ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он встал; радость от предстоящей встречи с младшей дочерью временно заслонила тревогу, которую вселяло в короля близящееся воссоединение со старшим сыном.

– Она сейчас в детской, – сказала королева.

– Что ж, я, пожалуй, навещу Ее Королевское Высочество. К королю полностью вернулось хорошее настроение. Зайдя в детскую, он увидел, что малышка сидит на полу и играет в игрушки, а рядом с ней на коленях стоит мисс Берни, к которой, как он слышал, Амелия очень привязалась.

– Здравствуй, папа! – сказала принцесса, толком не повернув головы в то время, как мисс Берни встала и сделала реверанс.

– Давайте, мисс Берни, – воскликнула Амелия. – Сейчас моя очередь. Смотрите. Смотрите!

– Его Величество здесь, Ваше Высочество, – прошептала Фанни малышке.

– Я знаю, но сейчас моя очередь.

– Нельзя играть, когда Его Величество хочет поговорить с вами, Ваше Высочество, – пролепетала взволнованная Фанни, которая всегда терялась, не зная, как вести себя в непредвиденной ситуации, когда нельзя было проконсультироваться у такого знатока придворного этикета, как миссис Делани.

Маленькая девочка удивленно поглядела на нее.

– Разве? – спросила она и снова обратилась к отцу. – Уходи, папа! Уходи!

– Что? – вскричал король. – А? Что? Фанни стояла рядом красная, смущенная.

– Папа, я же тебе сказала: уходи! Мы хотим играть. Так что… ты иди, папа. Иди!

Король поглядел на Фанни и улыбнулся, а потом подхватил девчушку на руки.

– Почему ты не рада своему старенькому папе? – спросил он.

– Но сейчас моя очередь, – объяснила дочь.

Как она прекрасна! – думал король. – Юность… Маленький носик, нежная кожа почти без веснушек, светлые волосики, голубые глаза… Ее рождение все для меня искупило. Хотя произвела ее на свет Шарлотта, а не Сара Леннокс. Однако Сара не смогла бы дать мне ребенка прекраснее этой девочки.

– Папа, – строго проговорила Амелия. – Сейчас моя очередь.

– А моя очередь поцеловать малютку Амелию.

– Ладно, целуй, только побыстрее! – властно вскричала девочка. – Мисс Берни! Я хочу к вам на ручки! Идите же сюда, мисс Берни! Я хочу к вам, слышите? О, мисс Берни, идите сюда…

Она дрыгала ногами и вырывалась, а Фанни стояла в нерешительности, не зная, как ей быть… Наконец король опустил дочь на пол.

Он улыбнулся Фанни. Она ему нравилась. Фанни забавляла короля. Она сказала ему, что опубликовала книгу, поскольку ей хотелось посмотреть, как будет выглядеть печатный текст. Король это запомнил. «Что ж, вы очень честны, – сказал он ей тогда. – Вы говорите честно и откровенно».

– М-да, мисс Берни, – протянул король, – принцесса Амелия, похоже, вас одобряет. А? Что?

– Я… о да, Ваше Величество!

– Что ж, – улыбнулся король, – это ведь тоже честно и откровенно, не так ли?

* * *

В покоях принцесс царило страшное оживление.

– Вы только представьте себе, – воскликнула старшая принцесса, – он наш родной брат, и в то же время его принимают, словно какого-то заезжего короля!

– Интересно, поладят ли они с папой? – вставила Августа. – Как думаете, они сразу начнут ссориться или немного погодя?

– Нет, сначала они будут вести себя вежливо, – покачала головой Елизавета. – Это приказ мистера Питта.

– Неужели мистер Питт такой важный? – изумилась София.

– Да, он очень важный! Он самый важный человек в нашей стране. И между прочим, не женат, – это сказала старшая принцесса, она только и думала, что о свадьбах. Ей исполнился двадцать один год, а в этом возрасте большинству принцесс уже находили мужей.

– Да полно тебе! – рассмеялась Августа. – Неужели ты надеешься, что тебе позволят за него выйти… даже если он не женат?

– Я часто думаю, что было бы гораздо лучше, если бы нам разрешали выходить за обычных людей, не королевской крови, – за наших соотечественников. Тогда и подыскать для нас мужей было бы не так трудно. Ведь почти невозможно найти жениха королевских кровей да вдобавок еще и протестанта. Тем более когда нас так много… наверняка кто-нибудь останется в девицах.

– А мне иногда кажется, – сказала Елизавета, – что папа вообще не позволит ни одной из нас выйти замуж.

– То есть как? – вскричала Шарлотта.

– Ну… он же со странностями, разве нет? Он так быстро говорит и все время повторяется. Неужели вы не замечали, что ему все хуже и хуже? Я думаю, у него к нам очень странное отношение. Он хочет, чтобы мы на всю жизнь остались девственницами.

– О нет! – застонала Шарлотта.

– Тогда нам придется иметь тайных любовников! – воскликнула Августа, и глаза ее засверкали.

– Или быть как Георг и тайно обвенчаться, – сказала Елизавета.

– Но Георг не венчался. Из-за этого-то и поднялся недавно такой шум! Мистер Фокс все отрицал в парламенте. Они думали, что он женился, а оказалось – нет.

– Как чудесно, что мы увидим Георга! С ним всегда происходят такие потрясающие вещи! Помните, как он с утра до ночи торчал в наших комнатах и посылал длинные письма Мэри Гамильтон?

– Сперва я думала, он приходит, чтобы повидаться с нами.

– По-моему, – завистливо вздохнула принцесса Шарлотта, – на свете нет ничего лучше, чем быть Георгом.

– Тебе нужно было лишь появиться на свет четырьмя годами раньше и родиться мальчиком, – усмехнулась Августа. – Тогда ты была бы принцем Уэльским. Тебя бы это вполне устроило, Шарлотта.

Шарлотта с ней согласилась: действительно, ее это вполне бы устроило.

Затем девушки принялись рассказывать друг другу, что они слышали про похождения принца Уэльского, и болтали, пока Шарлотта, спохватившись, что в комнате сидят Мария и София, не сделала большие глаза, веля переменить тему… временно, пока младшие сестры будут с ними.

* * *

За чаем, на который приглашались конюшие, тоже царила атмосфера возбужденного ожидания. Все знали о грядущем приезде принца – и обаятельный полковник Дигби, к которому Фанни все больше проникалась симпатией, и приятный, беспечный полковник Меннерс, никогда не задумывавшийся над своими словами, и постоянно сплетничавший полковник Голдсворси. Фанни обожала эти чаепития… но лишь тогда, когда мадам фон Швелленбург заявляла, что она слишком утомилась или просто не в духе и на чай не пойдет. В подобных случаях полковники наперебой вышучивали вздорную старуху; Фанни считала, что она это заслужила, да и потом ей же было невдомек об их тайных насмешках, так что никакого вреда от этого быть не могло.

В тот счастливый вечер все джентльмены оказывали Фанни знаки внимания – особенно полковник Дигби, – и разговор вертелся вокруг скорого приезда принца.

Полковнику Голдсворси, разумеется, были известны все сплетни, полковник Меннерс рассказывал забавные истории о «подвигах» принца, а полковник Дигби так флиртовал с Фанни, что у нее даже мелькнула мысль: вдруг он всерьез подумывает, не сделать ли ей предложение?

Все было очень мило.

Полковник Голдсворси принялся расписывать Фанни, что ее ждет зимой в Виндзоре:

– Эх, мисс Берни, сейчас-то вам не холодно в легком платье и жакетике, но погодите… настанет осень… Тут по коридорам гуляют сквозняки, которые даже старого вояку могут унести за собой. Поэтому, когда закончится октябрь, вы под любым предлогом пропускайте утреннее богослужение. Вот увидите, и Ее Величество, и принцессы, и все их фрейлины тут же начнут кашлять, чихать, а потом… потом будут исчезать одна за другой. И в декабре уже никто не покажется в церкви, кроме короля, священника и вашего покорного слуги. Но я хожу только по необходимости. И готов поклясться, священник тоже!

– Да, Его Величество – истинный стоик, мисс Берни, – добавил полковник Меннерс.

– Я не сомневаюсь, что Его Величество всегда будет исполнять свой долг.

– Даже если вся его семья умрет от холода.

– Ну, они уже столько зим пережили, полковник Меннерс! Но, должно быть, порой на такой службе приходится туго – когда неудержимо хочется чихнуть в присутствии короля.

63
{"b":"94383","o":1}