A
A
1
2
3
...
24
25
26
...
42

– Должен же я узнать о моей дочери, Сергей.

И опять повернулся к Дареллу.

– Вы в самом деле ее видели?

– Она была в руках Хар-Бюри. Без удобств.

Дарелл описал яму и тигра, и как они убежали и спасались от погони. Он старался рассказывать беспристрастно, не приукрашивая фактов эмоциями. Рассказал про фарси и грузовик "рено", про найденное Танино платье и ее исчезновение.

– Она в душевном смятении. Я был с ней достаточно долго, чтобы это определить. Я провел ночь с ней рядом.

Успанный закашлялся.

– Она рассказала вам, что ей довелось испытать?

– Она сказала, что была на Луне, – без всякого выражения произнес Дарелл, всматриваясь в лицо русского. В нем ничто не изменилось. – Но тогда я ей не поверил. А сейчас верю еще меньше.

– Почему? Почему вы ей не верите?

– Вам лучше знать. Подразумевалось, что в космическом полете вы были с ней. Но такой полет никем не зафиксирован. Из московских отделов пропаганды никто даже не пискнул. Ни обрывка сведений, ни даже малейшего намека. Вы были на Луне, профессор Успанный?

Успанный передвинулся вдоль скамейки.

– Этот Хар-Бюри... Таня ему нужна как заложница?

– Вы не ответили на мой вопрос.

– Не могу. Это секретные сведения.

– Жизнь вашей дочери в опасности, профессор.

– Да, я это сознаю.

– Вы ее не любите?

– Она самое дорогое, что есть у меня на свете. Моя жизнь и работа без нее не имеют смысла.

– Но вы абсолютно спокойны насчет нее.

Успанный бросил взгляд на охрану.

– На самом деле это не так.

– Если она опять попадет к Хар-Бюри, он отдаст ее китайцам в обмен за поддержку его политических амбиций – за оружие, деньги, за все, что сможет у них выудить.

– Да, я тоже так полагаю.

– А вам не приходит в голову, что Таня окажется в Пекине у своей матери?

Успанный вздохнул.

– Это было бы ужасно.

– Тогда помогите мне отыскать ее.

– Но чем я могу помочь?

– Расскажите мне о Луне.

– Невозможно.

– Расскажите всему миру правду. Тогда Таня не будет представлять для Хар-Бюри слишком большой ценности. У него просто пропадет к ней интерес. И у мадам Ханг тоже.

– Но тогда они убьют ее! – резко возразил Успанный. – Если она не будет им нужна, от нее избавятся и спишут это на ошибки и потери.

Охранники беспокойно зашевелились. Сергей многозначительно глянул на свое волосатое запястье.

– Профессор, вы уделили этому американцу достаточно времени.

– Да, я тоже так считаю, – расстроенно подтвердил профессор.

– Еще один, последний вопрос, – не дал закончить разговор Дарелл. – Вы понимаете, что в любом случае Тане грозит смерть?

– Нет, они не убьют ее. Но могут забрать в Пекин, что для меня одно и то же. – Красивое лицо профессора мучительно исказилось. – Но наши люди, конечно, над этим работают. У нас куда больше причин желать ее возвращения, чем вы можете представить.

– О, у меня отменное воображение, – улыбнулся Дарелл и заглянул русскому ученому в глаза. В них была такая боль, какой ему до того видеть не приходилось. – Может мадам Ханг и не убьет ее, пока Пекин по кусочкам не вытянет всю научную информацию из ее уникальной памяти. Но я не говорил, что ее убьют. Я сказал, что ей грозит смерть.

Успанный оцепенел.

– Она так сильно пострадала?

– Да, ей необходим врач.

– Но они же обратят внимание на ее раны!

– Судя по тому, что я видел, проявить меньше заботы просто невозможно. И ее раны не так просто разглядеть. Вы понимаете, о чем я говорю, профессор. Она умирает духовно. Она уже сейчас наполовину сумасшедшая. Она действительно считает, что была на Луне. Если у вас не найдется противоядия, она будет продолжать так думать, пока в голове у нее все не смешается.

– Противоядие? Какое?..

– Нужно, чтобы ее выслушали, – сказал Дарелл.

– Да, вы умный человек, – протянул Успанный.

Сергей озадаченно уставился на них и наконец сердито пробурчал:

– Хватит. Я не понимаю, о чем вы говорите, и мне это не нравится. Может хватит? Лучше идите в дом, профессор Успанный.

– Да, Сергей. – Успанный поднялся. – Извините, Дарелл. Я ничего не могу поделать. Есть приказ из Москвы – часто бывает, что мы лишаемся самых дорогих нам людей.

– Вы потеряете Таню, – предупредил Дарелл.

Сергей сделал нетерпеливый жест. Успанный повернулся и пошел прочь, но потом оглянулся на Дарелла. Что мелькнуло в его глазах – зов о помощи или просьба пустить все на самотек? Дарелл не был уверен. Второй охранник дотронулся до его руки.

– Сюда, господин. Вам повезло. Мы не часто принимаем таких гостей.

– Времена меняются, – изрек Дарелл и последовал за охранником к перегороженному шлагбаумом выходу.

13

Дарелл прошелся немного вниз по дороге, заметив в пестрой тени от изгороди машину Ханнигана. Видимо Лотос игнорировала его приказ отправляться в отель. Невдалеке от берега промчался быстроходный катер с мужчиной и тремя девицами. Лотос застыла за рулем "Триумфа". Дарелл миновал поворот и сразу же наткнулся на полицейский фургон, укрывшийся в глубокой тени. Пришлось замедлить шаг. Лотос привстала было, но тут же плюхнулась назад. Дарелл обернулся. Шлагбаум у входа на виллу Успанного вновь был опущен. Справа высокая стена преграждала путь к пляжу. Он пожал плечами и двинулся дальше. По крайней мере на выходе у караульной будки охранники вернули ему оружие.

– Мистер Сэм, полиция! – крикнула Лотос.

– Я вижу, милая.

Они выскочили из патрульной машины, словно изображая атаку легкой бригады[1]. Все молодые, крепкие и вооружены до зубов. На фургоне красовались тегеранские номерные знаки. Когда Дарелл увидел, что оттуда выпрыгивает и Ханух, то сразу понял, что происходит. Ханух был в полицейской форме и так держал оружие, будто собирался тут же пустить его в дело. Выглядел он суровым и кровожадным. Отдав команду, он взмахнул рукой и тут же оглушительно прогремел выстрел. Дарелл отскочил вправо, к узкому проходу в кустах вдоль дороги. Путь преградила невысокая каменная стена. Ее он перепрыгнул, но тут же отозвались дикой болью поврежденные мышцы, и он едва не задохнулся. За стеной оказался маленький садик, олеандры, лимоны, кусочек пляжа и безмятежное море. Дарелла догнал сдавленный крик Лотос. Он побежал. На пляже между полосатыми кабинками и бурунами двое мальчишек пинали футбольный мяч. Когда он пробегал мимо, мальчишки уставились на него. Дарелл с трудом перебирал ногами, увязавшими в песке. Невдалеке стоял квадратный дом с террасой в стиле рококо и двумя гигантскими безобразными скульптурами бойцов, вооруженных булавами и мечами, неодобрительно глядящими в сторону моря. Мужчина и две женщины в шортах расположились под навесом между громадными статуями, потягивая розовый напиток. На всех были большие солнечные очки. Дарелл свернул налево, к дому. Мужчина встал и сердито заорал на него. Позади Дарелла на пляж выскочили полицейские. Опять грохнул выстрел, и снова мимо.

Он ворвался в дом, с грохотом пронесся через кухню, перепугав четверых слуг, выбежал черным ходом, взлетел по лестнице и очутился в другом конце сада невдалеке от забора, за которым проходила все та же дорога. Ноги казались свинцовыми. Грудь разрывала боль. Люди на пляже взывали к полиции, и он побежал к воротам. Рядом стоял "ситроен"; Дарелл свернул к нему и плюхнулся за руль, но ключей от зажигания в машине не оказалось. Времени соединить провода не было. Дарелл выскользнул из машины, опять побежал к воротам и приоткрыл их ровно настолько, чтобы оглядеть дорогу.

Обежав круг, он очутился позади полицейского фургона и машины Лотос. Ханух стоял рядом с "триумфом" с оружием в руках, пытаясь чего-то добиться от китаянки. Лицо его потемнело от гнева. Дарелл оглянулся в сторону виллы. Полицейских пока не было видно. Выхватив свой браунинг и выйдя из-за кустов, он побежал по заросшей сорняками обочине, чтобы зайти к "триумфу" сзади. Ханух спохватился в самый последний момент и обернулся с удивленной гримасой. Дарелл сбил его с ног; Ханух скатился в мелкий кювет, пытаясь выхватить пистолет. Лотос пронзительно завизжала; взревел мотор. Но Дарелл не стал прыгать к ней в машину. Он понимал: от Хануха и полицейских патрулей далеко не уйдешь.

вернуться

1

Эпизод Крымской войны – атака бригады легкой кавалерии под Балаклавой, британский национальный миф, послуживший сюжетом знаменитой поэмы Теннисона. (прим. пер.)

25
{"b":"949","o":1}