ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Опять не то? Ну, ты графиня, елки. А я думал, споемся.

- Меньше думай. Оно когда нечем и не за чем, потому чтот без толку, - подал голос Семен.

- О-па! И ты здесь. Чего принесло? Я тебя предупредил - ухаживать буду.

- По-человечьи. Ухаживай, а я прослежу, чтобы именно так, а не иначе.

- Бродить за нами будешь?

- Как тень, - кивнул Семен.

- Ну, ты дурной, Горец, - качнул головой Прохоров. - Ладно, бди караульный. Если что, свечку подержишь.

- А в зубы?

- Во-во, только это и можешь, - хохотнул Виктор. - Ты брат Фее, сват, отец родной? Никто ты Сема, и в жизни и ей. Был у тебя шанс, ты его не использовал - свободен.

- Я с тобой собачиться не собираюсь. И не уйду. Рядом побуду, на всякий случай.

- Смотри, дело твое.

Фее надоело слушать разговор мужчин, тем более Семена видеть априори не хотелось, и девушка решила покинуть помещение вместе с его обитателями.

- Эй, ты куда? - поднялся следом Виктор.

- Ее Фея зовут, - напомнил Семен. Девушка даже не обернулась - прошла мимо него с каменным лицом только волосы колыхнулись, обдав мужчину манящим ароматом от которого в горле сухо стало.

- Ну и куда она? - удивился Виктор: вроде по уму подошел, с подарками, чего же выкобенивается?

- Спать. Устала от ухажера, - усмехнулся Семен.

Фея зашла в комнату Ильи, надеясь, что он у себя, но не застав хозяина печалиться не стала: оглядела полки, потрогала продолговатые предметы, выстроенные в ряд. Попыталась вытащить и устроила обвал. Штук пять этих вещичек упали на пол, раскрылись. Девушка с любопытством взглянула на листы и подняла один предмет, на котором были изображены маленькие примитивные иероглифы. Полистала неуклюже, села за стол, пытаясь найти взаимосвязь меж одинаковыми значками и расшифровать начертанное. Узор диковинный, похожий на код или древнюю тайнопись. И каждый знак отделен одинаковым интервалом - значит, в каждом иероглифе спрятан трехмерный смысл? Тогда непонятна неорганизованность и необразованность землян, как не понятно к чему столько труда вкладывать, изображая знаки, если их можно сразу в волновом порядке настроить на мозговые частоты.

Захлопнула хранилище тайн, повертелась, оглядывая комнату: что еще интересного? А ничего кроме таких же штук. Взяла еще одну и села на пол, заинтересовавшись примитивным плоским изображением. На свет лист выставила: может так проявится объем изображенных предметов? Ничего подобного. Пришлось довольствоваться тем, что есть.

Вскоре девушка поняла назначение предметов - релаксанты. Видно земляне иного не изобрели и вывели вот такое своеобразное лекарство от мышечного и психологического напряжения, бессонницы и волнений.

Девушка зевнула, легла на пол и, приложив книгу к голове, чтобы лучше спалось, закрыла глаза. И хорошо стало, спокойно, тепло. Она не заметила, как заснула.

Илья, зайдя в свою комнату, оторопел: на завале из книг сладко спала девушка, положив на лоб иллюстрированный томик стрелкового оружия. Выглядела композиция и смешно и чудно. Степной постоял и пошел за Семеном.

Тот слушал очередную байку Петра вместе с остальными промысловиками.

- Семен, - тихонько окрикнул его мужчина и поманил ладонью, загадочно улыбаясь: поднимись наверх.

Колмогорцев подошел:

- Пойдем, покажу одну чудную картину маслом, - открыл дверь в свою комнату Илья и плюхнулся на табурет, поглядывая на пол. Семен протиснулся следом и удивленно выгнул брови, узрев спящую Фею.

- Вот умаялась девочка, - улыбнулся Илья.

- Почему на книгах?

- Проснется, спроси.

Семен присел над девушкой, разглядывая ее блаженную физиономию с улыбкой на устах, диссонирующую с обложкой справочника по стрелковому оружию с двустволкой и старинным пистолем во весь разворот, лежащим раскрытым на лбу.

Дитя, - головой качнул, не зная смеяться или плакать по этому поводу, как и по поводу чудачеств девушки.

Убрал книгу и поднял Фею на руки.

Помоги, - кивнул Илье. Тот дверь приоткрыл, пропуская Семена.

Мужчина положил девушку на постель, снял с нее мокасины, и задумался: комбинезон Феи его значительно напрягал. Он ей как вторая кожа стал - и спит в нем, и ходит. Но организм-то дышать должен, а какой воздух может попасть под плотную, блестящую как целлофан обертку?

С другой стороны раздеть - потревожить и Фею и себя.

И все же руки потянулись к застежкам. Он уже видел, как Фея их открывает. Странные штуки: с виду обычные швы, а пальцем вдоль проведи, и раскрываются.

Раздел девушку, укрыл, стараясь не смотреть на нее, не думать.

И всю ночь провел как в печи, слушая ее дыхание, зная, что она обнаженная, доступная рядом, совсем близко.

Глава 24

Сегюр прибыл на Фарагост без должной помпы - тихо, как простой смертный.

В шатер наследника зашли агнолики, зорко оглядели помещение и приоткрыли полог, пропуская императора.

Лоан молча прошел внутрь, посмотрел на притихшего и побледневшего отпрыска, повернул к себе кресло и сел, махнув ладонью воинам - свободны.

- Я слушаю тебя, сын.

Констант молчал. Ему нечего было сказать, хотя все десять дней он усиленно готовил оправдательную речь. Сейчас же, под строгим взором отца парень лишь опустил голову.

- Понятно, - холодно посмотрел на него Рэйсли. - Прошло десять дней. Безрезультатно. Думаешь, я тебя накажу? Нет. Наказанием тебе будет понимание, на что ты обрек сестру. Показать тебе как выглядят клаоны окэсто? - качнулся к сыну. Зрачки Константа стали вертикальными вслед отцовских, во вспышке двух взглядом отец передал сыну то, что испытывал сам, те страшные картины, что были повсеместным и нормальным явлением еще двадцать пять лет назад.

Парень отшатнулся:

- Нет! Эйфия не окэсто!

- Нет, слава Модраш. Но ей нужен постоянный допинг. Сейчас состояние пока не критическое, но буквально еще десять дней и начнутся необратимые последствия. Я не знаю, где моя дочь и сможет ли найти себе донора, что выберет гипотетическую жалость к канно или здравый смысл, что будет диктовать отличные от моральных, правила. Твоя сеста слишком хрупкой психической организации. Она не Марина, для которой бы не составило туда найти себе донора и успокоить энергетический голод.

- У нее сейкап. Монторрион подарил.

- Полный?

- Да. На гоффите я брал ей тэн.

Рэйсли откинулся на спинку кресла и кивнул:

- Тогда у нас есть время, а у нее шансы на жизнь. Ты нашел свой промах?

- Да. Поиском не охвачены еще три планеты. Я приказал Стейпфилу…

- Это я сделал до тебя. По данным отчета Арвидейф, взятым у уфологов и с локаторов наших баз, на Землю в тот день упало четыре метеорита.

- Кто такие уфологии?

- Не знаешь? Тебе нужно повышать образование, больше внимания уделять знаниям, а не мальчишеским бравадам.

- Я не изучал Землю.

- Теперь придется, - заверил сегюр, вставая. - Будет, чем заняться пока сидишь под арестом.

- Ты берешь меня под арест?

- Да. Если с Эйфией что-нибудь случится из той области, что произошла на гоффите Люйстик, ты будешь лишен звания и в должности простого кэн пойдешь под начало Арвидейф. Будешь жить среди тэн на Земле, - сказал жестко и вышел из шатра. Следом появились агнолики и заняли позицию у выхода. Стейпфил подал сейти лэктор:

- Информация о Земле. Секретные данные.

- Чувствую, меня впечатлят, - уныло протянул Констант, оседая в кресло.

Сегюр прошел к арестованному.

Монторрион физически выглядел прекрасно, если не считать унылую меланхолию приговоренного к долгой и мучительной смерти, что проглядывала во внешнем виде, позе в лице и взгляде. Он не надеялся на помилование, прекрасно осознавая свою вину. Единственное что еще грело его, добровольное признание вины и раскаянье, что могло спасти его от мучительной смерти.

61
{"b":"94616","o":1}