ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Без него вы просто груда мышц, верно?

Нож у горла Дарелла слегка шевельнулся.

– Этот нож уже не раз был в деле. Я могу им снова воспользоваться. Вы ведь вполне можете мне не понравиться, старина, до такой степени, что я вас просто убью.

– Я последний раз прошу вас, – сказал Дарелл, – уберите нож.

Уайльд ухмыльнулся. В этом человеке чувствовалась какая-то звериная жестокость, фанатизм и ощущение крови, пролитой много лет назад.

Дарелл нырнул и развернулся, уходя от ножа в руке Уайльда. Движение его было мягким и точным. Уайльд засопел и попытался отступить назад, но Сэм подставил ногу и толкнул его, заставив пошатнуться. В тот же миг он болевым приемом вывернул Уайльду руку и нож мелькнул в воздухе. Дарелл проследил за его полетом, и когда нож коснулся пола, наступил на него.

Лезвие хрустнуло под каблуком.

Наклонившись, он подхватил нож за рукоятку, успев заметить на ней выполненные слоновой костью и драгоценными камнями нацистские символы. Отломившийся кончик лезвия швырнул в корзину для мусора.

– Вы сломали мой нож, – недоверчиво прошептал Уайльд.

– Я не люблю ножи возле моего горла. Даже если это всего лишь шутка. Ведь это была шутка, Уайльд?

– Он так долго служил мне, и я им очень дорожил.

– Тогда вам не следовало обращаться с ним, как с игрушкой.

В карих глазах Уайльда мелькнула какая-то тень, затем он поднял взгляд и улыбаясь пожал плечами. Напряжение и ярость как-то вдруг исчезли из его голоса и он заговорил спокойно и просто.

– Я позвоню вам сегодня вечером в шесть часов. Подготовлю к отправке все, что вы хотите получить. В свою очередь я вас предупреждаю, что я должен найти здесь своего брата Мариуса, живого и невредимого. И документы на десять миллионов долларов. В шесть часов.

– Я буду здесь, – сказал Дарелл.

Пока Джулиан не вышел из комнаты, он не двигался с места.

Дарелл медленно досчитал до десяти, затем шагнул в коридор. В холл спускались под руку молодой человек и девушка, размахивая теннисными ракетками. Проходя мимо, они улыбнулись Дареллу. Никаких признаков Джулиана Уайльда.

На какое-то мгновение он подумал, а не мог ли Уайльд поселиться в одной из соседних комнат. Это был бы весьма разумный шаг. Но тут проходивший мимо юноша сказал по-английски с сильным акцентом:

– Вы ищете своего приятеля, сэр? Он только что сбежал вниз по лестнице, и ужасно спешил.

– Спасибо.

Сэм кинулся по широкой деревянной лестнице вниз в холл. Возможно, его действия были не слишком разумны, но существовала небольшая вероятность, что он сможет сесть Джулиану Уайльду на хвост и тот приведет его в какое-то важное место. То, что он может привести в ярость и без того взбешенного человека, давало шанс, которым следовало воспользоваться.

Когда Дарелл скатился по лестнице, Уайльд миновал парадный выход отеля "Гундерхоф". За узким тротуаром и береговой полосой ослепительно сверкало море. Мимо низких островов, расположенных неподалеку от берега, проносились накрененные под ветром паруса. Уайльд повернул налево, с кошачьей грацией скользя среди шезлонгов и сваленных в кучу велосипедов и не оглядываясь назад. Дорога, выгнутая дугой по дамбе, вела к красным крышам и пристаням деревушки Амшеллиг, расположенной в четверти мили. На дороге было множество гуляющих и велосипедистов, и Дарелл, позволив расстоянию между ними увеличиться, спокойным шагом последовал за Уайльдом.

Ему казалось, что его короткое сообщение даст достаточно информации для инспектора Флааса и О'Кифи. До сих пор никто, кроме Пита, не упоминал имени Мариуса Уайльда. А Джулиан Уайльд пришел в ярость из-за того, что его брат исчез. У Дарелла не было ни малейшего представления, что все это может значить, если не считать того, что Джулиан в результате безжалостно усилил нажим. С этим следовало что-то делать, и быстро.

Он жалел, что не удалось чуть подольше задержать этого человека. Слишком много вопросов осталось без ответа. Были Джулиан с братом единственными участниками заговора "Кассандры"? Или существовали и другие? Возможно, Уайльды были всего лишь агентами и посыльными; но тут Дарелл не мог определиться. Казалось, что Джулиан Уайльд сам себе хозяин, и только время сможет ответить на вопрос, не скрываются ли в тени и другие.

Судя по всему, Джулиан Уайльд не замечал слежки. Он быстро шел к побережью Северного моря, ни разу не оглянувшись назад. Дарелл проверил ситуацию позади себя, чтобы убедиться, не проистекает ли самоуверенность Уайльда из того, что кто-то прикрывает его отступление; однако не смог обнаружить ничего подозрительно в толпе гуляющих по дамбе.

Длинная и широкая главная улица Амшеллига, шедшая параллельно побережью, была застроена главным образом торговыми заведениями, связанными с рыболовством и туризмом. Неподалеку от главной набережной, предназначенной для рыбацких лодок, был построен скромный пирс для прогулок. Гавань с каменным молом заполняли яхты, а узкие вымощенные кирпичом улочки деревни кишели туристами.

Здесь сразу же стало гораздо труднее следить за Уайльдом и только его высокий рост и светлая львиная грива несколько облегчали задачу. Миновав прогулочный пирс, Уайльд резко свернул в узкую боковую улочку, застроенную пакгаузами, и Дарелл прибавил ходу, чтобы повернуть следом.

Но не тут-то было.

От набережной, где были привязаны несколько парусных шлюпок, ему навстречу шагнул молодой голландец огромного роста в типичной шапочке с узким козырьком и мешковатых штанах. Положив огромную руку на грудь Дареллу, он улыбнулся, сверкая золотыми зубами.

– Пожалуйста, минхер, минуточку...

– Прочь с дороги.

– Это очень важно, минхер. Мне поручено...

– Отстань, – резко бросил Дарелл.

– Отстать? – Молодой человек нахмурился, его светлые брови сошлись к переносице. Грубая рука моряка все еще лежала на груди Дарелла. – Знаете ли вы, где находитесь, минхер?

Дарелл понимал, что через мгновение Джулиан Уайльд исчезнет, и в мгновенном порыве ярости попытался отшвырнуть руку громадного голландца, толкавшую его в сторону гавани. Но рука моряка оказалась твердой и неподатливой, как дубовое бревно. Его глаза широко раскрылись от удивления и боли, но когда Дарелл со всего размаху ударил плотно сжатым кулаком в солнечное сплетение, что должно было свалить того с ног, голландец, казалось, этого даже не заметил.

– Пожалуйста, минхер, мы же не враги...

Дарелл ударил снова, но огромная рука схватила его за запястье и он покачнулся, теряя равновесие. До сих пор еще никому не удавалось проделывать с ним такое: голландец обладал необычайной силой. И улыбался, как блаженный идиот.

– Мне очень жаль, мистер Дарелл. Просто у меня есть лодка, которую я должен вам предложить, вот и все. Ведь вы ищете лодку, которую можно арендовать, верно? Нам следует сторговаться поскорее, пока люди не начали обращать на нас внимание.

– О чем вы говорите?

– Инспектор Флаас сказал, что вы хотите арендовать лодку, верно?

Дарелл взглянул на громадного голландца, а затем на улочку, в которой исчез Уайльд. Может быть, еще не поздно... Но когда он начал обходить моряка, тот твердо пробасил:

– Мне очень жаль, минхер, но я вынужден настаивать на своем. Я получил определенные инструкции. Тринка хочет увидеться с вами сейчас.

– Позже!

– Сейчас.

Дарелл расслабил руку, увернулся от захвата моряка, чувствуя, как горит кожа там, где этот гигант пытался его схватить, и снова оказался лицом к лицу с голландцем. В этот раз он сильно ударил моряка правой рукой в живот. Ему было уже все равно, что подумают окружающие. Он услышал судорожный вздох проходившей мимо женщины, крик какого-то мужчины, когда огромный голландец начал опрокидываться назад, потеряв свою шапочку и задев какой-то сарай с такой силой, что все это небольшое сооружение отчаянно зашаталось. Однако на его лице по-прежнему было написано лишь невинное сожаление и удивление. Он облизал губы, покачал головой, расправил плечи и двинулся на Дарелла, как разъяренный бык.

14
{"b":"950","o":1}