ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Не было и никаких признаков ни Кассандры, ни "Валькирии".

Отвернувшись, он двинулся к дальнему концу острова, туда, где как ему показалось, мелькнуло круглое основание разрушенной башни маяка. Длинная дюна, напоминавшая формой тушу кита, закрывала от него другой берег острова, и он дважды осторожно обошел ее, стараясь оставаться незамеченным на тот случай, если Уайльд где-то поблизости. Но на этой стороне из-за тростника и морской травы он почти ничего не видел, и пришлось опять почти бегом вернуться к берегу по твердому песку, понимая, что времени соблюдать все предосторожности уже не остается.

Оглянувшись, он увидел как "Сюзанна" медленно повернулась бортом – отлив наконец-то достиг нижней точки. На таком расстоянии яхта выглядела маленькой и хрупкой.

Затем она исчезла из вида за изгибом берега, а он побежал вниз и обошел основание разрушенного строения. Теперь он был уверен, что это именно то место, где Джулиан Уайльд оставил рыбацкую лодку и отправился в бункер "Кассандры".

Несомненно, руины были остатками старого маяка. Неподалеку под песчаными дюнами угадывались очертания домика смотрителя. Мидии и водоросли всплошную покрывали бетон и кирпич, за исключением тех мест, где их срывало приливное течение.

Никого не было видно.

Поблизости не было видно и другой лодки.

Такой дух запустения и заброшенности витал здесь, что даже морские птицы избегали этого места.

Дарелл остановился, не выпуская ружья из рук. Под жарким солнцем поднимались солоноватые запахи морских водорослей. Издалека донесся приглушенный звук взрыва – на дамбе Ваддензее продолжались строительные работы. Тот мир, казалось, принадлежал другому столетию, будучи отделен от этого мира побелевшими корявыми пнями деревьев, словно сошедшими с картины сюрреалиста, и основанием старого маяка с неровными краями и полукруглой дверью, засыпанной песком...

На ровном песке были отчетливо видны отпечатки ног Тринки и другие отпечатки – тяжелых мужских башмаков, которые вели к двери маяка.

Дарелл замер.

У него было такое чувство, что за ним кто-то наблюдает.

Он медленно огляделся вокруг, но ничего не увидел.

Дарелл отметил, что следы не вели внутрь маяка. Они повернули налево в сторону моря и исчезли за дюной позади развалин.

Он двинулся в том направлении.

На подъеме, там, где почва была покрыта морской травой, гнувшейся под порывами ветра, следы исчезли. Часть острова, выступавшая из воды позади маяка, была немного выше остального ландшафта, и длинная прямая линия, идущая к западному берегу, выглядела слишком точной и правильной, чтобы быть естественным образованием. Повернувшись, он обошел плоскую верхушку и осмотрел море. Все сходилось. Он стоял на вершине старых оборонительных сооружений, бункеров и опорных стен, построенных нацистами во время оккупации для борьбы с англичанами в Северном море.

Ему захотелось окликнуть Тринку, но мешали тишина и уединение этого места. Дальше он пошел, держа ружье наготове.

Однако оружие ему не понадобилось.

В полусотне метров за руинами маяка он увидел лопату, груду песка и блеск рыжего от ржавчины металла на зеленом с золотом фоне морских просторов. На какое-то мгновение он остановился перед мощной дверью, встроенной в верхушку бункера.

Дарелл сразу понял – это именно то, за чем он охотился.

Именно то место, поиски которого погубили Пита ван Хорна; место, ставшее причиной смерти генерала фон Витталя, и О'Кифи, и ни в чем не повинных рыбаков из Доорна. Именно то место, о котором думали тысячи людей в стратегических разведках многих стран, думали со страхом в сердце из-за хранившейся здесь смертельной чумы.

Внутри было темно, вниз вели узкие каменные ступеньки. Дарелл не захватил с собой с яхты фонарик. Он медленно вошел внутрь, понимая, насколько опасно выделяется его силуэт на фоне неба и как хорошо он виден тому, кто притаился в ожидании внизу. Но ничего не произошло. Его появление никого не обеспокоило.

В воздухе стоял солоноватый запах морских водорослей, на внутренних стенах бункера за годы наросли какая-то слизь и мох. В конце лестницы Дарелл неожиданно оказался перед врезанной в стену дверью. Плотные резиновые прокладки, которыми были снабжены как дверная коробка, так и сама дверь, обеспечивали надежную герметичность внутреннего помещения. Чтобы открыть, понадобилось изрядно подналечь, но когда резиновые прокладки уступили, дверь легко повернулась на хорошо смазанных петлях.

Внутри его поджидала тьма.

Если здесь и существовала раньше какая-то система освещения, то она давно вышла из строя. Нужно было возвращаться на яхту за фонариком. Скудные лучи солнечного света, проникавшие внутрь, позволяли рассмотреть белую кирпичную стену, металлический стол, покрытый резиной пол и поблескивающее лабораторное оборудование...

Его охватило давящее чувство страха, словно в ловушке. Больше пятнадцати лет эта комната сопротивлялась морю, приливным течениям и штормам. Воздух был сухим и немного затхлым, пахло резиной и дезинфекцией. И все же...

Он хотел уже повернуть обратно, выбраться на солнце и ветер и снова увидеть открытый океан. Но его остановил слабый приглушенный шум, доносившийся откуда-то справа из темноты.

Дарелл вскинул ружье наизготовку и осторожно повернулся в ту сторону, однако ничего не увидел. Теперь свет позади на лестнице казался еще ярче, а тьма перед ним еще плотнее.

– Тринка? – осторожно спросил он.

Глухой шум настойчиво повторялся.

Это была она.

Связанная по рукам и ногам, она сидела с кляпом во рту на резиновом полу справа от лестницы. Дарелл разглядел блеск ее широко раскрытых глаз, белизну блузки. Он опустил ружье, но не двинулся к ней.

– Ты одна?

Она энергично закивала.

– А Джулиан Уайльд здесь?

Она отрицательно покачала головой.

– Он оставил тебя здесь одну?

Тринка снова утвердительно кивнула.

Дарелл приблизился к ней и развязал опутывавшие ее веревки. Лицо девушки проступало бледным пятном. В воздухе пахло плесенью, но когда он опустился рядом с ней на колени, то смог ощутить свежесть ее тела. Он сорвал белую тряпку, затыкавшую ей рот, и она закашлялась, а потом прошептала:

– Здесь нельзя оставаться. Нужно быстрее подниматься наверх. Выбираться отсюда. Дверь... он сумасшедший... он может прятаться где-то снаружи...

Он подхватил ее и прижал к груди. Затем стал подниматься по лестнице, и сердце его отчаянно билось в предчувствии несчастья. Если Уайльд где-то снаружи и захлопнет герметическую дверь, то они оба будут погребены здесь...

Затем он опять увидел солнечный свет над головой, голубой купол неба, белые облака, бегущие в рамке входного люка. Ощущение опасности стало еще острее. Если они окажутся запертыми в этой тюрьме, то все будет кончено. Он понимал, что идет на риск, спускаясь сюда, но полагал, что Уайльд может быть внутри – а если он все еще находится наверху и поджидает, когда жертва войдет в ловушку...

Дарелл выскочил на лестницу, миновав герметически закрывающуюся дверь, и остановился на покрытых мхом ступенях, чтобы перевести дух.

– Подожди минутку, – сказал он. – Я забыл ружье.

– Скорее, Сэм.

Он отпустил девушку и торопливо нырнул внутрь. Теперь можно было получше рассмотреть внутренность бункера. Насколько он мог заметить, там было очень чисто. Подхватив ружье, которое он бросил на пол, освобождая Тринку, Дарелл оглядел аккуратные полки, шедшие вдоль трех стен лаборатории, и заметил, что все они пусты. Столы с бакелитовым покрытием, шкафы из нержавеющей стали, реторты, горелки и небольшие печи выглядели относительно новыми. В таинственном мраке удалось различить еще одну дверь, ведущую в следующее помещение, но темнота была слишком плотна, чтобы пытаться туда проникнуть.

Именно здесь выращивали и пестовали вирус "Кассандра", здесь его готовили для мрачной мести. Здесь вирус концентрировали и упаковывали в аккуратные емкости, чтобы быть готовыми к дню отчаянной атаки по приказу безумца, бесчеловечность которого была непредсказуемой. Он почувствовал, как по спине его пробежала холодная дрожь. Если в этой комнате и находились образцы вируса "Кассандра", то теперь они исчезли. Джулиан Уайльд забрал все.

34
{"b":"950","o":1}