1
2
3
...
18
19
20
...
40

– Сэм? – окликнула Лиз Прюитт.

– Она была здесь, это как пить дать.

– Вы считаете – она искала здесь Билла?

– Должно быть. Но ее настигли. Либо По Пинг-тао, либо наш приятель – полковник Сколь.

– А почему – не люди майора Яматои? – спросила Лиз.

– Сомневаюсь, что она стала бы так сражаться с японскими полицейскими.

Они шли по следу Йоко Камуру от самой железнодорожной станции Фуякуро, откуда проехали по всему побережью, пока не разыскали подвезшего ее таксиста. Слухи распространялись быстро и люди снимались с места, стремясь побыстрее покинуть опасную зону. Носильщик в Фуякуро сразу вспомнил Йоко: она была одной из немногих, взявшей билет в сторону Хатасимы, в то время как остальные осаждали поезда, идущие в противоположном направлении.

Они отставали на два часа.

Дарелл посмотрел на болтавшуюся телефонную трубку и кивнул Лиз, которая попросила у него разрешения выйти на улицу. Телефонистке потребовалось целых десять минут, чтобы подтвердить: да Йоко трижды звонила в Токио именно из этого номера.

– Только в Токио? Больше никуда?

– Нет, сэр. Управляющий спрашивает, сэр, кто оплатит счет за эти разговоры?

– Вы уверены, что она больше никуда не звонила?

– Да, сэр. Но я хочу спросить...

Дарелл повесил трубку. Внизу во дворе Лиз беседовала с садовником, одетом в белый хаппи. Садовник указывал рукой в сторону гор, возвышавшихся над курортом. Посмотрев в том направлении, Дарелл разглядел высокий водопад, который проблескивал сквозь листву, и два маленьких мостика из красного дерева. К водопаду вела тропинка.

Когда Дарелл спустился, Лиз отвернулась от садовника и ее обычно строгое лицо осветилось улыбкой.

– Сэм, ей удалось сбежать от них.

– Каким образом?

– По словам садовника, она помчалась в лес вон по той тропе.

– Она была одна?

– Да, он уверяет, что одна.

– И никто ее не преследовал?

Садовник в хаппи затряс бритой головой, заулыбался и снова показал куда-то в горы. Говорил он на непривычном для Дарелла диалекте, к тому же так быстро, что Дарелл многого не понимал, однако Лиз с видимой легкостью разобрала его слова.

– Он сказал, что видел двух китайцев. Минут пять спустя. А Йоко бежала. Она разбила окно, выскочила на балкон и помчалась во весь дух. Китайцы, по его словам, тоже очень торопились.

– Когда он их видел? – спросил Дарелл.

– Меньше часа назад.

– Ни один из них потом не возвращался?

– Нет.

– Пойдем. Мы подбираемся все ближе.

Минут двадцать они поднимались по горной тропе. Сбиться с пути было невозможно: с одной стороны от тропы высился неприступный утес, а с другой – зияла глубокая пропасть. Неподалеку грохотал водопад; белая вспенившаяся вода бурлила внизу и с ревом уносилась в море. Тропа была совершенно безлюдной. В обычное время по ней бродили бы многочисленные туристы и влюбленные парочки, теперь же Дарелл и Лиз не встретили ни души. Время от времени они посматривали вниз на пустынное побережье и огороженную колючей проволокой рыбачью деревню. В отдалении темнели многочисленные острова. Дарелл шагал быстро, но Лиз поспевала за ним, ни разу не пожаловавшись.

Тропинка уткнулась в ровное каменистое плато, откуда открывался живописный вид на красные крыши гостиниц Кокусая и морское побережье. Под старинным развесистым кленом, багряные листья которого кроваво поблескивали под полуденным солнцем, пристроились массивные бревенчатые скамьи. Дальше пути не было, однако лицо гранитного утеса было, как шрамами, иссечено глубокими расселинами, и Дарелл начал, не мешкая, карабкаться по одной из них. Лиз не отставала. Потревоженные белки осуждающе цокали, среди листвы деревьев мелькали какие-то птицы. Порывы ветра ощущались здесь сильнее.

Вскарабкавшись на вершину, Дарелл огляделся по сторонам. Внизу, по другую сторону утеса, расстилалась лесистая узкая долина, по которой бежала неширокая извилистая речушка. Откуда-то снизу донесся протяжный гудок локомотива, хотя саму железную дорогу Дарелл различить не смог.

– На первый взгляд, задача выглядит невозможной, – тихо проговорила Лиз. – Пресловутая иголка в стогу сена. – Ее длинные волосы были распущены и Лиз откинула их со лба грациозным, чисто женским жестом, подчеркнувшим форму ее грудей и чистую линию шеи. – Йоко может затаиться где угодно. Или китайцы уже настигли ее. А почему, кстати, она убегает?

– Паника – страшная вещь, – невозмутимо пожал плечами Дарелл. – Если бы ей удалось дозвониться в Токио Биллу, она бы уже знала, в чем дело. Теперь же она сознает только одно: она была тяжело больна, и за ней постоянно гонятся незнакомые и враждебно настроенные люди... Вон там, – он указал вниз.

– Я ничего не вижу.

– В долине. Там что-то мелькнуло.

– Животное?

– Нет, человек. Пошли.

Он начал быстро спускаться по обрывистому склону. Океан пропал из вида. В траве и кустах жужжали и стрекотали вспугнутые насекомые. Закаркала и захлопала крыльями потревоженная ворона. Рядом с головой Дарелла с треском отлетела сломанная ветка. Мгновением позже донесся характерный хлопок выстрела.

– Болван, – сплюнул Дарелл. Он мгновенно увлек Лиз за кусты и теперь, распростершись за ними, внимательно разглядывал противоположный склон узкой долины. – Похоже, он растерялся, иначе не стал бы палить по нам. Теперь же он сам себя выдал.

– Тем более, что стреляли из пистолета.

– Как раз это ничего не значит. По Пинг-тао – блестящий стрелок. Пожалуй, лучший среди всех нас. Но я готов держать пари, что он упустил Йоко. Она перехитрила его. Ей ведь эти леса знакомы – она не раз бывала здесь раньше.

– А, может быть, он поймал ее, а теперь пытается не подпустить нас.

Дарелл кивнул.

– Тоже возможно. Скоро мы это выясним. Следуй за мной, не отставая.

Глаза Лиз сверкнули.

– Слушаюсь, шеф.

Дарелл, петляя, как заяц, перебежал через мелкий ручей. Выстрелов не последовало. Держа пистолет наготове, он начал карабкаться вверх по пологому склону. Двигался Дарелл почти бесшумно. С раннего детства он много охотился в дельте Пеш-Ружа и умел неслышно подкрадываться к добыче. Старик Джонатан обучил его многим полезным приемам и повадкам. Доводилось Дареллу выслеживать и двуногую дичь, но полковник По Пинг-тао был не простой добычей. Глава зловещего "Павлина" отличался дьявольской жестокостью и коварством скорпиона.

– Подожди здесь, – приказал Дарелл.

– Почему?

– Делай, как тебе говорят, – прошептал Дарелл.

– Но я вовсе не боюсь... – начала она.

– Зато я боюсь, – оборвал ее Дарелл.

Он двинулся вперед в одиночку. Все смолкло. Дарелл переложил пистолет в левую руку и пополз через кусты. Двигался он ловко, как змея, каждый жест был просчитан до мелочей. Подкравшись к тому месту, откуда раздался выстрел, Дарелл замер, прислушиваясь. С верхушки дуба справа от него сердито зацокала белка, но вскоре затихла. Ярдах в десяти слева взлетела ворона и, лениво взмахивая крыльями, полетела в сторону побережья. Свежий бриз ерошил кроны деревьев. Насекомые безмятежно пели и жужжали.

– Дарелл!

Оклик прозвучал справа, внезапный, пугающий... Дарелл не отозвался. Его сердце учащенно заколотилось, мышцы напряглись. Впереди и сверху хрустнула веточка. Животное? Человек? Дарелл безмолвно застыл в пестрой ряби кустов и тени.

– Дарелл? Прощай, Дарелл! – донесся другой голос, на этот раз слева, с той стороны, откуда взлетела ворона.

Дарелл присмотрел просвет между кустами и, тигром метнувшись в него, перекатился через голову, присел и оглянулся. Он успел заметить, как мелькнуло крупное круглое лицо с треугольным шрамом, увидел ощеренные зубы и свирепую ухмылку – ухмылку смерти. По Пинг-тао был уверен, что застал врага врасплох.

Что-то просвистело в воздухе и вонзилось в ствол дерева там, где секунду назад была голова Дарелла. Дарелл успел отпрянуть в сторону. Китаец взревел – такой рев испускает тигр, парализуя добычу. Дарелл рванулся на крик, но По Пинг-тао там уже не было... При всех своих внушительных размерах, огромный китаец двигался с проворством пантеры. Только медленно падающий лист подсказал Дареллу, где исчез его враг.

19
{"b":"951","o":1}