A
A
1
2
3
...
22
23
24
...
31

– Теперь, когда ты убедился, что со мной все в порядке, можешь ехать домой.

– Флой…

– Послушай, я предлагала тебе заняться любовью, но ты равнодушно отказался. Сегодня ночью мне было немножко страшновато, но если ты не собираешь помочь мне выйти из стресса, а собираешься стоять тут и смотреть на меня холодным взглядом полицейского, то уходи.

– У меня холодный взгляд?

– Конечно.

Клод схватил ружье и швырнул его через всю комнату к противоположной стене, где оно и рухнуло. Новая штукатурка с треском отвалилась и посыпалась на пол.

Флой посмотрела на стену, потом на Клода.

– Ну, может быть, и не холодный.

Сам не зная, то ли встряхнуть ее хорошенько, то ли поцеловать, он прижал Флой к себе.

– Я не холодный. Тебя могли покалечить или убить сегодня ночью из-за твоего упрямства. Я же говорил тебе, говорил, что ночью здесь опасно оставаться одной. Почему ты меня не послушалась?

– Потому что это мой дом, и никто не выгонит меня отсюда. Даже страх.

– Да? Ну, тогда ты либо дурочка, либо самая смелая женщина из тех, которых я встречал.

– Я не дурочка. Я просто знаю, как себя защитить. – Она содрогнулась у него в руках.

Что в этой гордой девушке заставляло его сердце трепетать?

– Я знаю, принцесса. – Но, несмотря на эти слова, его до сих пор охватывал ужас при мысли о том, что могло произойти с Флой, Потрясенный до глубины души, он приник лбом к ее горячей щеке. – Боже, Флой! – Он глубоко вдохнул, но это не успокоило его. – Ты ранишь меня в самое сердце! Ты, с твоими испуганными глазами и трясущимися руками. Ты, с твоей нежной душой и неприступной маской. Только ты, Флой.

Она больше не дрожала. Запустив пальцы ему в волосы, она посмотрела ему прямо в глаза и прильнула губами к его подбородку.

– Спасибо, – прошептала она.

– За что? Тебя чуть не убили.

– Они не собирались убивать меня. Им нужны были только твои инструменты.

– Это только подтверждает то, что я виноват. Ты едешь со мной.

– Хорошо.

– Отсыпаться, – пояснил он.

– Это тоже, – прошептала она и взяла его за руку. – Пойдем.

13

Он точно потерял рассудок. А может быть, слишком много работал последнюю неделю, устал, не высыпался и теперь плохо контролировал свои действия.

Так размышлял Клод, сидя за рулем своего грузовика. Рядом дремала Флой. А Клод был как на иголках. Что на него нашло, когда он решил привести ее к себе домой? Он чувствовал, что в своем доме наедине с Флой он не устоит перед искушением.

Всю дорогу, то и дело, поглядывая на Флой, он гадал, есть ли под маленьким халатиком трусики или нет. Машина, подпрыгнув, вывернула на дорогу, ведущую к дому Клода, и Флой тихо застонала сквозь стон. Она открыла глаза.

– Я так устала.

– Поспи еще немного, скоро приедем.

Была одна маленькая надежда, что, попав к нему домой, Флой, пережившая ночью шок, заснет. Как сейчас. Наконец показался его дом. Осыпая себя всеми мыслимыми ругательствами, Клод открыл дверь грузовика и заставил себя отпрянуть от Флой, вместо того чтобы утонуть лицом и руками в ее пышных волосах, как он хотел.

Когда Флой выбралась наружу, они стали подниматься по ступенькам низкого крыльца. Вдруг она обернулась, обхватила его шею руками и прильнула губами к его рту. Кончик ее языка вытанцовывал на его губах, проникая глубже с каждым его стоном. Поцелуй настолько захватил их, что на несколько мгновений они перестали слышать и видеть мир вокруг себя. В порыве страсти Клод прижал ее к двери, Флой тихо застонала.

Ей хотелось осыпать его лицо градом поцелуев, и, обхватив его затылок двумя руками, она склонила его голову ниже, чтобы целовать его щеки, лоб, глаза. Отстранившись, она перевела дыхание и, улыбнувшись, спросила:

– Здесь, Клод?

Все его тело сотрясало необузданное желание овладеть ею прямо сейчас, но он прохрипел:

– Нет.

Он повел ее в спальню и жестом пропустил вперед. Опасаясь новых поцелуев Флой, которые грозили довести его до безумия, он задержался в дверях.

Флой направилась прямо к кровати. Забравшись на нее с ногами, она повернулась к нему с манящей улыбкой. Кровь прилила к низу его живота, и он ощущал ее горячие удары между ногами. Клод сжал ручку двери так, как хватаются за последнюю соломинку в последней надежде на спасение от неминуемой гибели. Увидев его у двери в такой жалкой позе, Флой сникла.

– Я думала, ты собираешься помочь мне прийти в себя.

– По-моему, с тобой все в порядке. – Сейчас он волновался только за себя. Флой не переодела свой шелковый халатик персикового цвета, когда они отправлялись в дорогу. Лишь накинула поверх длинную кофту, которая сейчас была расстегнута, наполовину открывая белоснежную грудь.

Клод смотрел, как она медленно снимает ее, и, когда кофта упала к ее ногам, Флой предстала перед ним практически обнаженной, если не считать маленького халата.

Скрестив руки, она провела пальцами по своим замерзшим рукам и содрогнулась.

– Холодно сегодня.

Холодно? Да у него все кипело внутри от одного только вида Флой. Когда она томно вздохнула, он инстинктивно сделал шаг вперед.

Флой опустила руки. Края ее халатика низко провисли, позволяя ему увидеть нежную полоску между ее грудей. Вдруг она резко откинулась назад и оперлась на локти, призывно улыбнувшись. Ее крупные, затвердевшие от возбуждения соски врезались в тонкую ткань халата, словно пытаясь прорвать ее, чтобы поскорее насладиться теплом другого тела. И тело Клода отозвалось на этот призыв: жар новой волной окатил его с ног до головы. Шелковая материя облегала ее животик и бедра, послушно обрисовывая каждый изгиб.

– Согрей меня, – прошептала она.

– Флой… – Его руки сами скользнули вниз.

– Не думай ни о чем. Просто трогай меня.

Скользя руками по шелковому халатику, он чувствовал дрожь ее тела, говорившую о том, что она не была так спокойна, как казалось. В ее карих глазах, которые потемнели настолько, что стали почти черными, он прочел страх и ужас, и его сердце сжалось.

– Пожалуйста, – прошептала она, обхватив руками его шею.

Он провел пальцем по ее щеке.

– Секс, Флой? Ты думаешь, он поможет?

Прижавшись к нему всем телом, она притянула его на себя.

– Конечно, поможет, – уверенно сказала она.

– Но…

Она закрыла его рот поцелуем, в котором полностью растворилось все его существо.

– Ведь для нас это не вопрос жизни и смерти, Клод, – произнесла она, когда их губы разъединились. – Это просто… утоление жажды.

– И после этого… тебе больше не захочется пить?

– Нет, если ты все сделаешь, как надо. – Ее порхающий язычок коснулся уголка его губ. – Ты ведь знаешь, как надо сделать?

– Думаю, что да. – Сопротивляться было бесполезно, и он сдался, убеждая себя в том, что это будет единственный раз.

– Если тебе понадобится помощь, – сказала Флой, поддразнивая его, – я с удовольствием помогу. – Она издала тихий стон, когда он запустил руку в ее волосы, и откинулась назад, подставляя шею его жадным губам.

Когда его губы завладели ее губами, они больше не разговаривали, растворяясь в своих ощущениях. Единственные слова, которые ей хотелось повторять снова и снова, были: «еще, пожалуйста, еще».

Его руки ласкали ее горячее тело, сжимая самые мягкие его части. Сначала его поцелуй был нежен и осторожен, но чем дольше он длился, тем яростнее становились ласки, и тем глубже его язык проникал в горячую и влажную глубину, увлекая Флой в головокружительный полет.

Именно этого она хотела. Хотела с той минуты, как впервые увидела этого мужчину.

Затем Клод отстранился, тяжело дыша, и посмотрел ей в глаза. Его пальцы играли с крошечными бретельками на тонких плечах.

Он хотел ее. Он пришел за ней и отвез ее к себе, чтобы вернуть ей счастье, вкус которого она уже забыла. Он выбрал для этого самый подходящий момент, когда чаша терпения была уже переполнена и страсть готова была вылиться безумным потоком.

23
{"b":"943","o":1}