ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Песнь Кваркозверя
Огонь в твоём сердце
Просто гениально! Что великие компании делают не как все
Каникулы в Раваншире, или Свадьбы не будет!
Умри сегодня
Девушка Online. В турне
Цветок Трех Миров
Слишком далеко от правды
Провидица
A
A

Она смотрела на дорогу, дожидаясь момента, когда вернется на виллу Хантеров, швырнет Теодору его деньги и уедет снова, на сей раз одна и совершенно свободная.

— Мари, ты обязана повернуть!

— Я хочу посмотреть ему в глаза, — не оборачиваясь, бросила Мария. — Он ничего нам не сделает.

— О Боже! — простонал Макс. — Ты сама не знаешь, что говоришь! Ты не знаешь, какой он!

Когда Мария промолчала, он посмотрел на нее безумными глазами и вдруг с отчаянной решимостью схватился за руль. Она снизила скорость, попыталась оттолкнуть его и выровнять машину, но Максимилиан боролся и продолжал выворачивать баранку.

Машину резко занесло.

— Отпусти руль! — крикнула Мария, не в силах стряхнуть его руки, — Макс! Пожалуйста…

Но было уже поздно. Мир завертелся, машина опрокинулась и перевернулась.

Это было последнее, что видела Мария. Но слышала она все: скрип шин, удар об землю, голос Макса, с каждым разом все слабее звавший ее и наконец умолкший.

Пронзительная боль не помешала Марии понять, что значит эта тишина.

— Малыш… — прошептала она, зная, что Макс ее не слышит и больше не услышит никогда.

Прошло немало времени, прежде чем Мария очнулась и поняла, что находится в какой-то белой комнате. Белыми были и стены, и потолок, и кровать, на которой она лежала.

А рядом с кроватью сидела темная тень. Она медленно повернула голову и увидела Теодора. Он не сводил с нее глаз, и у Марии чуть не остановилось сердце. Никогда прежде на нее не смотрели с такой лютой ненавистью.

4

Они долго смотрели друг на друга, пока Мария наконец не прошептала:

— Мой ребенок?..

— Ему ничто не угрожает, — отчужденно сказал ей Тео. — Вам повезло.

— А Макс?

— Мой брат мертв, — не колеблясь ответил он.

— О Боже! — в ужасе прошептала девушка. В глубине души она знала это. Затихающий голос, который она слышала в бреду, сказал ей правду, но тем страшнее было слышать подтверждение.

— Сколько времени я здесь? — хрипло спросила она.

— Три дня. Сначала врачи думали, что шок убьет и вас. Но вы выжили.

— А вы бы хотели, чтобы и я умерла? — спросила Мария, испуганная угрюмым выражением его лица.

— Я скажу доктору, что вы очнулись, — бесстрастно ответил он и встал. — Поговорим позже.

Теодора сменила медсестра, и больная снова погрузилась в сон. Несколько дней она то впадала в забытье, то вновь приходила в себя. Тео сидел рядом и не сводил с нее суровых глаз. Даже во сне она чувствовала силу его ненависти. Наконец однажды она очнулась окончательно. Он снова был здесь.

— Мне не приснилось? — спросила она. — Вы говорили, что Максимилиан мертв.

— Мертв, — ровно подтвердил Тео. — Вчера были похороны.

Она заплакала.

— О Боже! Бедный Малыш!

— Да, поплачьте, — презрительно фыркнул он. — Поплачьте о человеке, которого вы убили, но не ждите от меня жалости.

— Я не убивала Макса, — слабо возразила Мария. — Это был несчастный случай…

— Да, несчастный случай, вызванный вашей алчностью, — парировал он. — Вашим желанием схватить все, до чего дотянутся руки, и побыстрее удрать!

— Нет… нет… мы ехали на виллу Хантеров… Макс не хотел возвращаться… он пытался остановить меня…

— Не отягощайте свою вину ложью!

— Я не…

— Вы взяли деньги, которые я предложил вам, взяли кольцо деда и уговорили брата бежать среди ночи. Разве вам пришло в голову подумать о тех людях, которых он любил? Когда дед услышал о смерти Макса, он перенес удар, попал в больницу и до сих пор на пороге смерти.

— Нет! — воскликнула Мария.

Разве может человек вынести столько несчастий сразу? Она отвернулась к стене и зарылась лицом в подушки.

Услышав крик, в палату торопливо вошла сестра.

— Пожалуйста, мистер Хантер, не волнуйте больную, — настойчиво попросила она.

— Не бойтесь! — услышала Мария голос Теодора. — У этой больной нет сердца. Она сеет вокруг себя смерть и разрушение, но сама выходит сухой из воды!

Катастрофа закончилась для Марии шоком и переломом трех ребер, но ребенок каким-то чудом не пострадал. Вскоре она начала замечать окружающее и поняла, что лежит в роскошной палате на одного. За ней тщательно ухаживала немолодая сиделка по имени Джейн. В ответ на вопрос пациентки она сообщила:

— Мистер Хантер велел поместить вас сюда и оплачивает все расходы.

— Какая щедрость… — пробормотала Мария.

— Да, мистер Хантер очень щедрый человек, — кивнула Джейн. — Он попечитель нашей больницы и регулярно делает большие пожертвования.

Но Мария знала, что щедрость не имеет к этому никакого отношения. Тео поместил ее туда, где мог отдавать приказы. Следующие слова Джейн подтвердили это.

— Полиция хочет поговорить с вами о несчастном случае, когда вы оправитесь, — сказала сиделка. — Но им ответили, что это случится не скоро. Так что не волнуйтесь, ничто вас не потревожит.

Джейн хотела ее подбодрить, но Мария поняла, что она здесь пленница… пленница мистера Хантера и ее будут держать в палате, пока он не решит, что с ней делать. Она вздрогнула.

Мария ненавидела чувство беспомощности. Надо было проверить, может ли она ходить. Как только сиделка отлучилась, она сбросила одеяло и опустила на пол ноги. В груди все заныло, закружилась голова. Мария уцепилась за край кровати, медленно встала и перевела дух.

Затем, едва переставляя дрожащие ноги, она подошла к большому настенному зеркалу.

Увиденное потрясло Марию. Ее мертвенно-бледное лицо было обезображено кровоподтеками. Она криво усмехнулась и попыталась отвернуться, но вдруг все поплыло перед глазами. Ощутив приступ тошноты, она вытянула руки, пытаясь за что-нибудь уцепиться, однако пальцы судорожно хватали воздух. Когда Мария готова была рухнуть на пол, дверь открылась, кто-то чертыхнулся, и в следующее мгновение ее подхватили сильные мужские руки.

— Черт побери, это еще что за фокусы? — отрывисто спросил Теодор.

— Я только хотела… — Мария осеклась, накатил новый приступ. Радуясь поддержке, она машинально положила голову ему на плечо. Он осторожно обнял женщину за талию, чтобы не коснуться сломанных ребер, и повел к кровати. Затем Тео уложил ее и накрыл одеялом.

— Я позову сиделку, — мрачно сказал он.

— Нет, со мной все в порядке, — прошептала она. — На тумбочке стоит стакан с соком. Если можно…

Он приподнял Марию за плечи и поднес к ее губам стакан. Движения мужчины были мягкими, но голос не содержал и намека на мягкость.

— Я запрещаю вам вставать. Если у вас не хватает здравого смысла, я прикажу сиделке не спускать с вас глаз.

— Какое вам до этого дело? — воинственно спросила она.

— Вы носите ребенка моего брата… или по крайней мере хотите, чтобы я в это верил.

— Но ведь вы не верите этому, правда? Так почему бы не отпустить меня?

— Когда я буду в этом уверен, тогда и решу, что с вами делать.

Эти слова отдались в воздухе зловещим эхом. Мария устало откинулась на подушку. Он заботился о ней, но ничуть не смягчился. И станет делать все, что нужно, пока не «будет уверен». Внезапно Марии стало ясно, почему Максимилиан привык бояться тени брата.

— Когда вы позволите полиции поговорить со мной? — спросила она.

— Когда поговорю с вами сам. Хотя Господь знает, что это вряд ли необходимо. Правда и так достаточно ясна.

— Ив чем же, по-вашему, она состоит?

— Я предложил вам отступного, но вас обуяла жадность. Вы уговорили брата бежать и взяли с собой деньги и кольцо.

— Не правда! — резко возразила она. — Я оставила деньги и кольцо! Их взял Макс. Я обнаружила это только на заправке. Я разозлилась и сказала, что нужно вернуться. Мне хотелось швырнуть эти грязные деньги вам в лицо!

— Ох, перестаньте! — презрительно уронил он. — Придумайте что-нибудь получше. Машина стояла носом на запад. Вы ехали из Лонг-Айленда, а не наоборот. Должно быть, вы слишком торопились и попали в аварию.

От негодования у Марии закружилась голова, но она заставила себя успокоиться.

10
{"b":"945","o":1}