ЛитМир - Электронная Библиотека

– Мы еще поглядим, кто из нас победит, – громко произнесла она и для поддержания боевого духа принялась подпиливать ногти. – Пусть Кристина и выиграла первый бой, она еще не выиграла войну. Меня рано списывать со счетов! Я еще покажу, на что я способна. Я утру ей нос!

Одетая в школьную форму Дейзи сидела на низенькой ограде палисадника дома номер четыре, грустно уставившись на крыльцо Куини Тилет. Пухлый ранец, набитый книгами, стоял возле ее ног. Ее внимание привлекла юная квартиросъемщица экзотического вида, оживленно беседующая с Билли. Наряд этой экстравагантной особы действительно был необычным: фрак, перехваченный широким ремнем на талии, черные сетчатые чулки и высокие красные туфельки на ремешках до щиколоток. Должно быть, это танцовщица, подумала Дейзи и поежилась, вспомнив, как совсем по-детски одета она сама – в форму, гольфы и ботиночки на шнурках. У Куини часто жили актеры. Ходили слухи, что большинство девушек, снимавших у нее комнаты, работали стриптизершами в ночных клубах. Но Куини это упорно отрицала, понимая, как важно сохранить репутацию порядочной дамы. Нередко в ее доме останавливались и циркачи. Их профессию хозяйка не скрывала. Напротив, она даже кичилась тем, что близка к артистическому миру.

– Сейчас у меня живет дрессировщик слонов, – говаривала она, навещая Хетти, Мириам или Нелли. – Я готовлю для него завтрак.

Дрессировщика слонов сменяли цирковые силачи, клоуны или акробаты. Всем им Куини Тилет была рада.

Возможно, девушка, разговаривающая с Билли, вовсе не стриптизерша, а циркачка, подумала Дейзи, тяжело вздохнув. Билли всегда нравился цирк. В детстве он постоянно ходил на представления в шапито на пустоши, а когда актеры перебирались в соседний район, он убегал из дома и следовал за ними. Кто бы ни была его новая знакомая, он явно не собирался знакомить ее с Дейзи. Несомненно, он видел ее, но делал вид, что ему это безразлично.

Его симпатичная собеседница громко расхохоталась, закинув голову. Даже издали Дейзи разглядела, что уголки ее глаз, как и брови, подведены специальным черным карандашом, а губы накрашены ярко-розовой помадой.

Сердце Дейзи сжалось от отчаяния: с такой шикарной красавицей ей бесполезно соревноваться. Значит, Билли для нее навсегда потерян, и все из-за нелепого недоразумения. После ссоры возле пруда он перестал с ней разговаривать, и она ничего не могла исправить. Циркачка снова звонко расхохоталась, и Билли галантно взял ее под руку и повел к своему грузовичку, припаркованному напротив дома Куини. Дейзи подняла ранец и залилась горючими слезами, чувствуя себя несчастнейшим человеком на свете.

Сжав в ладонях чашку с чаем, Керри сидела в одиночестве за кухонным столом. Это была уже четвертая, а может, пятая или шестая чашка. Какая точно, она не знала, потому что сбилась со счета. Солнце клонилось к закату, его свет, льющийся в окно, обрел медно-золотистый оттенок. Где-то вдали утробно урчала газонокосилка, кто-то звал домой заигравшихся детей. Спустя десять, пятнадцать и даже двадцать лет звуки, доносящиеся снаружи, останутся такими же, подумала Керри. Но если она уедет в Новую Зеландию, то никогда их больше не услышит.

Но она туда не поедет.

Керри оглядела чисто прибранную комнату. На подоконнике стояли горшки с мятой; пол был устлан половичками веселенькой расцветки. Она не могла представить, что послезавтра уже не увидит своего любимого кухонного стола. На такое у нее просто не хватало воображения. А что ее ждет, если она не покинет Англию вместе с Заком? Ей все равно не сохранить семью, потому что она не сможет обмануть Дэнни и сказать, что отец ребенка – он. И еще не известно, примет ли ее с ребенком мама! Представив, какую сцену устроит ей Мириам, Керри едва не забилась в истерике. А что о ней подумает Роза? О реакции Дэнни и говорить нечего.

Керри охватил ужас. Такого решения ей еще принимать не приходилось. От него зависело не только ее собственное будущее, но и благополучие всех любимых ею людей. Если убежать с Заком… Керри вздохнула. Следовало признать, что лишь благодаря ему она ожила и вновь ощутила себя молодой и счастливой. Частица ее существа рвалась последовать за этим мужчиной хоть на край света. И если бы не Роза… Дочь придет в отчаяние, она не переживет измену матери, у нее разорвется сердце. Только по одной этой причине Керри не могла уехать в Новую Зеландию.

Она уставилась в чашку. Чай остыл. Розе исполнилось четырнадцать. Пройдет еще пять лет, и, возможно, Роза захочет начать самостоятельную жизнь в Австралии или Канаде, а может, и в Новой Зеландии. Уехать туда пара пустяков для гражданина Великобритании.

Если это случится, то они с дочерью все равно разлучатся. Только тогда будет поздно воссоединяться с Заком. Останется лишь торговать овощами и фруктами на Главной улице Льюишема, ходить в кино да время от времени заглядывать в паб «Лебедь». А тот, кто заставил ее почувствовать себя желанной, живой и веселой, тот, чьего ребенка она, возможно, вынашивает, будет за многие тысячи миль от нее и никогда больше не возникнет в ее жизни.

Керри в ярости отодвинула чашку с холодным чаем. На площадь спускались сумерки, вскоре должен был вернуться Дэнни. Дальше скрывать от него свою тайну было нельзя. Зак следующей ночью собирается покинуть Англию. Настало время признаться мужу, что она полюбила другого и забеременела от него. На лбу у Керри выступил пот. Она жестоко ранит Дэнни, а ей не хотелось его обижать, она его любила. Разумеется, не так пылко и страстно, как Зака. Нет, она любила Дэнни иначе…

Кто-то открыл входную дверь. Закрыв лицо ладонями, Керри прошептала:

– О Боже! Дай мне силы! Что же мне делать?

Глава 20

– Какого дьявола ты сидишь тут одна за столом, уставившись в стену? – в сердцах вскричал Дэнни, войдя в кухню. – Почему не включена плита? Где жратва?

Он рассеянно оглянулся по сторонам, надеясь увидеть тарелку с едой, желательно разогретой, на худой конец – с холодной говядиной и пикулями. Не обнаружив ужина, он взорвался:

– Черт бы тебя побрал, Керри! Разве ты не знаешь, что мне нужно бежать в клуб? Сегодня у Зака последняя тренировка перед важным боем. Завтра он будет драться с человеком Дьюка. А ты оставила меня, его тренера, голодным!

Он нервно взъерошил шевелюру.

– Нам нужно поговорить, Дэнни, – сказала Керри, чувствуя, как громко стучит в груди сердце. Ее мутило. Нельзя допустить, чтобы ее снова стошнило. Она судорожно вздрогнула, пытаясь собраться с мыслями и подобрать нужные для разговора слова. Внезапно ей пришло в голову, что Дэнни может разъяриться так, что потеряет самообладание, и тогда…

– Дэнни, я…

– Я успел сгонять к Джеку в больницу, а ты за это время не успела мне ничего приготовить? По-моему, ты не перетрудилась за эту неделю. Кстати, куда ты исчезла с рынка позавчера, хотелось бы мне знать?

– Да, я не перетрудилась, как обычно, Дэнни, – звенящим от напряжения голосом ответила Керри, чувствуя, что она на грани истерики. – Я ожила! И вспомнила, что я не так уж стара. Я была на свидании… У меня роман с другим мужчиной. И хотя время месячных еще не пришло, я уверена, что беременна.

Керри умолкла. Все было сказано, продолжать не имело смысла. Изменить ничего уже нельзя, все предельно ясно. Отныне отношения между ней и Дэнни уже не вернутся в прежнее русло, не станут теми же, что еще несколько секунд назад.

– Что? – застыл в дверном проеме ее муж. Ноги его словно приросли к полу. Он не смог бы сдвинуться с места, даже если бы ему заплатили миллион фунтов.

Керри стиснула кулаки, лежащие на коленях, и, глядя ему в глаза раздельно произнесла:

– Я встречалась с одним человеком… Я в него влюбилась. Он уезжает из Англии и хочет, чтобы я уехала с ним… И я… И я думаю, Дэнни, что я могла бы с ним уехать. – Слезы хлынули у нее из глаз. – Извини, Дэнни. Мне жаль, что все так получилось…

50
{"b":"95575","o":1}