ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Марион поспешила проводить ее до дверей. Ей не хотелось оставлять Гюнтера наедине с этим подозрительным конвертом. Марион заинтересовало, о какой сумме идет речь. Когда она вернулась, Гюнтер вскрыл конверт. С первого взгляда он догадался, о каких деньгах идет речь.

«Ага, – подумал он, – маленькая бестия».

– Ах, Боже! – рассмеялся Гюнтер, когда Марион пошла на террасу. – У меня совсем вылетело из головы. И из-за этого они устроили такое представление!

Марион взяла из его рук лист бумаги.

– Шестьсот марок, – удивилась она. – Шестьсот марок для общества защиты животных? Почему столько? Есть какая-то причина именно для такой суммы?

Гюнтер налил себе еще пива и не спеша выпил.

– Пари, из-за Клауса я проиграл пари. Все просто, но я совсем забыл об этом!

Марион помахала квитанцией у него перед носом.

– Но на квитанции стоит сегодняшняя дата. Как можно забыть то, что было сегодня?

– О чем ты, Марион, просто Клаус все уладил. Думаешь, у меня есть время заниматься такой ерундой? Подавай-ка мне лучше клецки!

Линде так и не удалось поделиться с кем-нибудь своей новостью. Ирэн уехала в Мюнхен на курсы повышения квалификации, а Дирк вряд ли подходящий партнер для таких разговоров. Он почти наверняка отнесется ко всему этому слишком серьезно, и все удовольствие от затеи, таким образом, пропадет. Конечно, Моника от души повеселилась бы над проделкой Линды. Но Моника, в ее теперешнем положении, не совсем годилась на роль человека, которому можно доверить такие тайны. Нет, кроме самой близкой подруги, делиться своим и приключениями Линда ни с кем не будет.

* * *

Линда не нашла ничего лучше, чем заехать после работы к Дирку. Он, как и вчера, корпел над учебниками. Предложение пойти в кино не вдохновило молодого человека.

– Кино… – застонал он. – Конечно, если бы мне не хватало кино здесь! Я сегодня уже насмотрелся кино во время лекций. Одно интереснее другого! И если я не сдам экзамен, мой старик задаст мне!

– Что значит – твой старик задаст тебе! – Линда села к нему на колени и обняла за шею. – Ты должен бояться меня, в конце концов! Наша связь может так когда-нибудь разрушиться!

– Что?! – Дирк откинул назад свои длинные волосы, глаза у него были усталые.

– Любовная связь, – уточнила Линда, встала и одернула свою короткую юбку. – Мы что, не можем даже выпить по стакану вина? Обещаю оставить тебя после этого в покое.

Дирк повернулся к ней и зевнул.

– Если хочешь, – ответил он и снова отвернулся. – Посмотри в холодильнике, может, там есть бутылка.

Линда пошла в соседнюю комнату, превращенную в маленькую кухню.

– Красное вино не хранят в холодильнике! – крикнула она оттуда Дирку.

– Что за идиотское правило? – возмутился Дирк и закинул ноги на письменный стол. – Ты говоришь сейчас почти так же, как мои старики! Кто же пьет летом теплое, словно моча, вино?

Линда вернулась с бутылкой и двумя стаканами.

– Ну да, знаток, тоже мне! – Она засунула ледяную бутылку ему между голых колен.

– А—а, ты сошла с ума! – Дирк резким движением скинул ноги со стола и вскочил. – Ты что, решила сегодня поиграть в садо—мазо?

– Да, если тебе это понравится, – засмеялась Линда и начала щипать его за волосы на голых лодыжках.

– Реакция исключительная. – Дирк указал на свои шорты.

– Что может сделать с человеком холодная бутылка с красным вином! – Линда взяла его указательный палец и провела им по своему животу.

– Прекрати это немедленно, если всерьез хочешь связать свою жизнь с будущим адвокатом!

– Ах, бросьте, я же, в конце концов, и сама хорошо зарабатываю. – Линда расстегнула «молнию» у него на шортах.

– Как скажете. – Дирк зарылся лицом в ее волосы и начал медленно покусывать мочку уха.

Ровно в половине одиннадцатого Линда загнала свой автомобиль в гараж. Она была слегка навеселе. Это все Дирк. Он вдруг пожелал пойти вместе с ней и выпить по кружечке пива. Сам-то пошел домой пешком, а ей пришлось ехать в свою новостройку, хотя лучше всего в таком состоянии не садиться за руль. Линда вошла в лифт.

Когда двери лифта открылись, она тотчас заметила: у дверей квартиры что-то лежит. Этого здесь быть не должно. Ей собирались принести какую-то посылку? Что-то не припоминается. Подходя к двери, она поняла, что это не пакет, а картонная коробка. Линда нагнулась и прочитала надпись на ней. Шампанское. Шесть бутылок. Она выпрямилась, замерла над коробкой и почувствовала, как по телу побежали мурашки. Теперь все ясно. Понтер Шмидт приезжал вчера не к деловому партнеру. У Гюнтера Шмидта совершенно другие намерения. Его деловой партнер – это она, Линда Хаген!

А на другом конце города Гюнтер Шмидт уже, наверное, в десятый раз набирал номер телефона Линды. И снова впустую. Но должна же она когда-то вернуться домой! Он, было, попытался поехать к ней сам, но испугался, как бы Марион что-то не заподозрила. Ему кое-как удалось замять эту историю с обществом охраны животных, но Марион лучше, чем кто-либо, знает, что ее муж скорее пожертвует деньги обществу ветеранов войны, чем даст хоть пфенниг на постройку собачьей будки.

Поэтому он уселся рядом с Марион в кресло перед телевизором, где шли «Новости», начал ругать политиков. Гюнтер делал это почти всегда, когда случалось смотреть «Новости», и тем самым его поведение было вне подозрений. Вот глупость! Он послал девчонке коробку шампанского, а той до сих пор нет дома. Где ее, черт возьми, носит?

В его голове пробуждались самые дикие фантазии, тогда как взгляд бездумно застыл на экране.

– Бедная женщина, – услышал вдруг Гюнтер голос Марион.

– Что? – Гюнтер попытался сконцентрироваться на передаче.

– Ты не слышишь, о чем идет речь? – Марион лежала, укрывшись мохеровым пледом, на диване и задумчиво смотрела на мужа, сидящего в своем любимом кожаном кресле. Это кресло подарили ему на последнее Рождество. Между ними стоит сервировочный столик. На нем бутылка белого вина и два чистых бокала.

– Что ты сказала? – Гюнтер вернулся к реальности. – Я не совсем понял тебя.

– Ну, женщина, которая должна одна растить близнецов. Это же ужасно!

– Откуда тебе об этом знать? Ты же не рожала!

Линда затащила коробку с шампанским на кухню и нерешительности стояла перед ней, не зная, что делать дальше.

Что, собственно говоря, он о себе возомнил? Он же знает, что у нее есть Дирк.

С другой стороны, еще никогда в жизни ни один мужчина не присылал Линде шампанское. И уж точно никто – целый ящик.

Лучше всего погрузить все это в машину и отвезти прямо к дверям дома Шмидта. С самыми добрыми пожеланиями от Мэрилин Монро с того света. А еще лучше ставить каждую ночь по одной бутылке между белыми колоннами его виллы. Причем каждый раз надевать на горлышко бутылки новый кондом. Один раз черненький, следующий раз красненький, потом с банановым вкусом, а под конец с пупырышками.

Ухмыльнувшись, Линда начала искать в шкафу презервативы. Там должна быть еще одна упаковка, это она помнила точно. Но та, которую она нашла, вызвала у Линды вздох разочарования. Это обычные презервативы, безо всяких приколов. И срок годности истек. Она выбросила упаковку в мусорное ведро и задумалась, что делать дальше, но потом решила оставить проблему на утро. Линда пошла в ванную, после чего сразу легла в постель. И когда, после полуночи, телефон позвонил еще раз, она уже крепко спала.

В двух километрах от дома Линды в своей постели рядом с Региной лежал Клаус и никак не мог уснуть. Он еще и еще раз прокручивал в голове свой план. План действительно гениален, но муки совести не оставляли Клауса. Никогда он не поступал так по отношению к друзьям. Даже в мыслях. Клаус вздрогнул и перевернулся на другой бок. В слабом свете он увидел жену, укрывшуюся до макушки одеялом. Черты ее лица расслаблены, она похожа на ребенка. Клаус подумал о прежних временах, когда укладывал своих детей по выходным в кроватку и подолгу просиживал рядом, пока они не угомонятся и не заснут. Тогда он не мог насмотреться на их радостные, счастливые даже во сне лица. Они были как маленькие ангелочки с пухлыми губками. Разум подсказывал ему еще в ту пору, что когда-нибудь все это останется только в воспоминаниях, но сердце не хотело прислушиваться к голосу разума, и чувства переполняли его.

11
{"b":"95584","o":1}