ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я постучала, но никто не отзывается. Значит, её нет дома.

Я повесила трубку и сказала:

– С моей подружкой что-то случилось. Дома её нет, здесь тоже нет. Насколько я её знаю, она и помирая мне что-нибудь передала бы.

Гордое выражение с лица моего кавалера уже сошло. Он потоптался и спросил:

– Так вы будете со мной танцевать или собираетесь стоять здесь и гадать на кофейной гуще?

Я от него только отмахнулась:

– Да пошел ты!

Он забрал купон, как раз когда оркестр перестал играть, и готов был испепелить меня взглядом.

– Десять центов коту под хвост! – выругался он и отправился на поиски другой партнерши.

Я никогда попусту голову себе не забиваю – что будет, то и будет, главное – не погореть самой. Я ведь только позвонила Джулии и ни черта не узнала. Вернувшись на паркет, я принялась молить Бога, чтобы меня не пригласил какой – нибудь селадон, напоровшийся за ужином чесноку.

Когда наступил второй перерыв, а Джулия так и не появилась, стало ясно, что сегодня её не будет. Марино её уже все равно не пустил бы, даже если бы она примчалась, высунув язык, и рассказала самую ужасную историю – все впустую. Но мне не давало покоя, что же с ней могло случиться, а тут ещё неприятное предчувствие, что сегодня вечером что-то должно произойти, от которого никак не удавалось избавиться. В общем, наверное, я двигалась, как корова на льду.

Настроение не улучшил и тот холодный оршад, которым меня угощали в перерывах. Но послать их всех к черту я не могла, потому что Марино получал процент с продажи.

Этот вечер не отличался от остальных, не хватало мне только Джулии. Мы были большими подругами, нежели это принято в подобных заведениях. На Джулию можно было положиться, а мне давно уже надоел весь этот бардак.

– Эй-эй-эй, не ходите по ногам, – говорила я, чуть живая от усталости. – И не нужно меня так тискать!

– А что мне, забор между нами поставить?

– Забор не забор, но держитесь подальше, – отрезала я, и не пытайтесь заниматься альпинизмом. Я не тренировочная стена для скалолазов.

А сама все смотрю по сторонам, не вертится ли где Марино.

Парень тут же угомонился. В большинстве своем они трусы. Но с другой стороны, если у девушки слишком много претензий, шеф раскричится, что она отпугивает клиентов.

Было около полуночи, когда они явились. Я уже три с половиной часа топталась на паркете без перерыва, не отдыхая, не присаживаясь. Но есть люди, которым приходится ещё хуже. Ну что мне вам рассказывать? Я знала, что время к полуночи, потому то Дюк, руководитель оркестра, запустил "Леди в пути", а я знаю, как у него составлена программа, и по ней могу отгадать, который час, как моряк по корабельным склянкам. В половине первого, например, играют "Лаймхауз блюз".

Я сразу положила на них глаз, как только увидела в фойе, потому что клиенты редко приходят так поздно: уже не остается времени оправдать свои деньги. Было их двое: один – гладенький сытенький коротышка, типичный недомерок. Зато второй – ну, тот второй был мужик! Совсем не двухметровый поджарый красавец, а скорее среднего роста, со светлыми волосами и какими-то острыми чертами лица, но если бы у меня был вообще идеал мужчины, то что-то вроде него. Но поскольку мои идеалы давно тю-тю, я забилась в раздевалку чтобы, пока перерыв, подсчитать купоны. Хотела прикинуть, сколько мне сегодня перепадет. По сданным купонам я получала два цента с каждых десяти.

Те двое ещё стояли в фойе и как раз подозвали Марино. Потом, когда появилась я, все трое обернулись и уставились на меня, а Марино поманил меня пальцем. Ну, я поплыла к ним, чтобы узнать, в чем дело. Следующим номером у Дюка была румба, и я подумала:" – Если он опять ко мне прицепится, я заткну ему пасть!"

Марино сказал:

– Соберите свои вещи, Джинджер.

Я подумала, что один из этих ребят хочет взять меня с собой, это можно сделать, если клиент договорится с шефом. Это не так плохо, как можно подумать: обычно ничего через силу делать не приходится, только посидеть с ним в потрясном заведении и послушать, что у него за проблемы. Я всегда говорю: только от тебя самой зависит, когда остановиться.

Я забрала свою драную кошку и направилась к ним, как раз когда Марино спросил то-то вроде:

– Мне что, за неё ещё и залог платить?

Недомерок сказал:

– Ну что вы, нам только нужно, чтобы она прояснила кое-что из происшедшего.

Это меня немного испугало и я взвизгнула:

– За что вы меня забираете? Что я сделала? Куда вы меня собираетесь везти?

Марино отрезал:

– Они только хотят, чтобы вы поехали с ними, Джинджер. Возьмитесь за ум и делайте все, что нужно.

Потом он сказал им то, что до меня не дошло.

– Только, пожалуйста, не надо впутывать наше заведение, ребята, ладно? У меня и так уже полгода одни убытки.

Я тащилась между ними, как корова на бойню, и вертела головой от одного к другому.

– Куда вы собираетесь меня везти? – начала я нудить, едва мы оказались на лестнице. Но ответ получила, только когда мы уже сидели в такси.

– К Джулии Беннет, Джинджер.

Наверно, Марино сказал им, как меня зовут.

– Что она натворила? – спросила я.

– Да говори уже прямо, Ник, – сказал недомерок. – Иначе плюхнется в обморок, когда приедем.

Ник с дьявольским спокойствием сказал:

– С вашей подругой Джулией произошло несчастье, мисс.

Он поднял руку и провел ею поперек горла.

Коротышка угадал – я отключилась прямо в такси. А когда очухалась, закричала:

– Это невозможно! – и схватилась за голову. – Еще вчера вечером мы вместе топтались на паркете. Вчера ночью в это же время хохотали в раздевалке и делили сигарету! Это невозможно! Джулия – моя единственная подруга!

Я разревелась, как ребенок, и тушь вместе со слезами капала на сиденье такси.

Ник вначале только морщился, а потом вытащил из кармана огромный носовой платок и сказал:

– Возьмите, мисс!

Платок все ещё был необходим, когда, зажатая между ними, я поднималась на крыльцо пансиона. Опомнилась только у дверей.

– Она все ещё там?

– Не бойтесь, вам не нужно на неё смотреть, – успокоил меня Ник.

И я не смотрела, потому что там её уже не было, но так ещё хуже. Господи, это одеяло с такой длинной кровавой полосой, как будто на нем курицу. Тут я закачалась и обеими руками ухватилась за что-то. Случайно это оказался Ник. Он стоял совершенно неподвижно, как будто ему это не мешало, только проворчал:

– Эту гадость нужно куда-то убрать!

Когда я очухалась и они смогли начать допрос, оказалось, что это совсем не страшно. Как и предупреждали, они хотели только выяснить всякую ерунду из её прошлого.

– Когда вы в последний раз видели её живой? Много ли было у неё знакомых – ну, вы понимаете, что мы имеем в виду? У неё был роман?

– Мы расстались вера ночью в половине второго, – ответила я. – Как только кончилась программа, пошли домой пешком. Знакомств она не поддерживала. Никаких свиданий с партнерами не назначала, я тоже.

Едва я перевела дух, Ник приподнял левую бровь, как терьер, учуявший крысу.

– Вы не заметили, за вами никто не шел?

– В нашей профессии к такому не привыкать, но этих балбесов хватает только кварталов на пять, а до нас их не меньше десяти.

– Так вы каждую ночь ходите домой пешком, хотя перед этим весь вечер были на ногах? – удивленно спросил коротышка.

– Вы думаете, при наших заработках можно взять такси? Но что вчера ночью за нами никто не шел, поклясться не могу, потому что не оглядывалась. Если оглянуться – это примут за приглашение.

– Это надо будет учесть, – сказал Ник, но сказал как-то машинально.

Я взяла себя в руки и спросила:

– Это случилось. Это случилось здесь?

– Все было немного иначе: когда вы простились, она снова вышла из дома.

– Послушайте, я её хорошо знала! – закричала я. – Нечего меня дурить, болван чертов, а то как дам по башке! – И я замахнулась на него своей драной кошкой.

2
{"b":"941","o":1}