ЛитМир - Электронная Библиотека

– Теперь операция вступила во вторую стадию, – сказал Мартин и постучал палкой по деревянной ноге пса: – Подбери-ка лапу под себя, Дик, так нам будет легче его не пропустить.

Вскоре в аллее послышались шаги. Человек подошел к ним и завел разговор:

– Ой, скажите, пожалуйста. У вашей собаки деревянная нога?

Мартину очень хотелось ответить ему порезче, например, так:

– Как вы узнали? Вы не могли этого заметить!

Но он ничего такого не сказал. Жалкий человечек его ничуть не интересовал. Множество подобных ему уже были задержаны отделом по борьбе с наркотиками, но это не давало никаких результатов. Их, как правило, отпускали в надежде выйти на распространителей отравы.

– Дай мне лапу, песик. Мне хочется поближе рассмотреть её.

"– И забрать свой товар", – добавил Мартин про себя.

Рассмотрев как следует лапу пса, прохожий удалился. Мартин подождал, пока затихнут его шаги, затем наклонился и коснулся пальцами ремешка. Все точно: вместо мешочка с порошком там были прикреплены денежные купюры.

– Итак, – ласково шепнул он Дику, – с предварительной частью работы мы покончили. Дождемся вечера и приступим к самому главному.

Прошел час. Вдруг в аллее раздался шум тележки. Мартин узнал этот звук: приехал его старый друг.

– Привет, Сильвестро! – весело сказал он. – Как вовремя ты приехал! Мне как раз хочется есть. Нет ли у тебя чего-нибудь вкусненького? Чего-нибудь такого, клейкого и хрустящего?

– Конечно, есть. Сладкий попкорн. Более клейкого, чем он, ты вообще не найдешь. Хуже, чем липкая бумага – если взять его в руку, то уже не избавишься.

– Ну, дай мне его на 10 центов.

Однако желание поесть покинуло Мартина сразу, как только тележка отъехала. Он сунул пакет в карман, даже не попробовав содержимого.

Так они просидели до самого вечера. Мартин, почувствовав, что солнце село, подождал ещё немного – пока не сгустились сумерки – и поднялся. Дик тоже встал и приготовился, как обычно, вести хозяина домой. Он пока не догадывался, что домой они не пойдут. И не мог предположить, что сегодня им с хозяином предстоит выполнить трудную, может быть даже самую трудную в их жизни задачу. Но даже знай он это, все равно бы не бросил Мартина одного.

На выходе из парка Мартин остановил какого-то прохожего и спросил, стемнело ли уже.

– Стемнело. Темнее уже не будет, – ответил тот. Мартин поблагодарил и отправился дальше. Конечно, сумерки давали его противнику некоторое преимущество, но не очень важное для Мартина – ему ведь все равно, день сейчас или ночь.

Они перешли дорогу. Раз, потом другой. Мартин шел рядом с Диком. Лицо его было спокойно, но сердце билось так сильно, что казалось, готово выпрыгнуть из груди. Скоро, без сомнения, к ним кто-нибудь подойдет.

Час был поздний. Люди торопились с работы и не обращали внимания на слепого с хромой собакой. Обычно вечером его останавливали гораздо реже, чем днем – как правило, только раз. Теперь он понимал, что это значило.

Они перешли ещё одну улицу, но ничего не произошло. Мартин не мог знать, что улочка, по которой они сейчас шли, была очень слабо освещена, и потому достаточно удобна для того, чего он ждал. Он просто чувствовал, что здесь не так шумно и, казалось, не было магазинов. Он медленно шел, прислушиваясь к постукиванию деревяшки Дика. И вдруг услышал шаги. Кто-то пошел следом. Казалось, притаившись, поджидали именно их.

– У вашей собаки деревянная нога? – поинтересовались сзади.

– Да, – любезно ответил Мартин. При этом он достал из кармана пакетик со сладким попкорном и как будто случайно просыпал большую часть на землю. Обычно такой кукурузный дождь сопровождает новобрачных на выходе из церкви. Но эта кукуруза была липкой.

Тем временем, человек уже осмотрел лапу Дика и с обычными словами: "– Никогда не видел ничего подобного," – тронулся в путь. Под его ногами лопался попкорн и часть зерен прилипала к башмакам. Шаги его стали теперь особенными. Они сопровождались слабым поскрипыванием, как будто он шел по неровному асфальту, и слух Мартина улавливал их довольно легко.

Через несколько минут мужчина и сам понял, что случилось, и остановился, чтобы растереть зерна об асфальт. Скрип уменьшился, но не исчез совсем. Все было именно так, как сказал Сильвестр: от сладкого попкорна избавиться невозможно. Легкий скрипящий звук помогал Мартину отличать шаги этого человека от многих других, которые он слышал на улице. Было даже легче, чем вчера, когда он отсчитывал шаги Бурхарда.

Некоторое время все шло без изменений, только звук скрипящих шагов становился шаг от шага все тише и тише. Мартин чувствовал, что они с Диком отстают, и старался идти побыстрее. Вдруг скрип пропал совсем – должно быть тот, кого они преследовали, завернул за угол.

– Быстрее, а то мы его потеряем! – скомандовал Мартин псу, сунул трость подмышку, чтобы не мешала, и побежал.

Дик бежал рядом с хозяином. Вдруг он остановился, и Мартин понял, что они подошли к краю дороги. Если парень сейчас обернется, то непременно заметит их. Мартин отступил назад и прижался к стене какого-то дома. Постоял некоторое время, прислушиваясь. Все это время Дик недоуменно смотрел на своего хозяина, слегка озадаченный его непонятным поведением.

И снова Мартин услышал легкое поскрипывание – шаги удалялись по перпендикулярной улице. Идти следом было довольно опасно, но и ждать больше было нельзя – они могли потерять его из виду. Помедлив немного, Мартин решился и пошел. Он подумал, что его труднее будет узнать, если он будет без очков, снял их и положил в карман. При этом он, конечно, понимал, что эта мера предосторожности была практически бесполезна, так как узнают его, в основном, по Дику, а без Дика он как без рук.

В первый раз за весь день Мартин подумал, что Бурхард прав: у него ничего не получится. Ему, конечно же, надо было взять с собой кого-нибудь зрячего. В этом месте наблюдение взял бы на себя его партнер. Тому легче было бы проследить, куда пошел этот человек. Но кого он мог взять с собой? Селию? Но как подвергнуть её опасности? И кто бы сторожил Бурхарда? Он не стал бы сидеть долго один в квартире, а, конечно, постарался бы освободиться и поднять тревогу. И он, Мартин Кэмпбелл, был бы уже в тюрьме. Так что выхода не было. Приходилось рассчитывать только на себя. Никаких мыслей о провале быть не должно! Дав себе такой приказ, Мартин прислушался. Слава Богу, поскрипывание кукурузных зерен ещё слышно.

Дважды потом звук этот пропадал, и Мартин каждый раз начинал думать, что потерял объект слежки. Он в растерянности останавливался и прислушивался. Шаги возобновлялись – видимо, мужчина просто оглядывался, чтобы посмотреть, не идет ли кто за ним.

Вдруг произошло то, чего Мартин больше всего боялся – скрип шагов прекратился. Открылась и захлопнулась дверь автомобиля. Все! Кончено! Продолжать бесполезно. Он даже не мог увидеть номер машины. Взревел мотор и машина уехала. Ему следовало об этом подумать – такие люди пешком не ходят.

Оставался единственный шанс – и Мартин решил попытаться. Он шагнул к тротуару, поднял руку и закричал:

– Такси! Такси!

Дик, почувствовав, что нужна его помощь, залаял.

И судьба снова им улыбнулась: появившаяся с другой стороны машина вдруг развернулась и подъехала к ним.

Открылась дверь и кто-то весело произнес:

– Садитесь, мистер. Куда вам?

Мартин быстро сел на заднее сидение. Дик прыгнул за ним:

– Вы, случайно, не обратили внимание на машину, которая отъехала незадолго до того, как я остановил вас? – спросил шофера Мартин.

– Обратил.

– Сможете её догнать?

– Без проблем. Она не успела далеко уехать – стоит там, чуть подальше, на светофоре.

Мартин чуть не вскрикнул от радости:

– Следуйте за ней!

Они отъехали так быстро, что Дик потерял равновесие и упал на своего хозяина. Мартин же был так взволнован, что не потрудился даже сесть на сидение, а примостился на корточках позади водителя, непрерывно спрашивая:

7
{"b":"940","o":1}