A
A
1
2
3
...
36
37
38
...
42

– Пойдем, – сказал он Тане.

– Но куда мы направимся?

– Для начала отыщем твоего отца.

– Ты все еще утверждаешь, что он здесь?

– Я уверен в этом.

– В плену, как мы?

– Да.

– Тогда дай мне одну гранату.

Они шагали по тоннелю к лестнице, про которую говорил Махмуд. Впереди брезжил дневной свет. Два солдата, стуча каблуками, спускались по железным ступеням, спиралью прорезавшим гору. Они отдали честь полковничьим звездочкам и с нескрываемым любопытством уставились на Таню. Один даже собирался окликнуть их, но другой дернул его за руку, и они поспешно удалились в сторону казармы.

– Чин имеет свои преимущества, – тихо заметил Дарелл. – Даже ворованный.

Дневной свет проникал сквозь неровное отверстие в скале, через которое можно было попасть в искусно замаскированный наблюдательный пункт – нечто вроде балкона на склоне горы. На них обрушились потоки света и тепла от солнца, сиявшего над пустыней, распростершейся далеко внизу и похожей на топографическую карту. Далеко под ними, прямо у горы, под камуфляжными сетками расположился автопарк с грузовиками, джипами, полугусеничными машинами и даже тремя средними танками. Рамсур Сепах в роли Хар-Бюри все очень толково спланировал. Со своими войсками, переодетыми в форму регулярной иранской армии, он мог завладеть опорными пунктами столицы до того, как поднимется тревога. Здесь были даже орудийные установки 88-го калибра, покоившиеся на своих лафетах. Дарелл поднял голову и услышал приглушенный треск вертолета. Тот поблескивал металлом и стеклом кабины высоко в бронзовом небе. Ни кружиться над горой, ни спускаться он не стал. Дарелл следил за ним, пока он не скрылся за склоном горы, а потом коснулся Таниной руки.

Она не шевельнулась.

– Как ты собираешься в одиночку сражаться со всей этой армией?

– Возможно, мы не столь одиноки, как я полагал.

Она насупилась.

– То, что ты затеваешь, не научно. Это идет вразрез с любой логикой. Чего ты надеешься добиться? Ведь здесь целый гарнизон.

– Хотя бы найти твоего отца.

– Думаю, мы погибнем оба, и очень скоро.

– Да, если поднимем лапки кверху. Скоро кто-нибудь обязательно наткнется на Махмуда. Это вопрос времени, и его у нас не так много.

Они вернулись внутрь. Лестница вывела их на следующий уровень, который не слишком изменился с древних времен. Здесь располагался настоящий огромный зал, украшенный мозаикой, древнее великолепие которой лишь подчеркивалось современной скучной мебелью – столами и стульями, стоявшими у стены. Гигантские карты Тегерана, Исфахана и других главных городов заслоняли каменную резьбу. Освещение было очень тусклым. Никого не было видно. Но откуда-то доносились телефонные звонки, на которые тут же отвечали. Древности пострадали от соседства с мятежниками. Некоторые выцветшие росписи и колонны, мешавшие прокладке электрических кабелей, сбили и разрушили.

Таня задержалась на пороге.

– Погоди. Я не уверена – слишком долго мое сознание было затуманено – но я помню эту комнату.

– Откуда?

– Не знаю. Наверное, тогда я впервые здесь оказалась. Рядом есть комната, и со мной в тот первый день хорошо обращались. Допрашивал меня мужчина. Вернее, несколько. Они хотели все знать о полете на Луну. Я отказалась рассказывать. – Ее дивные брови изогнулись дугой. – В конце концов, это вопрос безопасности моей страны.

– Им не понравилось, что ты не отвечала?

– Я чувствовала, они мне не доверяют.

Дарелл вкратце описал ей внешность Рамсура Сепаха.

– Он был среди допрашивавших?

– Да. Полагаю, да.

– А что случилось, когда ты отказалась посвятить их в технические детали?

– В наказание меня бросили в яму. Если я упряма как скотина, сказал тот человек, так со мной и будут обращаться. Но я не испугалась. Ведь они считали меня очень ценным трофеем. – Она опять улыбнулась, не разжимая губ, и опять у нее на подбородке появилась ямочка. – Я не испугалась, даже увидев в яме тигра. Решила, что этот – Сепах – не допустит, чтобы я пострадала. Он просто хотел меня заставить рассказать про полет на Луну, про мои тренировки и про... про отца.

– Но ты не рассказала.

Она приложила ладонь ко лбу.

– У меня тогда помутился разум.

– Но сейчас твое сознание прояснилось?

– Думаю, да.

– Ты можешь вспомнить дорогу в ту комнату, где они тебя запирали?

– Надо идти сюда.

Она двинулась вперед с внезапной уверенностью, но лицо оставалось неживым, так что казалось, будто ею двигала некая внешняя сила. Из соседних комнат доносился телефонный трезвон и приглушенные людские голоса. Дарелл улавливал обрывки телефонных разговоров.

– Рота "Д" в 16.00, курс 280 градусов... Лейтенант Авад должен явиться к полковнику Месхаби с графиком дежурств... Контрольно-пропускной пункт Бэйкер – происшествий нет. Контрольно-пропускной пункт Зэт – происшествий нет... В 15.00 проверка караулов в паре с майором Харраном...

Девушка ускорила шаги. Она свернула налево в темный коридор и стала взбираться по явно свежеустановленной железной лестнице. Дарелл предположил, что в штаб-квартире мятежников недавно произошла авария. Ему показалось, что он слышит приглушенные ружейные выстрелы, но поклясться в этом он не мог. Поднявшись по лестнице, девушка остановилась и прикусила губу.

– Я не знаю, куда идти дальше.

– Где мы?

– Поначалу они меня доставили в великолепную комнату. Должно быть, это личные апартаменты генерала Хар-Бюри. Пойдем туда.

Дарелл подумал, что там должны быть часовые. В поперечном коридоре он уловил топот бегущих ног и оттащил девушку в затененную нишу. Группа людей торопливо проскочила мимо. Дарелл ощутил запах сигаретного дыма и кофе и услышал отдаленный звук бьющейся фаянсовой посуды, которую опрокинули вместе с подносом. Где-то тревожно и пронзительно зазвенел колокол.

– Вот. Эта дверь.

Дверь была деревянной и, похоже, тоже установленной недавно. Она оказалась заперта. В каменной стене поблизости был заново проложен тоннель, либо просто расширены помещения, просуществовавшие в старой крепости две тысячи лет. Дарелл осторожно надавил на ручку, затем отступил назад и ударил по двери. Та сразу поддалась и они с Таней ввалились в помещение.

Таня пронзительно закричала.

Они снова оказались на Луне.

18

Было такое впечатление, что они провалились в дыру между мирами. Они находились в лунном куполе. Через пластиковое окошко проникало мрачное сияние, отражаясь от знакомых компьютеров и прочего технического оборудования. Дарелл перевел дух. Переход оказался слишком внезапным, потрясение – слишком сильным. Прямо над черным горизонтом плыла неяркая сине-зеленая красавица Земля. Зазубренные лунные пики и кратеры, знакомая обширная равнина, которую он так тщательно изучал, когда был с профессором Успанным, кресла с ремнями безопасности, скафандры, гермошлемы, нагромождение счетчиков и всяких приборов – все это сохранилось здесь в неприкосновенности с того момента, когда он, охваченный безумием, прорвался сквозь шлюз и попал обратно.

На землю.

Таня закричала опять. Она стояла, прижав неподвижные руки к бокам и так широко раскрыв глаза, что вокруг бледной радужной оболочки со всех сторон был виден белок. Дарелл подскочил к двери, захлопнул ее и умудрился приладить засов к разбитой дверной ручке. Это на несколько секунд могло задержать нападающих. Затем он подбежал к остолбеневшей Тане и рукой закрыл ей рот, чтобы заглушить очередной вопль. Лицо ее искажали неимоверные страдания, глаза были ослеплены бурей, бушевавшей в мозгу. Она стала сопротивляться. Безумие придало ей сил, и Дареллу пришлось нелегко. Они кружились по лунному куполу, потом с грохотом рухнули в одно из кресел, задев приборы. Панель управления сплющилась, поскольку картон и бумага не выдержали удара. Таня укусила Дарелла и стала царапать выпуклую стенку купола. Ее ногти вспороли пластик, и вниз поползла полоса полиэтилена. Они упали на то, что было "поверхностью Луны". "Горизонт" находился от них всего в двенадцати футах.

37
{"b":"949","o":1}