ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Сейчас мы сядем в машину, – сказал он. – Если дернешься еще раз, приставлю пушку к твоему позвоночнику и нажму на спусковой крючок. После этого ты станешь похожа на тряпичную куклу. Мне придется переть тебя на себе, зато ты останешься жива, по-прежнему сладенькая и мокренькая между ног. И кое-кому еще можно будет написать с тебя красивую картинку.

Меня парализовало от этих слов. В голове не осталось ни мыслей, ни чувств, кроме одного – леденящего ужаса. Он смерил меня яростным взглядом, будто подкрепляя только что сказанные слова, снова схватил за руку и потащил к автостоянке.

Когда мы переходили через трамвайные рельсы, я увидела, что Джон, лежа на земле, отчаянно пытается дотянуться до своего сапога. Я знала, что, когда мы будем проходить мимо, похититель добьет его – точно так же, как добил Венди. У меня не было ни единого шанса помешать ему.

– Джордан! – вдруг разорвал тишину дикий крик, и я мгновенно узнала голос Венди.

Оглянувшись, я увидела ее. Она лежала на животе, приподнявшись на локтях, и сжимала в обеих руках свой пистолет, направленный в нашу сторону. Ее подбородок и шея были в крови. Мой похититель наконец опомнился и прицелился в Венди, но я изо всех сил ударила его по руке, а сама бросилась в сторону.

Из дула пистолета Венди плеснуло оранжевым пламенем. На секунду у меня заложило уши. Похититель замер на месте, а потом снова стал поднимать свое оружие. Венди выстрелила еще раз. Похититель взвыл от ярости и боли и, спотыкаясь, бросился на лежавшую женщину. Он стрелял без остановки и несколько раз промазал. Но потом я увидела, как голова Венди резко дернулась и тут же стукнулась о мостовую.

Я тихонько завыла…

Похититель вновь обернулся ко мне. Он был ранен и не мог быстро передвигаться. По футболке между плечом и грудью расползалось темное пятно. Нас разделяло расстояние метров в пятнадцать. Он вновь наставил на меня пистолет. Сквозь застилавшие глаза слезы я все-таки сумела поймать его изменившийся взгляд. Он передумал. Он никуда меня не повезет. Просто убьет. Здесь и сейчас.

За моей спиной раздался звук очередного выстрела. Пуля взвизгнула, срикошетив от стены ближайшего дома. Резко обернувшись, я увидела Джона. Он стоял на коленях, направив ствол своего пистолета сорокового калибра в нашу сторону.

– На землю! – крикнул он.

Я упала, как подкошенная. И Джон открыл огонь. Грохот стоял неимоверный, над моей головой свистели пули. Одна за другой. Я лежала, вжавшись лицом в землю и зажимая руками уши. А когда все закончилось и я сумела поднять голову, похитителя уже не было.

Я поползла к Венди, все еще надеясь на чудо. Чуда не случилось. Пуля размозжила ей голову, и моим глазам предстало месиво из спекшихся от крови и вытекшего мозга волос. А я знала, что если ты видишь мозг – значит, человека уже нет.

– Ищи укрытие! Быстро! – вновь крикнул Джон.

Я поцеловала Венди, поднялась на ноги, пошатываясь подошла к лестнице и глянула вниз. Человек в рубашке-поло сидел скрючившись на нижней ступеньке у самой воды. Одной рукой он держался за перила, другую прижимал к груди. Спина его ходила ходуном. До меня доносился надсадный булькающий хрип. Словно почувствовав мой взгляд, он медленно обернулся. На мгновение наши взгляды встретились. Потом он с трудом поднялся на ноги и упал в воду.

Его голова показалась над поверхностью через несколько секунд. Уже вдалеке от берега. Рот открывался, как у выброшенной на песок рыбины. Я видела, как его захватило стремительное течение. В моем сердце не было и проблеска сочувствия. Я равнодушно наблюдала, как он борется с рекой, и все ждала, когда сдастся.

Из оцепенения меня вывела внезапно вспыхнувшая в мозгу отчаянная мысль – если он сейчас утонет, мы, может быть, так никогда и не узнаем, куда он девал Джейн, Талию и остальных, что с ними случилось и где они теперь.

В три прыжка я спустилась по лестнице и бросилась по каменному карнизу, ежесекундно рискуя свалиться в воду. Я бежала изо всех сил, стараясь не отставать от него. Голова мелькала на поверхности, как поплавок. Он пытался выгрести к берегу, но ничего не получалось.

– Помоги! – услышала я искаженный паникой крик. – Я не могу дышать!

Наверное, в его легких уже кровь. Он может захлебнуться ею даже раньше, чем утонет. Я подавила инстинктивное желание броситься в воду. Он меня утопит. Вольно или невольно, не важно.

– Прошу тебя! – заорал он. – Я больше не могу держаться на плаву!

– Пошел к дьяволу! – крикнула я в ответ.

Его захлестнула невысокая волна, и он на несколько секунд скрылся под водой. Затем снова выплыл и что-то крикнул, но я не расслышала. Потом крикнул снова:

– Твоя сестра жива!

У меня перехватило дыхание. Я не могла поверить своим ушам. И, спотыкаясь, бежала по карнизу, не отрывая глаз от реки. Он лжет… Он лжет, мерзавец… Он хочет, чтобы я прыгнула в воду… Он этого добивается…

– Где она? – отчаянно крикнула я.

– Спаси меня! А я спасу ее! Прошу!

– Где она? Сначала скажи!

Голова его вновь исчезла, потом показалась, и он надсадно закашлялся, выплевывая воду и кровь. А я бросилась к длинному сплавному стволу, застрявшему в куче речного мусора.

– Джордан! – услышала я далекий голос. – Толкни к нему дерево!

Я уперлась в край ствола всем телом, вены вздулись у меня на висках, но он не поддавался, черт бы его побрал. Крепко застрял, зараза… Я знала, что через несколько секунд течение пронесет похитителя мимо. И тогда все. Это мой шанс наконец узнать о судьбе Джейн. И если я его упущу… Теперь поздно даже прыгать за ним в воду. На такой стремнине я обречена. Здесь тонут профессиональные пловцы-экстремалы, не чета мне…

Внезапная мысль ударила мне в голову. Я нащупала в сумочке на поясе свою неразлучную «мыльницу» и выхватила аппарат. Тот самый, которым фотографировала двадцатую картину серии в галерее Вингейта. Во время того пожара.

Прыгая с камня на камень, я пыталась поймать наиболее выгодный ракурс. Течением его относило все дальше от берега. Теперь его уже не спасти. Вот он снова показался над поверхностью, и я отщелкнула три мгновенных кадра. Затем бросилась вперед по карнизу, остановилась через двадцать шагов и сделала еще два снимка. А потом его вновь захлестнуло волной, и больше я его уже не видела.

Постояв еще с минуту, я повернулась и стала карабкаться по насыпи. Вылезла на тропинку и увидела вдалеке Джона. Тот сидел на верхней ступеньке деревянной лестницы с мобильным в руке. Я пошла к нему. А где-то вдали уже ревели сирены полицейских машин. Я подошла и присела рядом. Он положил телефон на землю и затянул покрепче ремень, которым перехватил ногу, чтобы остановить кровотечение.

– Ранило? – спросила я.

Он кивнул и поморщился. Ему было очень больно.

– Спустись к воде, поищи его пистолет. Он мог его выронить или выбросить. Там могли остаться пальчики.

Я обыскала лестницу и каменный карниз в том месте, где он прыгнул в воду. Ничего не нашла. Кроме крови, которая была, казалось, повсюду.

– Посмотри на дне. У самого берега, – крикнул сверху Джон.

Миссисипи не зря называют «Мутной лужей». Если где и бывают реки с прозрачной водой, Миссисипи к ним явно не относится. Я перегнулась через карниз и стала шарить в воде рукой. Ничего. Пальцы скользили по склизким, поросшим водорослями камням. Я ползком передвигалась вдоль карниза и старательно обыскивала каждый сантиметр дна у берега. Наконец на что-то наткнулась и замерла. Выцарапав застрявший между камней небольшой легкий предмет, я вынула его из воды. Это оказался мобильный телефон. И под крышкой дисплея, куда проникла вода, была кровь…

– Что там? – крикнул Джон.

Я поднялась к нему, держа телефон за край антенны.

– Тебе везет…

– Самое смешное, что он еще включен. Смотри.

– Осторожно! – Джон принял у меня из рук аппарат, но тут его экран погас. – Черт возьми! Замкнуло! Проклятие, прямо на глазах!

– На телефоне могли остаться отпечатки пальцев.

82
{"b":"934","o":1}