ЛитМир - Электронная Библиотека

– И ты привезла мать домой, восстановив мир между Дотти и ее блудной дочерью? Очень благородный поступок, Алекс. – В его взгляде сквозило восхищение. – Твоя душа так же прекрасна, как и твое тело, Александра.

Его похвала польстила ей. Он понимает ее. Может, он не такой уж легкомысленный.

– Спасибо, Кит. – Она решила перевести разговор на другую тему: – Надеюсь, твой Каналетто оказался не подделкой.

– Каналетто?

– Ну, помнишь тогда, в опере, Харт сказал, что у него уже есть картина, которую ты недавно приобрел?

– Недоразумение вышло. – Ник не стал развивать эту тему, но сам факт взял на заметку. – Харт Кавендиш частенько сопровождает тебя. – Он постарался скрыть раздражение.

– Мне нравится его общество, – призналась Алекс.

– Ничего удивительного. Какой леди не понравится общество английского герцога?

– Титул здесь ни при чем, – фыркнула Алекс.

– Герцогский титул ставит его во главе бомонда, остальные ему не чета. У него денег и привилегий больше, чем у самого короля. Признайся, что именно это привлекает тебя.

– Разумеется! А что в этом плохого?

– Ничего, если ты не ждешь, что он сделает тебя герцогиней. Харту не нужна жена, Алекс. Он ищет любовницу. Разве это не унизительно для тебя?

Правда задела Алекс за живое.

– Харт был честен со мной, предложил мне стать его любовницей.

Ник резко остановился и схватил ее за плечо.

– Да я об него кнут сломаю!

Александра заглянула ему в глаза и содрогнулась.

– Мне не нужна нянька! – Она высвободилась и пошла дальше. – Я сама способна позаботиться о себе.

Он нагнал ее.

– Я не хочу, чтобы ты появлялась с ним в свете, Алекс!

– Да ты ревнуешь! – бросила она ему в лицо.

– С чего бы мне ревновать тебя к самому богатому герцогу Англии, который к тому же похож на античного бога?

Она встала под газовым фонарем и посмотрела на него. Ее взгляд задержался на бездонных серых глазах, скользнул по высоким скулам и остановился на ямочке на подбородке.

– Ты один из самых красивых мужчин на земле. – Она оглянулась, поняла, что они уже на Беркли-стрит, которая выходит на Беркли-сквер, и расхохоталась.

– Не вижу ничего смешного! – прорычал он.

– Признайся, ты нарочно увел меня от Харта Кавендиша и проводил до дома, дьявол ты эдакий!

– Признаюсь. У моего соперника нет ни единого шанса на успех. Ты находишь это смешным, Алекс?

– Мне смешно, потому что Харт тебе не соперник… никогда не был и не будет. У тебя другой соперник – твой брат-близнец. Я много лет была в него влюблена.

– А теперь?

Он сказал это с такой болью, что Алекс не осмелилась нанести ему еще одну рану.

– Это были девичьи фантазии, только и всего. Перед отъездом Ник сказал, что относится ко мне, как к сестре.

– Ник идиот. У него всегда было гипертрофированное чувство гордости. – Он привлек Алекс к себе и запечатлел на ее губах поцелуй, соблазняя, искушая, умоляя открыться ему.

Алекс попыталась уклониться от поцелуя, но Кит оказался не менее искушенным любовником, чем танцором. Она закрыла глаза, вообразив, будто целует Николаса. По телу прошла восхитительная волна наслаждения.

– Ник, – прошептала она, но тут же высвободилась из его объятий. – Спокойной ночи, Кит.

Алекс побежала к дому. Ей оставалось лишь надеяться, что ее суженый не слышал, каким именем она назвала его.

Николас смотрел ей вслед, благодаря Бога за то, что она произнесла его имя, и в то же время терзаясь чувством вины. Он еще долго стоял на углу Беркли-сквер, раздумывая над тем, как решить эту дилемму.

Глава 22

Вернувшись на Керзон-стрит, Николас обнаружил, что дворецкий еще не ложился.

– Нет нужды ждать меня, Фентон, у вас и так длинный рабочий день. Я сам все запру и погашу лампы.

– Да, сэр. – Фентон двинулся было по коридору, но вдруг вернулся. – Не хотелось бы беспокоить вас, сэр, вы только что из Франции. Я полагал, лорд Хаттон позаботится об этом перед отъездом.

– В чем дело?

– Виноторговец, сэр. Он оставил счет два дня назад и сказал, что придет завтра. Я отдал счет вашему брату, но он выбросил его в корзину для мусора.

Ник взял счет и внимательно просмотрел его.

– Три сотни фунтов за виски? Невероятно! Здесь, должно быть, какая-то ошибка.

– Счет скорее всего раздут, сэр. Виноторговец человек не слишком приятный. Я бы и сам заплатил, сэр, но еще не получил жалованья.

– Вам задолжали с декабря? – разозлился Ник. «В какие чертовы игры играет Кит?» – Никому из слуг не заплатили?

– Боюсь, что нет, сэр.

Внутри у Ника все кипело, но он взял себя в руки.

– Здесь более сотни фунтов. – Ник протянул Фентону свой выигрыш. – Этого должно хватить. Прошу вас, извинитесь за меня перед прислугой. – Он помахал счетом за виски: – И не волнуйтесь об этом, Фентон. Я завтра сам встречусь с виноторговцем.

Ник поднялся в комнату Кита и поискал в столе домашнюю конторскую книгу. С уст его слетело проклятие. Кит вообще не вел никаких записей, а неоплаченных счетов – хоть отбавляй. Среди бумаг обнаружилась квитанция за Каналетто на девять тысяч фунтов. «Господь Вседержитель!» Он припомнил слова Алекс насчет поддельной картины. Ник обвел взглядом комнату, заглянул под кровать. Ничего! Открыл гардероб Кита, сдвинул в сторону одежду и нашел полотно.

Ник забрал и картину, и квитанцию. Разделся, распахнул окно. «Брату нужна нянька, он ни на что не способен». Ник подумал о расписках, которые отыграл сегодня вечером. «Ничего удивительного, что Кит сбежал в Хаттон-Холл прежде, чем я обнаружил все это!» Николас полной грудью вдохнул свежий весенний воздух. Нужно брать дела в свои руки. Начнем с владельца художественного салона.

* * *

На следующее утро Николас нанес визит в «Спинкс и K°». Старый торговец картинами был одним из самых сведущих людей в своем деле и знал, что происходит по обе стороны закона.

Спинкс изучил квитанцию.

– Его настоящее имя Уиклоу. Закрывает лавку и переезжает каждый месяц. Поищите на Уорик-лейн, у собора Святого Павла.

Ник понял, что попал по адресу, когда продавец поспешно ретировался в подсобку, едва завидев его. Ник прошел за ним в просторное складское помещение и навис над Уиклоу. Двое подмастерьев предпочли сбежать через задний вход.

– Ты продал мне поддельного Каналетто. Я пришел за своими деньгами.

– У вас нет никаких доказательств, – заверещал тот. – Выберите другое полотно.

Ник взял одну из картин, вытащил спички и поджег.

– Деньги! Или к утру от этого места один пепел останется.

– Боже, остановитесь! – Уиклоу затоптал пламя. – Идемте в лавку, милорд. Мы с вами оба стали жертвами обмана. Давайте найдем компромисс.

Ник Хаттон шагнул ближе и навис над ним, лицо мрачное, серые глаза холодны как сталь.

– Ты еще смеешь торговаться!

Уиклоу тщетно пытался скрыть страх. Он отпер железный сейф и отсчитал девять тысяч фунтов.

– Тысячу фунтов процентов, – потребовал Ник. И добавил, заметив, что Уиклоу колеблется: – Я сказал, что в золе найдут твои косточки?

Через пять минут Николас уже направлялся к виноторговцу на Темз-стрит. Маленький магазинчик являлся частью большого склада в доке.

– Я пришел уладить дело с этим чеком. – Ник знал, что в Лондоне дела ведутся по принципу «не обманешь – не проживешь». – У меня есть все основания полагать, что счет раздут.

Его угрозы сработали и здесь, со счета списали сто фунтов.

К возвращению на Керзон-стрит Николас понял, что выбора у него нет. Завтра он отправится в Хаттон-Холл и хорошенько тряхнет братца. Наплевать на то, что он лорд, Кит не имеет никакого права вести себя подобным образом.

Дотти постучала в дверь комнаты внучки и тихонько отворила ее:

– Мне нужно поговорить с тобой, милая.

– Входите, пожалуйста. Я тут работала над статьей в газету.

46
{"b":"94774","o":1}