ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Звезды и Лисы
Таинственный мир кошек
Неистовые джокеры
Народный бизнес. Как быстро открыть свое дело и сразу начать зарабатывать
Орел на снегу
Введение в психоанализ (сборник)
Закон притяжения
Хранительница времени. Выбор
Сиятельный

– Уж не от того ли, что мы называли его красавцем и обладателем большого и сильного тела?

Лили наморщила нос.

– Его ноги…

– Лили!

– Как мы можем продвинуться в нашем исследовании, если ты падаешь в обморок от одного упоминания о мужских ногах? У него… да, его ноги производят на меня скорее приятное впечатление. Мне нравится верхняя часть…

– Лили!

– Тише, иначе он наверняка тебя услышит. Лили, Лили, Лили! Мне двадцать пять лет. А тебе двадцать четыре. Уже совершенно ясно, что мы остались в старых девах. И слава Богу. Но мы земные женщины и имеем похвальную решимость не отказываться от всех доступных нам переживаний – даже если некоторые из них будут носить чисто теоретический характер.

– О, дорогая…

Лили сердито взглянула на свою лучшую подругу:

– Чего ты так боишься?

– Я вовсе не боюсь. Просто все это казалось замечательной идеей до тех пор, пока мы реально не начали предпринимать какие-то действия.

– Что в этом может быть замечательного, если ничего не предпринимать? Невозможно провести достойное исследование, не имея в своем распоряжении подходящих объектов.

– О, дорогая…

Лили уже устала одергивать подругу.

– Присядь, если хочешь, моя милая. Я буду докладывать тебе о своих наблюдениях… Интересно все же, почему он там стоит в такой вызывающей позе.

– Может быть, он ждет, – смиренно предположила Розмари.

– Чего ждет?

– Ну… я не знаю.

Девушки умолкли. Наконец Лили изрекла тоном знатока:

– В мужчине очень важен рот. Рот мистера Ворса безукоризнен. Я, как беспристрастный исследователь, вынуждена это признать. Маленькие ямочки в уголках его губ представляются мне очень интригующими. Так, нижняя губа слегка полнее верхней – да, у него четко очерченный, твердый рот. Ну и прекрасные зубы.

– Возможно, все мужчины в Бостоне чрезвычайно крупны, красивы и очень сильны.

– И притом не лишены изящества, – задумчиво добавила Лили. – Я наблюдала за ним из галереи над вестибюлем. У него походка человека, обладающего незаурядной силой, но тем не менее его движения легки и непринужденны.

– Очень интересно.

О да, на этого мужчину, вне всякого сомнения, интересно было взглянуть. И голос у него тоже был необычный. Низкий и ровный – когда он не смеется. Лили слышала, как он смеялся в кабинете ее отца. Отец тоже от души хохотал, и по его голосу чувствовалось, что он в восторге. А ведь он не часто смеялся, несмотря на то что все время сыпал остротами, которые приберегал специально для Лили.

Лили раздумывала, что может вызвать у отца такой восторг в присутствии Оливера Ворса, которого он нанял, никого не предупредив, секретарем. Ее отец вернулся из деловой и лекционной поездки в Лондон и просто поставил ее в известность, что ему крупно повезло повстречать человека одного с ним склада ума. В дополнение к своему преимущественно безмолвному участию в делах прибыльного торгового банка, учрежденного его дедом, отец был в своем роде философом. И до недавнего времени он не проявлял никакой заинтересованности в чьей-либо помощи, кроме помощи Лили.

Появление нового помощника стало для нее равносильно вторжению наглого захватчика, и в душе ее поднялась целая буря возмущения. Ревность. Никогда в жизни она не испытывала столь низменного чувства, пока не появился мистер Оливер Ворс из Бостона.

– Может, пойдем? – спросила Розмари. – Нам еще нужно бы встретиться с Миртой…

– Я знаю. Но, кажется, я не в состоянии сегодня с ней встречаться. – Внезапно Лили безумно захотелось побыть наедине с отцом. Она должна открыть ему глаза на то, что его дурачит мошенник.

Мистер Ворс снял шляпу. Внезапно налетевший ветер растрепал его длинные густые темные волосы. Он откинул назад полы своего сюртука и, уперев руки в бока, подставил лицо солнечному свету.

Лили прижала руку к груди, словно стараясь унять бешено заколотившееся сердце.

Он выпрямился, переменив позу, и снова небрежно скрестил ноги. Его брюки, хотя и очень простые, были отличного покроя и хорошо на нем сидели… Да, они сидели превосходно.

– Я им займусь, – неожиданно сказала Лили, еще секунду назад даже не собираясь произносить ничего подобного.

Розмари не проронила ни слова.

– Если бы он не был чужаком, имеющим намерение воспользоваться доверием моего отца, я бы посчитала его наиболее привлекательным мужчиной, какого я когда-либо встречала… Розмари, он прикрыл глаза и слегка улыбается от ощущения солнечного тепла на своем лице.

– М-м-м.

– А когда он улыбается, у него на щеках появляются ямочки.

– М-м-м.

– Но разумеется, он вполне может оказаться каким-нибудь подлым проходимцем.

– Лили!

Лили вздохнула.

– Да-да, конечно. И все-таки я настаиваю, что он скорее всего проходимец или что-то в этом роде. А кто еще способен так вот проводить свободное время возле кладбищенской могилы?

– На меня это наводит ужас, – призналась дрожащим голосом Розмари.

Лили испытывала то же самое чувство.

– Возможно, нам следует потихоньку навести о нем справки, – сказала Розмари. – И разузнать о нем побольше.

– Возможно, – отозвалась Лили. Она нагнулась, вытащила несколько молитвенников из паза на спинке скамьи и положила их стопкой на сиденье. Удостоверившись в надежности возведенной конструкции, она взобралась на них. – Он и в самом деле довольно красив, – повторила Лили как бы забывшись, и снова без всякого намерения произнести что-либо подобное. Удивленная собственными словами, она едва не поперхнулась.

Розмари безмолвствовала, и, взглянув на нее, Лили увидела неподдельную тревогу на лице подруги.

Глубоко вздохнув, Лили еще раз осмотрела виновника всех этих чрезвычайных происшествий.

– Он будет объектом моего исследования. Только в данный момент, конечно. И только пока я не узнаю о нем всего, что представляет для нас интерес. А потом я найду другой объект исследования.

– Ты назвала его красивым, – запинаясь прошептала Розмари.

Язык Лили всегда имел досадную привычку подводить свою хозяйку.

– Это всего только риторическая фигура, моя милая. Ох!

– Что там такое?

– Он… Страшно сказать, он прилег на могилу. О Боже… Он растянулся там, как огромный кот. На могиле!

– Не может быть, – пролепетала Розмари и тут же всплеснула руками. – Послушай, но ведь это как раз то, что нам нужно.

– В самом деле, – согласилась Лили, не в силах оторвать пристальный взгляд от мистера Оливера Ворса из Бостона. – У мужчин действительно имеются откровенно необычные таинственные места.

Возмутитель спокойствия обеих барышень тем временем улегся поудобнее и закрыл глаза.

– Розмари! Ох, Розмари, не думаешь ли ты… Ну конечно же, нет.

– Что?

– Видишь ли, мне кажется очень подозрительным это внезапное решение папы… Нет, нет, не может быть.

Розмари мигом передвинулась на самый краешек скамейки, и ее розовые шелковые юбки с шумом взметнулись при этом порывистом движении.

– Скажи мне! Пожалуйста.

Новая догадка внезапно озарила Лили со всей ее ужасной очевидностью, но она вовремя заставила себя прикусить язычок.

– Нет, нет, ничего особенного. Я буду действовать, как и запланировала. Решение принято. К следующему собранию Общества, я надеюсь, у меня будет готов доклад, содержащий надежную статистику.

– О, дорогая…

Разумеется, ей не следует сердиться на милочку Розмари, которая, несмотря на огромное желание пуститься в приключение, обладает весьма сомнительной храбростью. А вот отец действительно мог разработать какой-нибудь безрассудно смелый план. Но из него скорее всего ничего не получится. Не должно получиться.

– Мне бы поскорее хотелось отсюда уйти, Лили.

Мог ли отец решиться на такое безрассудство? Он знал не хуже ее, что в Ком-Пиддл, в среде, которая именовалась местным обществом, она слыла барышней приятной, но невзрачной. И он также слышал отзывы о своей дочери как о девице слишком уж бойкой и самоуверенной, чтобы привлечь внимание сколько-нибудь серьезного человека.

2
{"b":"95574","o":1}