим, таким неистовым, что пламя страсти охватило Эйлин с головы до пят. Она почти сразу же уступила напору Поля. Голос рассудка корил ее за слабость, но упреки таяли, как снег под солнцем, под натиском ласкающих ее рук, жадного рта и ее собственного желания. Она любила Поля. Сильно любила.

Отдавшись упоительным ощущениям, Эйлин не заметила, как оказалась лежащей в густой траве. Опомнилась она, только когда ощутила каждый напряженный мускул Поля, ощутила так, как если бы на них не было одежды. Эйлин чувствовала, что он хочет ее.

Его тело ясно говорило — нет, кричало! — об этом.

Это открытие заставило радостно звенеть каждый ее нерв, каждую клеточку. Поль приподнял ее бедра, чтобы Эйлин почувствовала всю силу его желания, и вновь приник к ее губам в неистовом, страстном поцелуе.

Эйлин ответила с горячностью и несдержанностью, которые ужаснули бы ее, будь она в состоянии о чем-то думать, но прошло, наверное, несколько минут, прежде чем она поняла, что Поля что-то сдерживает. Он не пытался довести их порыв до естественного завершения и даже как будто старался отстраниться. Осознав это, Эйлин заглянула ему в глаза, и он сразу же отпустил ее.

— В чем дело? — едва слышно спросила она, едва шевеля истерзанными губами.

— Ни в чем. Просто я сам себе не доверяю, когда речь идет о тебе, милая, — пробормотал он. — Если я сейчас не остановлюсь, потом будет поздно. Ты меня понимаешь?

— Но… я думала… — Эйлин только теперь начала осознавать, что преподнесла ему себя на блюдечке, а он — он! — остановил ее у последней черты.

— Что я воспользуюсь первой же возможностью? — спросил Поль уже не столь мягко. — Ты приехала сюда со мной, потому что тобой двигало сочувствие, да?

21
{"b":"9168","o":1}