ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

И позволил себе потерять сознание.

Через некоторое время потолок перестал кружиться безумной каруселью. Свет бил в глаза. Элегантный ботинок пнул его в ребра.

– Мистер Дарелл?

– И это называется сотрудничеством! – прохрипел Дарелл.

9

– Итак, мы друг друга понимаем, – сказал полковник Сааджади.

– Ханух тоже в этом участвует?

– Нет. И его жизнь тоже в большой опасности.

– Ничего особо ценного он не знает.

– Вы ему не рассказали, как отыскать штаб-квартиру Хар-Бюри? – рассердился Сааджади. – Но он сообщил, что у вас есть карта.

– Да, была. Но сейчас ее нет.

– И вы ее не показывали Хануху?

– Нет.

– И не рассказывали в деталях, где нашли Таню?

– Нет. Оставьте Хануха в покое.

– Могу оставить. А могу и нет. Это зависит от вас.

Дарелл нащупал языком выбитый зуб и выплюнул его вместе со сгустком крови. Очень странно, но зуд от вшей стал просто невыносимым, он поддался ему и начал чесаться.

– Могу я сесть, полковник?

– Да. Но будьте осторожны. Мы знаем про вас все. Мы вас уважаем. Мы знаем, насколько вы компетентны.

– Только что я продемонстрировал, что не такой уж я и компетентный.

Сааджади засмеялся.

– А-а, я просто хочу расставить все на свои места с самого начала. Вы сейчас находитесь в моей стране, мистер Дарелл. В моем доме. В моей личной тюрьме, если хотите. Поэтому вы должны покорно и любезно взаимодействовать с нами. А если нет – кто обнаружит ваше отсутствие? Никто не знает, что вы здесь. Ханух? Хорошо, если он переживет эту ночь. А другие полагают, что вы до сих пор блуждаете в Дашт-и-Кавир.

– Нет. Я позвонил в посольство.

– А-а, но это могли быть – как вы это называете – происки других агентов. Ханниган просто растерян, и ничего больше.

– Ура Рэйфу Ханнигану.

– Вы в хорошем настроении, и это прекрасно. Это меня радует. Жизнерадостные люди обычно словоохотливы.

– У меня больше нет карты.

– Что вы с ней сделали?

– Уничтожил два дня назад.

– У Биля была другая карта, как вы полагаете?

– Думаю, нет.

– Могли бы вы нарисовать ее для меня?

– Сомневаюсь.

– Постарайтесь. Сядьте за стол. В верхнем выдвижном ящике карандаши и бумага. Но не ищите там оружия. Я не идиот, вы же понимаете. Сделайте мне копию карты Биля.

– Вы так страстно хотите ее получить?

– Хар-Бюри – враг государства.

– И вы хотите до него добраться?

– Разумеется.

– Выбив мне зубы?

– Вы должны извинить мои методы. Но я не симпатизирую иностранным агентам, действующим в моей стране.

Дарелл медленно обошел вокруг стола и сел. Из-под жестяного абажура прямо в глаза светила лампа. Сааджади оставался в тени. Дарелл заглянул в ящик и извлек оттуда лист прекрасной бумаги и заточенные карандаши. Больше в столе ничего не было. Высокая элегантная тень Сааджади проступала за пятном желтого света. Дарелл почесался. Грязная одежда вызывала нестерпимый зуд. В ней он чувствовал себя немного по-дурацки. Этот костюм выполнил свое предназначение, но здесь был явно не к месту. Дарелл пожалел, что с ним нет его револьвера. Тот забрали перед кабинетом Сааджади, и тогда он не протестовал. Он вздохнул, подумав о Макфи, и сказал:

– Ваша дочь очень умна, полковник.

– Да, умна. Рисуйте карту.

– Она подменила послание Макфи ко мне, ведь так?

– Вашему шефу были известны обо мне некоторые подробности, и вы бы насторожились, прочтя их до прихода ко мне.

– Например, что вы в действительности работаете на Хар-Бюри?

Сааджади негромко рассмеялся. Смех напоминал звук бьющегося стекла.

– А-а, да вы сообразительны.

Дарелл повертел в пальцах отточенный карандаш.

– Так я прав?

– Возможно.

– Я прав. А бедняга Ханух об этом не подозревает.

– Ему это просто в голову не приходило. Карту, пожалуйста.

– Не приходило в голову, что его босс – настоящий предатель.

Дарелл как бы между прочим потрогал кончик карандаша. Тот был чрезвычайно острым.

– А почему вы не спрашиваете меня о девушке? Вас что, не интересует Таня Успанная?

– Я перейду к этой теме позднее.

– И чем вы воспользуетесь? ЛСД? Пентоталом? А если вы заполучите девушку, что с того? Как вы собираетесь ее использовать?

– Мое терпение на исходе, Дарелл.

– Меня мучает зуд. Я от этого становлюсь нервным. Взбалмошным. Это американское провинциальное словечко. Меня интересует, почему вы настаиваете на французском, полковник?

– Мне нравится его элегантность. И вы тоже хорошо его знаете. Правда, чувствуется слабый прованский акцент. А в остальном вполне сносно.

– Учитель из Прованса был у меня на ферме в Мэриленде. Это там, где нас – гангстеров, агентов, диверсантов, имперских реакционеров и так далее – обучали, как вас нужно уничтожать.

– Вы тянете время, Дарелл. Ни к чему хорошему это не приведет. Вы хотите умереть прямо сейчас?

– Ненавижу помирать вшивым, – заявил Дарелл. – А так как вы очень любите французский, то sauve qu'il peut.

Быстрым и ловким движением Дарелл выдернул ящик из стола и швырнул его в Сааджади, а сам с острым карандашом в руке перепрыгнул через стол. Легкий ящик угодил своим углом полковнику в лоб, и тот опрокинулся назад, не выпустив из взлетевшей высоко вверх руки оружия. Дарелл нацелился отточенным карандашом прямо в горло Сааджади. Когда карандаш проткнул сонную артерию, раздался чисто рефлекторный выстрел. Дарелл жал на карандаш большим пальцем. Выстрел заглох в каменных стенах помещения. И крик Сааджади потонул здесь же. Полковник осел; по его шее стекала кровь. Глаза его неестественно широко раскрылись, и на миг в них что-то блеснуло. Он попытался направить пистолет на Дарелла. Дарелл выхватил оружие из слабеющих пальцев и поспешно обыскал его карманы. Найдя связку ключей, он забрал ее, как и риалы из туго набитого бумажника. Сейчас он был без денег и не знал, скоро ли доведется встретиться с Ханниганом. Когда он управился, Сааджади был уже мертв.

В комнате все было спокойно. Тревоги не последовало. Дарелл отомкнул тяжелую дощатую дверь подвала. Коридор и лестница в конце него были пусты. Дарелл держал оружие Сааджади наготове. Где-то здесь должны быть три хашишина полковника, которые помогли уложить его на лопатки. Он пытался вспомнить, не давал ли им полковник каких-то указаний. Но на него накинулись слишком стремительно и рьяно. Вилла была пуста.

Во внутреннем дворике теплый солнечный свет превращал брызги фонтана в алмазы. На каменных балконах Дарелл не заметил любопытных глаз. Запах роз был неотразим. Жужжали пчелы; их было не меньше, чем вопросов, которые роились в его голове. Он молча поднялся по широкой, элегантной лестнице. От его одеяний несло прогорклым бараньим жиром, потом и древесным углем.

Коридоры наверху были солнечны и благоуханны. Дарелл без труда отыскал личные апартаменты полковника Сааджади, насладился из окна роскошным видом горных склонов и Тегерана вдали. Купидоны в стиле рококо искоса смотрели на него из углов богато обставленной спальни. Он открыл другую дверь и увидел ванную размером с бассейн Тадж-Махала. Краны были из чистого золота. Он повернул горячий, и поток воды из него устремился в зеленую мраморную ванну. Дарелл сбросил одежду кочевника на изразцовый пол, запер на замок тяжелую двойную дверь и взялся за зеленый телефонный аппарат рядом с круглой кроватью полковника.

Он немного подождал, но в конце концов вызвал оператора, дал ему номер посольства и дополнительный код Ханнигана. Послышались четыре телефонных гудка.

– Экономический отдел, – ответила девушка.

Голос показался знакомым.

– Мисс Сааджади?

– Да, сэр. Кто...

– Дайте, пожалуйста, Ханнигана.

– Его нет, сэр. Кто...

– А где он?

– Не знаю, сэр. Кто...

– Дарелл. Вы меня помните?

Последовала долгая пауза. Конечно, она его помнила. Наконец она холодно произнесла:

– Мистер Ханниган искал вас, мистер Дарелл. Что мне передать ему, когда он появится, и где вас найти?

19
{"b":"949","o":1}