ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Мы же не будем ее похищать, – сказал Дарелл.

– Естественно. Но проведем с ней часок-другой, задавая интересующие нас вопросы – ведь ее информация бесценна. А затем ты добьешься расположения Москвы, вернув ее.

– Не складывается, – усомнился Дарелл. – Ни о каком космическом запуске не сообщалось и никто его не обнаружил. Таня появилась в Тегеране на улице, утверждая, что побывала на Луне.

– Согласен, непонятно, – подтвердил Биль. – Но я уверен, что объяснение найдется.

– Только не то, которого мы ожидаем, – проронил Дарелл.

Еще два часа они ехали по обширной невыразительной равнине, усыпанной гравием. Страстно завывал горячий ветер, требуя их жизни. Появилась гряда холмов с плоскими песчаными дюнами между ними. Зажатые между каменистыми склонами, те напоминали столовые горы в юго-западной Америке. Биль велел Сепаху держаться ближе к левому краю гряды. Солнце уже садилось, их окутали длинные тени. Скоро должно было стемнеть. Дарелл снова оглянулся назад.

– Они все еще там? – спокойно спросил Ханух.

– Обе группы. Едут врозь, но сближаются.

Дарелл взял бинокль и осмотрел пустыню позади их рычащей машины. Пыль, которая клубилась столбом, очень мешала. Но затем он мельком заметил отблеск света на стекле на юго-востоке. Переведя взгляд севернее, засек еще один отсвет, примерно в шести милях от первого. Солнце заходило, воздух становился прохладным, и Ханух достал для всех свитера.

– Мы должны от них избавиться, – сказал Дарелл.

– Не понимаю, как, – пробормотал Биль.

– Свернем с их пути. Столкнем их друг с другом. Ты говорил, там впереди руины?

– Еще пять миль, у подножья той гряды.

– Это нам не по пути, – возразил Ханух.

– Если мы ничего не предпримем, нас сегодня же укокошат.

Подобно неясному видению, руины взбирались по скале из песчаника, напоминавшей корабль, из мягких песков Глотки Сатаны. Сохранились одна или две стены с редкими голубыми изразцами, несколько рухнувших колонн, поверженная статуя безлицего крылатого быка, разъеденная за две тысячи лет песком и ветром. Когда Сепах повернул машину к разрушенным стенам, тени стали резкими и густыми.

– Группа Гендерсона-Смита вела здесь раскопки, – объяснял Биль. – Несколько лет назад они надеялись их расширить. Но отказались от затеи. Слишком опасно, да и правительство отнеслось к проекту почти враждебно.

– Вы расхищаете наше национальное наследство, мистер Биль, – сказал Сепах.

Дарелл их прервал.

– Остановись здесь, Айк.

– Но они могут заметить нашу колею.

– Я того и хочу. Все наружу. Забирайте винтовки, гранаты, все, что у нас есть – воду и еду тоже. Биль, ты сможешь залезть наверх? – Англичанин кивнул. – Хорошо, пошли. – Дарелл двинулся вперед. – У нас совсем мало времени. Они тотчас же устремятся сюда, прямо как ручные голуби.

Уже почти стемнело. Дарелл вел их по остаткам стен из старинного кирпича и плиток, удаляясь от неподвижного "лендровера". Ветер завывал в древних руины. То и дело попадались следы останавливавшихся на привал караванов, но, карабкаясь по каменным уступам, они не заметили никаких признаков жизни. На востоке огромная бледная луна вышла в плавание по унылому небу Дашт-и-Лут. Два пылевых облачка, как крошечные дервиши, двигаясь к ним, стремились сойтись в одной точке.

– Вы хороший охотник, Сэмуэл, – одобрительно сказал Айк.

– Без необходимости не стреляй. Дождись меня.

В глазах фарси промелькнула насмешка.

– У нас в стране есть законы против вольных стрелков. Это не ваш дикий Запад.

– Запад, который ты видел в наших фильмах, никогда не существовал, – коротко бросил Дарелл. – Не воспринимай все всерьез.

На ближайшей машине светились фары. Сильный холодный ветер резко хлестал по щекам. Дарелл дослал патрон и занял позицию. Их машина еще была видна внизу, во мраке руин. Первые преследователи подлетели на сумасшедшей скорости, явно встревоженные их исчезновением. Но следующая машина скрылась за неторопливо опускающейся завесой ночи, и Дарелл испытал легкое беспокойство.

– Биль?

– Да, старина.

– Расскажи мне подробней о Хар-Бюри и его садах Искандера.

– Я могу только указать направление. Никогда сам там не был. Туда полдня езды. Если выедем завтра с утра...

– Мы выедем этой же ночью. – Голос Дарелла звучал жестко. – И я не рассчитываю, что иранцы примут нашу сторону. – Он помолчал и взглянул на англичанина. – Я даже на тебя не рассчитываю.

Биль улыбнулся.

– Твоя правда.

И полез в карман рубашки.

– Вот, я нарисовал карту предполагаемого убежища Хар-Бюри. Не показывай ее Сепаху. Его служба безопасности захочет ее иметь, но ведь нет причин бесплатно делать для них работу, верно?

Дарелл положил в карман сложенную бумагу.

– А вот и они.

Машина первых преследователей походила на американский армейский вездеход. Рев ее мотора грубым эхом отдавался между гордыми колоннами, дремавшими в лунном свете. Машина как будто что-то вынюхивала среди разрушенных стен, напоминая подозрительное допотопное животное, из-под ее покрышек слышались треск и скрип. Дарелл пытался сосчитать находящихся в ней людей, но недоставало света. Он решил, что их восемь. Все с автоматическим оружием. Когда они выпрыгивали из машины, на полосатой, как пижамы, одежде мелькали лунные блики, слышен был гортанный арабский говор, мешавшийся с персидским. Люди быстро рассредоточились, чтобы окружить брошенный "лендровер".

– Надеюсь, они ничего с ним не сделают, – прошептал Айк Сепах. – А то до дому далеко.

– Чьи они люди?

– Не знаю.

– Тогда выдай какую-нибудь разумную версию.

– Наверное, люди Хар-Бюри, – без энтузиазма отозвался Сепах.

– А может, они работают на китайцев?

Сепах пожал плечами.

– Русские тоже могли нанять местных для грязной работы, – сердито буркнул он.

Дарелл покосился на молодого человека.

– Тебя нервирует слово "колониализм"?

– Я принадлежу к древнему и гордому народу, Дарелл. Моя страна была цивилизованной и торговала с Китаем, когда вы еще сидели в лесах и болотах западной Европы.

– И это что-нибудь доказывает?

– Мы пели песни Хафиза о любви, когда вы устраивали варварские крестовые походы. Мы правили миром и сражались с греками, и поглотили воинов Александра, пока вы воевали в лесах с волками. – Сепах покачал головой. Он больше не выглядел молодым. – Мир изменился. В наши дни преданность не в почете.

– Но вы же подчиняетесь шаху?

– Народу нужны земельная реформа, медицина, школы. Мы должны идти в ногу с современным миром. Вы предлагаете помощь, и наши извечные враги, англичане и русские, которые борются за доступ в Персидский залив и нашу нефть, тоже ее предлагают. Но сейчас не время для политики. Полагаю, здесь нам нужно бороться за наши жизни.

Сепах поднял винтовку, но Дарелл опустил ее.

– Подожди. Следующая группа на подходе.

С севера, с такой же осторожностью как и первая, приближалась другая машина. С выключенными фарами. У Дарелла в голове сложился план. Ханух и Сепах были поглощены приближающимся лязгом внизу. Но когда он посмотрел на Биля, то заметил в его бледных глазах сверкнувшее любопытство.

– Каджун, старина, ты не вернул мою карту.

– И не собираюсь.

– Прекрасно. Тебя прикрыть?

– Как хочешь.

– Какую машину ты угонишь?

– Самую быструю. Первую.

– Хорошо-о. Она русской работы, ты же знаешь.

– Неважно.

– Держись северо-запада, пока не доедешь до скопления песчаных холмов. Они ежегодно немного перемещаются. Старайся не увязнуть, – тихо объяснял Биль. – До этого места будет гравий. Не заезжай в Шекараб. Ты увидишь огни. Не смогу поручиться за дружелюбие тамошнего караванного народа. Четырнадцать миль Шекараб должен оставаться справа, а затем поворачивай на запад. Еще тридцать две мили, и ты у цели.

– Спасибо, Биль.

– Иранцы будут благодарны, если ты поймаешь Хар-Бюри.

6
{"b":"949","o":1}