ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Страшные слова мигом вывели Карен из транса.

– Но этого не случится, – ласково улыбнулся Хики. – Ты умница, а Хьюи – хороший парень и обожает детей. Да он сам сущее дитя и соображает медленно! Я единственный, кто нормально к нему относился, вот он и подчиняется мне беспрекословно, так что осторожнее с пушкой, солнышко!

Карен взглянула на зажатый в руке револьвер. Выходит, для Эбби он опаснее, чем сидящий перед ней мужчина.

– Вижу, ты все на лету схватываешь, – похвалил Хики. – Итак, детка, продолжай слушать внимательно. Как я сказал, это похищение, нам нужен выкуп. Но все будет не так, как показывают по телевизору или в кино, не как с ребенком Линдберга или с президентом "Эксон интернэшнл", которого живым в гроб положили. У меня все пройдет без сучка без задоринки, гарантирую! Я уже пять раз похищал детей и до сих пор на свободе гуляю, а копы вообще не в курсе.

Карен показала на левую руку Хики, где из-под короткого рукава рубашки виднелась грубая татуировка: орел, сжимающий в когтях металлический крест.

– Это ведь в тюрьме сделали?

На секунду лицо Хики напряглось.

– Меня за другое загребли, – пробормотал он. – С чего ты взяла, что наколка тюремная?

– Не знаю, – призналась Карен, которая не раз видела в операционной пациентов с наколками. – Просто догадалась.

– Да ты у нас умница! Боюсь, милая, это мало тебе поможет. Запомни: ты и твоя крошка в данный момент принадлежите мне.

Глаза заволокло слезами, но Карен сдержалась: Хики незачем видеть ее слабость. Пальцы на револьвере мелко дрожали. Нужно срочно взять себя в руки.

– Понимаю, о чем ты думаешь, – заявил мучитель. – Небось хочешь знать, что случилось с теми пятью детишками?

Она медленно кивнула.

– В данный момент все они наслаждаются беззаботной жизнью: смотрят по телевизору мультфильмы или плещутся в собственном бассейне, черт бы их побрал! Знаешь почему? Потому что их мамочки не грозили мне пистолетом, а папочки, хоть сначала и рыпались, потом как один успокаивались и вели себя примерно, чего и вам с супругом желаю. – Джо глотнул чаю. – Мало сахара. Похоже, ты, милая, в сельской местности росла.

Детство Карен прошло на военных базах, в основном в провинции, но не сообщать же об этом Хики!

– Если этот револьвер случайно выстрелит, Эбби умрет, так что ты фактически убьешь свою дочь. Подумай, милая, один патрон оборвет сразу две жизни.

Выбора не оставалось. Драгоценная игрушка Уилла полетела на кухонный стол, ободрав кусочек украшавшей его мозаики.

– Умница, – кивнул Джо, даже не притронувшись к револьверу. – Да, мэм, именно так в подобной ситуации и должна вести себя примерная мать. Надеюсь, твой муж столь же покладистый?

– Где Уилл? Что вы с ним сделали? – В глазах Карен снова потемнело от ужаса.

Эффектным, тщательно отрепетированным жестом Джо повернул руку и взглянул на часы, которые, подобно офицерам секретных служб, носил на тыльной стороне запястья, будто знать время было исключительно его правом.

– В данный момент твой драгоценный супруг снижается над отелем-казино "Бориваж Билокси"! – Хики произнес это с преувеличенным энтузиазмом – ни дать ни взять ведущий игрового телешоу, но его поразительная осведомленность только усилила терзающий Карен страх: этот человек знаком с их бытом, привычками, планами… – Муженек зарегистрируется, примет душ, сделает свой высокоинтеллектуальный доклад, а потом его навестит моя коллега и в общих чертах обрисует ситуацию, ну примерно как я только что тебе. А потом мы все вместе переждем ночь.

Карен испуганно переспросила:

– Переждем ночь? Что вы имеете в виду?

– Вся операция занимает двадцать четыре часа. Отсчет ведется с того момента, как мы с Хьюи сегодня утром сели в пикап. Один день работы целый год кормит! – усмехнулся Хики. – Осталось чуть меньше двадцати часов.

– Но зачем ждать? – Паника ослабила самоконтроль, и слова полились бешеным потоком. – Хотите денег? Я дам, сколько скажете, только верните мою доченьку!

Джо покачал головой:

– Знаю, что дашь. Но так серьезные операции не проводятся. Все должно быть по плану, иначе неприятных сюрпризов не оберешься.

– Мы не можем ждать двадцать часов!

– Солнце, ты даже не представляешь, на что пойдешь и что сможешь ради своей малютки! Дом у вас очень ничего, так что мы познакомимся поближе, поужинаем и сделаем вид, что все в порядке. А Эбби посмотрит, как Хьюи строгает. Оглянуться не успеешь, как я уже получу деньги, а ты – свою крошку.

– Слушай, сукин сын…

Хики побледнел:

– Мамочка, лучше следи за тем, что говоришь. Не дай Бог, потом пожалеешь!

– Сэр… – Карен изо всех сил старалась не сорваться. – Мистер Хики… если мы подождем до завтра, Эбби умрет.

Карие глаза сузились.

– О чем ты?

– У Эбби диабет, ювенильный диабет. Она умрет без инсулина.

– Ерунда!

– Боже… Неужели вы это не выяснили?

– На слово не поверю. Попробуй докажи!

Открыв шкафчик, женщина достала пластиковый пакет, полный одноразовых шприцев с тонкими иголками и оранжевыми колпачками. Швырнув его на стол, она заглянула в холодильник, где на одной из полок безупречно аккуратными рядами стояли ампулы с инсулином длительного действия. Немного поколебавшись, она бросила одну из них Хики.

Легко поймав, Джо принялся изучать наклейку:

"Препарат: хумалог Н.

Имя больного: Эббигейл Дженнингс.

Лечащий врач: Уилл Дженнингс, доктор медицинских наук".

– Черт! – вырвалось у Хики. – Глазам своим не верю!

– Пожалуйста! – взмолилась Карен, стараясь, чтобы в голосе было побольше смирения. – Мы должны переправить лекарство моей девочке. Она… Боже, я ведь ей даже сахар не проверила! – Несчастной матери казалось, будто земля уходит из-под ног и она проваливается в бездну. – Через час Эбби нужно сделать укол. Мы должны как-то передать ей инсулин.

– Мы никуда не поедем, – бесстрастно проговорил Джо.

Схватив со стола револьвер, Карен прицелилась в грудь своему мучителю.

– Еще как поедем, прямо сейчас отправляемся!

– Я же предупреждал насчет пушки!

Женщина взвела курок:

– Эбби умрет без инсулина… Давай делай, что говорю!

В карих глазах загорелся огонек – насмешки или, возможно, удивления, загорелся и через секунду погас.

– Успокойся. Я имел в виду, мы пока никуда не поедем. Эбби сейчас везут в безопасное место. Возможно, навестим ее чуть позже. Расскажи о ее болезни. Насколько все серьезно?

– Насколько серьезно? Да она умереть может!

– Как скоро, по-твоему, начнутся серьезные проблемы?

Карен быстро просчитала все варианты: если перед сном дочка будет есть нормальную пищу и если вообще заснет, вполне сможет продержаться до утра. Хотя лучше не рисковать. А что, если двоюродный брат Хики угостит девочку шоколадкой?

– Ювенильный диабет непредсказуем, – проговорила она. – Если Эбби будет есть сладкое, ухудшение наступит очень быстро. Сначала обезвоживание, потом острая боль в животе, рвота и, наконец, кома и смерть. Все может случиться очень быстро.

Хики поджал губы, очевидно, тоже что-то просчитывая, затем потянулся, взял со стола трубку радиотелефона и набрал номер.

Быстро шагнув к столу, Карен нажала на базе кнопку громкой связи. Пока Хики раздумывал, что делать, послышался низкий мужской голос:

– Джои? Уже прошло тридцать минут?

– Нет, а куда делось "алло"?

– А, да, извини… – Голос в трубке звучал странно – как у пятидесятилетнего мальчишки. "Да он сам сущее дитя", – сказал Хики.

– Как девочка?

– Нормально, все еще спит.

Сердце Карен бешено билось.

– Дай мне с ней поговорить! – потребовала она, угрожающе качнув револьвером.

Хики поднял руку: смотри, мол, предупреждаю.

– Кто это был, Джо?

– Королева в пальто.

– Дай мне трубку! – не унималась Карен.

– Эбби сейчас не может говорить, ей успокоительное дали.

8
{"b":"932","o":1}