ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

"Каджун, оставим всякие церемонии, я слежу за предпринятыми тобой шагами. Под тобой зыбкая почва. Та-По убьет тебя, если сможет. Найди девушку. Передай ее в советское посольство. Там находится ее отец, профессор Успанный. Ничего не знает про полет дочери на Луну, настолько Москва все засекретила. Но под крышкой котла все кипит. Найди Хар-Бюри. Передай его иранским органам безопасности. Сотрудничай с полковником Сааджади по всем вышеперечисленным вопросам. Удачи, Д.М."

Дарелл рассмеялся, и Ханух посмотрел на него, приподняв густые брови. Дарелл отодвинул бумаги на противоположный край стола. Солнце приятно грело. Легкий ветерок подхватил было листки, и Дарелл прижал их пепельницей.

– Не желаешь прочитать, Ханух?

– В этом нет необходимости.

– Из-за мисс Сааджади, которая работает в американском посольстве?

– Друг мой, я не буду извиняться за это. Вы поступаете так же. Ваши нынешние инструкции уже ждут на моем рабочем столе.

– И мисс Сааджади – дочь вашего полковника?

Ханух расплылся в улыбке.

– Да.

– А полковник – твой босс?

– Да.

– А ты знаешь, что Ханг Та-По удочерил Таню и считает ее своей дочерью?

– Мир полон удивительных вещей.

– А я полон духа братской любви и взаимного сотрудничества. Я готов встретиться с вашим полковником Сааджади.

– Хорошо. Он будет нас ждать.

8

– Ступай домой, прими ванну и отдохни, дорогой мальчик, – говорил полковник Сааджади. С Хануком он общался по-французски. – Ты очень верно поступил. Я безутешно скорблю о Сепахе. Прекрасный был парень. Англичане расстроятся, узнав про Биля. Ужасно. Но я напишу тебе прекрасную рекомендацию, Ханух.

– Спасибо, сэр.

– Тогда это все.

Ханух заколебался и взглянул на Дарелла.

– Американец тоже нуждается в отдыхе. Без него никто бы из нас не выжил.

– К нему проявят максимум обходительности. Не беспокойся.

– Сэр, могу ли я просить позволения остаться...

– Ты свободен, – отрезал полковник Сааджади.

Влажные с поволокой глаза Хануха быстро и пытливо взглянули на Дарелла. Его недовольство было очевидным, и Дарелл не совсем понимал, что оно означает. Затем молодой иранец кивнул, вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь с излишне подчеркнутой тщательностью.

Дарелл остался один на один с шефом иранской службы безопасности.

– Пойдемте со мной, сэр, – пригласил Сааджади.

– Мне нравится ваш офис, – сказал Дарелл, закидывая ногу на ногу. Он чувствовал, как вошь ползет через его грудь под мышку, но не стал чесаться. – Разве мы не можем поговорить здесь?

– Здесь слишком много ушей. Вам приходилось сталкиваться с подобной проблемой, да? Вы шокированы, что моя дочь работает в вашем посольстве?

– Стандартный оперативный ход.

– Что? А-а... Да. Забавно. – Правда, непохоже, чтобы полковнику Сааджади было забавно. – Сейчас мы отправимся туда, где сможем поговорить без посторонних.

– А это обязательно?

– Сэр, вы же получили недвусмысленные указания.

– Да. Сотрудничать. Все верно.

Сааджади был тонок и остер, как отточенная сабля. Густые седые волосы, тщательно ухоженные усы. Лоб львиный, нос с горбинкой, профиль, напоминающий древнюю ассирийскую резьбу на фризах. Чувственный рот. Он быстро поднялся, коснулся руки Дарелла и повел того через заднюю дверь, скрытую в панелях современно обставленного кабинета, затем вниз по лестнице к черному ходу, где их дожидался "ягуар"-седан. Дареллу пришло в голову, что ни одна живая душа не видела их выходящими из здания.

В "ягуаре" не было шофера. Сааджади сам сел за руль.

– Ко мне домой, – сказал он, улыбаясь. – Отдохнете, освежитесь, а затем мы с вами побеседуем и обсудим, как взять Хар-Бюри прямо на месте преступления.

– Как скажете, – согласился Дарелл. Вошь уже успела поселить своего братца в другой подмышке, а еще несколько сестричек ползали по животу. – Я хотел бы принять ванну.

– Конечно. У вас будут все удобства.

Сааджади вел машину порывисто, но умело. Дарелл размышлял, будет ли Ханниган его разыскивать. Он на это надеялся. Но, с другой стороны, он не слишком-то доверял Ханнигану, не больше, чем любому другому в этом фантастическом мире, покрытом сверху тонкой корочкой современности и сотрясаемом мусульманским фундаментализмом.

Центр Тегерана расположен на высоте примерно 4500 футов над уровнем моря. Жилые кварталы – по склонам холмов на высоте 6000 футов. Сааджади быстро миновал новое здание сената, мечеть Сепазалар и поехал в направлении Дарбанда, тихого горного селения с хорошим отелем, горячими источниками и купальнями. Но вскоре он свернул на боковую дорогу, вдоль которой за изящными кипарисами и оградами располагались уединенные виллы. Они повернули налево, потом еще раз налево. Миновали сосновый лес, затем проехали по краю глубокого оврага. Дарелл подумал, что они уже забрались слишком далеко от города. Сааджади нажал на сигнал, ворота перед ними распахнулись, и они оказались на обсаженной кустарником дороге, огибающей пышный сад. Наконец показалась причудливая вилла, украшенная мозаикой.

– Моя резиденция, – объявил Сааджади.

Вдоль каменной террасы пышно цвели бесчисленные розы. Всюду были цветочные арки, фруктовые деревья на шпалерах, стены декоративной кладки и старинная резьба. Дарелла заинтересовало, какое же жалование получает полковник Сааджади как шеф безопасности в своем ведомстве.

– А это моя дочь, – сказал Сааджади. – Обедала дома, дорогая?

Та же девица, которая приносила бумаги из посольства, стояла сейчас на пороге главного входа. Она без всякой многозначительности улыбнулась Дареллу, сосредоточив внимание на полковнике.

– Все в порядке?

Когда она спускалась по ступенькам и садилась в "ягуар", льняная юбка обтянула покачивающиеся бедра. Дареллу она не понравилась.

– Пойдемте, – пригласил полковник Сааджади.

Дарелла поразили странная пустота и отсутствие свидетелей. Вилла таких размеров должна кишеть раболепными слугами, суетящимися на виду. Но он не видел ни одного. Лишь ботинки полковника стучали по мозаичному полу. Дарелл мельком заглянул во внутренний дворик, где били фонтаны и тоже цвели розы. Поверху тянулись бесконечные галереи и балконы, прямо из "Тысячи и одной ночи". Они должны были быть полны выглядывающих из-под покрывал любопытных красавиц, – размышлял он. Но там были только солнечный свет и тени.

Тени стали более контрастными. Полковник вел его вниз по лестнице, затем вдоль мрачного коридора, и наконец открыл дверь из толстых досок на тщательно выкованных петлях и взмахнул худой коричневой рукой.

– Сюда, мистер Дарелл.

– Ради секретности вы пускаетесь на крайности.

– Я здесь занимаюсь самыми важными делами, сэр.

– Не мог бы один из ваших слуг приготовить мне ванну, доставить мою одежду из отеля и принести поесть? – вежливо попросил Дарелл. – Я бы не отказался от икры, челло-кебаба и нескольких чашек кофе.

– Все будет исполнено.

Дарелл зашел внутрь первым. Это было против всех правил. Но, в конце концов, он получил указание сотрудничать лично от генерала Макфи.

Комната была почти пуста. Ее обстановку составляли толстые каменные стены, стол, единственный стул и лампа с жестяным абажуром. Дарелл успел лишь подумать обо всех пустых задних комнатах, имевшихся в любом захудалом полицейском участке в каждом уголке мира, и повернулся к полковнику Сааджади.

Полковник нанес ему удар чем-то металлическим, зажатым в руке. Дарелл не смог определить, что это за предмет. Уже падая, он понял, что у него выбит зуб, и попытался схватиться за револьвер, но внезапно его снова ударили по лицу, и сквозь туман и красную пелену перед глазами он не мог даже разглядеть, кто его бил. Он бросился на Сааджади и попытался прорваться к столу в центре комнаты, надеясь обежать его и получить передышку. Кровь во рту хлестала вовсю. Он услышал, как Сааджади что-то резко, по-военному скомандовал. В комнату ворвались другие люди. Своей массой они отшвырнули Дарелла назад, и он бедром врезался в угол стола. Согнувшись вдвое, он заехал коленом кому-то в пах, и был вознагражден за это свистящим шипением от резкой боли. А затем он рухнул под градом непрестанных могучих ударов.

18
{"b":"949","o":1}