ЛитМир - Электронная Библиотека

— Вы Бетти? — спросила я, стараясь не морщиться.

— Да. Вы угадали.

Бетти оказалась пожилой женщиной: ее лицо сморщилось, шея была дряблой, на пальцах и запястьях синели старческие прожилки. На ней был старый, весь в кошачьей шерсти, халат, на котором не хватало нескольких пуговиц. Но пытливые карие глаза смотрели проницательно.

— Нам сказали, вы подбираете бродячих кошек и иногда отдаете людям, которые хотят завести животное.

— Прежде я должна убедиться, что отдаю в хорошие руки, — ответила хозяйка. — А меня не так легко убедить. Я не отдаю кошек кому попало.

— Мы подумали, что наша приятельница могла заходить к вам, — сказала я и показала фотографию Джо.

— Заходила.

— Когда? — Я сделала шаг вперед.

— Трудно сказать — такие, как вы, постоянно ко мне шатаются — кружат и кружат перед глазами. Но она мне не понравилась. Считает, что кошек можно выпускать из дома когда заблагорассудится. Вы представляете, сколько их ежегодно попадает под машины?

— Не представляю, — помотала я головой. — Так вы не дали ей кошку?

— Видимо, ваша приятельница не очень хотела взять, — объяснила Бетти. — Стоило мне в ней усомниться, как она тут же выскочила за дверь.

— И вы не можете сказать, когда это было?

— Напомните мне сами.

— В будни? На выходные?

— Это было в тот день, когда приезжали мусорщики. Я слышала, как они грохотали на улице, когда мы с ней разговаривали.

— И что это был за день?

— Должно быть, среда.

— Значит, среда, — повторил Бен, который так и не сдвинулся с порога. — А в какое время?

— Не понимаю, почему я должна отвечать на ваши вопросы, — проворчала Бетти.

— Видите ли... — начала я.

— Утром или вечером? — прервал меня Бен.

— После обеда, — вспомнила хозяйка. — Мусорщики обычно приезжают в то время, когда я кормлю моих кошечек. Милашки, — обратилась она к комнате, которая словно бы шла рябью от кошачьей возни.

— Спасибо, вы нам очень помогли, — поблагодарила я.

— В прошлый раз вы говорили то же самое.

Моя рука замерла на ручке двери.

— Я приходила сюда раньше?

— Конечно. Только в тот раз вы были одна.

— Бетти, вы можете ответить, когда я к вам приходила?

— Не надо говорить так громко. Я не глухая. И не придурок. На следующий день после визита вашей знакомой. Потеряли память, не иначе.

* * *

— Домой? — спросил Бен.

— Домой, — согласилась я и вспыхнула от того, что произнесла это слово. Он заметил мое смущение и положил мне ладонь на колено. Я повернулась к нему, и мы поцеловались — очень нежно, так что губы едва касались друг друга. Наши глаза оставались открытыми, и я видела в его зрачках свое отражение.

— Домой, — повторил он. — К тостам и чаю.

Навстречу любви в неосвещенной комнате, где по-прежнему тепло и уютно, когда на улице крепчает мороз и сгущается тьма. Там мы не обсуждали неприятные вещи, а поступали как все свежеиспеченные любовники — спрашивали друг друга о прошлом. По крайней мере спрашивала я.

— Я же тебе рассказывал, — ответил Бен.

— Разве? Ты имеешь в виду до меня?

— Да.

— Странно сознавать, что носишь в себе всю эту информацию: то, что произошло со мной, твои слова, чужие тайны. Как ты считаешь, если я не помню, это одно и то же, как если бы этого вовсе не происходило?

— Не знаю, — ответил Бен. Я провела пальцем по его губам — он улыбался в темноте.

— Расскажи мне снова. Кто была до меня?

— Лия. Дизайнер интерьеров.

— Красивая?

— Не знаю. Наполовину марокканка, очень яркая.

— Она жила здесь? — спросила я.

— Обычно нет.

— Сколько времени вы провели вместе?

— Два года.

— Порядочный срок. И что же произошло потом?

— Почти год назад она влюбилась в кого-то еще и ушла.

— Глупая женщина. Разве можно от тебя уйти? — Я погладила его по мягким волосам. Было еще не поздно. Мы лежали под пуховым одеялом, словно в пещере, а внешний мир словно бы свернулся. — Тебе было больно?

— Да, — ответил Бен. — Думаю, что да.

— А теперь прошло?

— Теперь это в прошлом.

— Нам надо поговорить о Джо, — сказала я, помолчав.

— Знаю, — помрачнел он. — Мне не следует быть таким счастливым. — Бен потянулся к выключателю и зажег ночник. Мы оба зажмурились от внезапной вспышки света. — Значит, она приходила за кошкой в среду после обеда. А ты разыскивала ее в четверг.

— Да.

— И теперь гонишься сама за собой.

— Как выразилась сумасшедшая кошатница: кружу, кружу, и все без толку.

Глава 23

Бен вышел купить на ужин продуктов, а я, подчинясь внезапному импульсу, позвонила Сэди:

— Привет. Угадай, кто это?

— Эбби? Господи, Эбби, куда ты запропастилась? Ты хоть знаешь, что у меня нет даже номера твоего телефона? Вчера вечером ходила к Сэму. У него был маленький междусобойчик по поводу дня рождения. Все очень удивились, что ты не пришла. Даже выпили за тебя. Поднимали тост за отсутствующих друзей. Никто не знал, как с тобой связаться. Ты словно исчезла с лица земли.

— Знаю, извини. Мне вас очень не хватает, но сейчас я ничего не могу объяснять. Как я могла забыть о его дне рождения? Раньше всегда помнила о таких вещах. Голова кругом.

— С тобой все в порядке?

— Более или менее. В чем-то да, в чем-то нет.

— Очень таинственно. Когда мы увидимся? Где ты остановилась?

— У приятеля, — туманно ответила я. — А увидимся скоро. Вот только кое-что улажу. — Я хотела сказать: «Сначала спасу свою жизнь». Но это прозвучало бы по-идиотски. Особенно здесь, в доме Бена, где горел свел, гудели калориферы и с кухни доносился шум посудомоечной машины.

— Слушай, Эбби, я разговаривала с Терри.

— И что? Он здоров? Его отпустили?

— Да, наконец. Продержали столько, сколько имели право по закону.

— Слава Богу. Он теперь дома?

— Где же еще? Пытается с тобой связаться.

— Я ему позвоню. Сразу же. Но он еще под подозрением или нет?

— Не знаю. Когда я ним разговаривала, он был немного не в себе. Я думаю, малость напился.

— Тогда давай заканчивать. Буду ему звонить. Увидимся.

— Ну, давай.

— Как Пиппа?

— Обалденная.

— Не сомневаюсь. И ты тоже.

— Что?

— Обалденная. Я рада, что у меня такие друзья. Передай всем: я вас люблю.

— Эбби?

— Всем, всем — и Шейле, и Гаю, и Сэму, и Робин. Когда их увидишь, скажи... — Внезапно я заметила свое отражение в висевшем над камином зеркале. Я истерично, словно оперная певица, размахивала руками. И продолжала спокойнее: — Передай всем привет.

— Ты уверена, что с тобой все в порядке?

— Все так непонятно, Сэди.

— Послушай...

— Мне пора. Я тебе перезвоню.

* * *

Я набрала номер Терри. Телефон звонил и звонил. Я уже собиралась положить трубку, когда он ответил.

— Слушаю. — Его голос звучал неразборчиво.

— Терри? Это я, Эбби.

— Эбби? Ах, Эбби.

— Тебя отпустили.

— Эбби, — повторил он.

— Я тебе сочувствую, Терри. Я сказала в полиции, что ты этого сделать не мог. Отец тебе сообщил, что я звонила? И прими мои соболезнования по поводу Салли. Ты не представляешь, как мне жаль.

— Салли... — эхом отозвался он. — Они решили, что это я убил Салли.

— Знаю.

— Пожалуйста...

— Что я могу для тебя сделать?

— Мне надо повидаться с тобой. Пожалуйста.

— Сейчас это сложно. Мне нельзя приходить в твой дом. Он может меня там поджидать.

Дверь открылась, и в комнату вошел Бен с двумя пакетами в руках.

— Я тебе перезвоню, — сказала я в трубку. — Через несколько минут. Никуда не уходи, — разъединилась и повернулась к Бену: — Мне надо повидаться с Терри. Он в ужасном состоянии. И все из-за меня. Я его должница.

Бен поставил пакеты на пол и вздохнул:

— А я планировал романтический ужин вдвоем. Как глупо.

— Но я ведь обязана. Как ты не понимаешь?

54
{"b":"9171","o":1}