A
A
1
2
3
...
33
34
35
...
42

– Почему здесь хранится военная форма? – спросила Таня.

Дарелл приколол на погоны звездочки полковника.

– Настоящее имя Хар-Бюри – Рамсур Сепах. Он готовится к военному перевороту. Своих ставленников он оденет в армейскую форму, введет их в Тегеран – и никто не успеет сообразить, что опорными пунктами командуют подставные офицеры.

– Но где они возьмут оружие?

– У Та-По и мадам Ханг.

– Да... Картина выстраивается логичная.

– Ты тоже прекрасно туда вписываешься. Когда ты впервые заявила о себе, блуждая по окрестностям и всем подряд объясняя, кто ты на самом деле, Хар-Бюри решил, что тебя можно продать Та-По за немалую цену в виде военной и идеологической помощи. Вот почему он так стремился тебя заполучить. Вот почему он держит тебя здесь.

– Но я не представляю для Китая никакой ценности.

Он пытался разглядеть в темноте озадаченное выражение ее лица. Она кусала губы.

– Мы оба это знаем, и отец твой знает тоже, – кивнул Дарелл. – Но, возможно, остальные не в курсе. – Он сделал паузу. – Ты уже отошла от всего этого?

– Моя голова забита самыми противоречивыми воспоминаниями, – пожаловалась она. – Интересно, почему тебе удалось справиться с последствиями быстрее, чем мне?

– Потому что я догадывался с самого начала. Пойдем дальше. Нужно многое успеть, а в запасе у нас только ночь.

– Дарелл...

Остановившись, он обернулся. Ее светлые волосы притянули к себе весь тусклый свет в пещере и превратились в сияющий ореол вокруг прекрасного лица.

– Дарелл, мне нужна помощь...

– Знаю.

– Только отец может мне помочь.

– И он здесь. Мы его найдем.

У него не было того оптимизма, который он демонстрировал. Выбраться из пещеры, где хранились сундуки с формой и драгоценностями, было невозможно. Он вернулся в главный тоннель. Поджидавший их тигр тут же зарычал и направился к ним от входа в пещеру. Дарелл просто не обратил на него внимания. Тогда тигр остановился, громко урча и подергивая напряженным хвостом. Но потом, заключив, что в занятиях его приятелей-заключенных нет криминала, вернулся на свое излюбленное место.

Следующая пещера оказалась более неровной, темной и пустой. Дарелл ощупал пол, отыскал маленький камешек и подбросил его вверх. Потолка видно не было. Камешек взлетел высоко, ударился о невидимую твердь и отскочил назад, отбив мелкие крошки песчаника.

– Мы в другом водоеме, – заключил Дарелл.

– Но он закрыт наглухо.

– Нам нужно просто взобраться наверх. Ты это место не изучала?

– Нет. Я боялась тигра.

Дарелл стал старательно ощупывать стены. Свет сюда почти не проникал, а к тому времени, когда Дарелл обошел половину пещеры, пропал совсем. Стены образовывали цилиндр меньшего диаметра, чем яма, в которой он пришел в себя. Песчаник оказался мягким и крошился под ногтями, а когда Дарелл воспользовался цепочкой из украшений, оказалось, что порода соскребается довольно легко. Но он никак не мог найти того, что искал, хотя обошел почти всю окружность. Вдруг его настороженные пальцы наткнулись на нечто вроде глубокой выемки в стене, и Дарелл удовлетворенно хмыкнул.

– Что там? – шепотом спросила Таня.

– То, на что я надеялся. Полагаю, это ступени. Древние кочевники пользовались либо приставными лестницами, либо ступенями, по которым спускались к поверхности воды. Женщины шли вниз и наполняли кувшины и сосуды.

– Но здесь нет ступенек...

– Они за стеной. Если нам удастся выломать несколько блоков ...

Как только Таня уяснила задачу, к ней вернулись хладнокровие, работоспособность и энергия. Дарелл поделил ювелирные украшения поровну, и они на ощупь принялись за работу, расширяя небольшую полость. Поначалу Дарелл обрабатывал стыки плит; древний строительный раствор легко крошился. Но когда он закончил работу над первым блоком, то не смог сдвинуть его с места. Опустившись коленями на песчаный пол, он стал толкать его, тянуть, раскачивать. Таня пришла на помощь, но все равно ничего не получалось: они не могли вывернуть плиту. Дарелл вспотел. Тигр в наружном тоннеле забеспокоился. Была полночь. Тяжело дыша, Дарелл отвалился назад, собираясь вновь приналечь.

– Подожди, – сказала Таня. – Нам сначала надо снять или расшатать верхний блок.

– Но как?

– Сундуки с формой. Они окованы железными полосами. Если нам удастся сбить одну и использовать ее как рычаг...

Прошел драгоценный и к тому же из-за рыскающего вокруг тигра опасный час, пока Дареллу удалось отодрать от сундука крышку. Его тяжкое дыхание заглушил необычайно громкий треск ломающегося дерева. Наступая на деревянные обломки, Дарелл отодрал их от железной полосы и вернулся к Тане, которая продолжала воевать со стеной, усердно расковыривая стыки. Через несколько минут он на ощупь просунул рычаг между блоками и нажал. Сверху послышался скрип, и на них дождем посыпались песок и галька.

– Мы поднимем тревогу, – охнула Таня.

– Тут уж ничего не поделаешь.

Он опять поднажал, и первый – самый трудный – каменный блок отделился от стены. Его быстро оттащили ко входу в пещеру, собираясь воздвигнуть подобие баррикады. Затем Дарелл вернулся помочь Тане убрать обломки.

– Ты был прав, – прошептала она. – Похоже на лестницу.

За работой они потеряли счет времени. Некоторые плиты, веками подтачиваемые водой, уступали легко. Другие были чрезвычайно неподатливы. Ладони от борьбы с упрямыми плитами начали кровоточить. Но шаг за шагом они продвигались к цели. Старая каменная лестница в стене водоема неуклонно вела вверх. Чем дальше они продвигались, тем легче высвобождались блоки. К счастью, ни один из них не оказался настолько тяжел, чтобы с ним нельзя было справиться, хотя дважды блоки выскальзывали и летели вниз, с глухим стуком врезаясь в темное дно пещеры. Дарелл хотел дать Тане передохнуть, но она отказалась. Стоило ей согласиться с его доводами, и мысль о побеге ее захватила. Он пока не упоминал о проблемах, поджидавших их после подъема по лестнице. Сверху была каменная или деревянная крышка, и, возможно, справиться с ней не удастся. Даже если они выберутся наружу, там можно наткнуться на все, что угодно.

Дарелл не имел представления, сколько часов миновало, прежде чем он смог коснуться "крыши" водохранилища. В первый миг даже екнуло сердце – он нащупал лишь гладкий камень. Чтобы дотянуться подальше, пришлось убрать груду булыжников со следующей ступеньки.

Он нащупал доску.

Лестница, которую они расчистили, была слишком узка, чтобы Таня могла ему помочь. Он полагал, что они находились на высоте больше двадцати футов от дна водоема. Случайное падение вниз могло означать конец всему. Когда он опять потянулся к доске, поза его оказалась весьма рискованной. Да, там было несколько досок, скрепленных поперечиной, которая казалась рассохшейся и хрупкой. Величину и вес крышки он определить не мог.

– Отдохнем немного, – шепнул он Тане.

Она опустилась на одну ступеньку и положила голову ему на колени – первое проявление слабости, которое она себе позволила. Мышцы Дарелла дрожали от усталости. Он хотел увидеть ее лицо, но тьма была настолько плотна, что хотя они касались друг друга, но ничего не видели. Когда она заговорила, голос был так напряжен, словно ей потребовалось все самообладание, чтобы удержаться от рыданий.

– Я так устала, Дарелл.

– Ты была восхитительна, – он коснулся ее длинных шелковистых волос.

– Нет, я была холодной, бесчувственной скотиной. Наверное, я заслужила весь тот кошмар, в который попала. Но почему мой отец и все остальные так со мной поступили? Вся эта муштра, и тесты, и тренировки перед полетом на Луну... Это было так тяжело, так трудно! Я себе говорила, Дарелл, что ученый не может позволить себе роскошь быть женщиной. Но я – я хочу быть женщиной, Дарелл. А сейчас уже слишком поздно.

– Давай не раскисать, – мягко предложил он.

– За что мы боремся? Пусть я останусь у них. Пусть они узнают правду. Почему ты все это не бросишь?

34
{"b":"949","o":1}