ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A
* * *

Около пяти часов вечера Гюнтера охватило неопределенное беспокойство. Он думал с нарастающей радостью о предстоящей ночи. Гюнтер забронировал номер в «Паласе» – отеле первого класса, с трехзвездочным рестораном. Отель находился не близко от Рёмерсфельда, поэтому там едва ли встретятся деловые знакомые, но и не так далеко, чтобы на обратном пути утратить хорошее настроение. Или лучше провести там вою ночь? Линда показалась ему вчера чертовски доступной и близкой, почти готовой исполнить все его желания. Гюнтер мысленно проигрывал ситуацию, но каждый раз останавливался, вспоминая о Марион. Если он не придет ночевать домой, то завтра она будет следовать за ним повсюду как фурия. Ему необходимо алиби. Что могло бы послужить причиной его внезапного исчезновения на всю ночь? И кто мог бы подтвердить это алиби? И каким образом он мог бы на основании этого алиби не назвать Марион место, где провел ночь?

Гюнтер направлялся с одного из объектов к себе в офис. Но никаких результатов эти размышления не дали. Кого бы из друзей-приятелей привлечь на помощь? Он подумал о Манфреде Бушельмейере. Но друг ли он ему? Что, кроме совместного членства в местном совете и информационных игр, связывает их?

Впрочем, Гюнтер всегда выигрывает. На подъезде к Рёмерсфельду скорость транспортного потока резко упала. Впереди Гюнтер увидел медленно движущийся трактор. Его водитель, похоже, не мог сместиться ближе к обочине или съехать на нее, поэтому никакой возможности обогнать трактор не было. А уж сделать это в веренице машин вообще невозможно. Гюнтер несколько раз попытался, но, поняв, что это бессмысленно, включил радио, желая хоть как-то отвлечься. Послушать новости и напоследок передачу о пробках на дорогах. Он прослушал только половину сообщений о пробках, и тут его прошиб пот.

На трассе А81 в направлении Штутгарта, перед населенным пунктом Зиндельфинген, движение застопорилось на протяжении двух километров.

Если сегодня ночью у него что-то застопорится, вот будет позор.

Гюнтер судорожно вспоминал, как это происходило у него последний раз с Марион. В день его рождения все еще было в порядке. Но этот орган весьма своенравен. Что, если он не захочет? Такого бесчестья Гюнтер не переживет. Но стоит ли чего-то опасаться? Он вообразил Линду обнаженной. Или в подвязках для чулок. «Эй, совсем недавно тебе достаточно было только подумать о том, как она после душа, еще не обсохнув, ждет тебя на балконе, и от этого ты приходил в неописуемое возбуждение. Хотя на балконе тебя никто не ждал. А теперь?» Гюнтер удрученно посмотрел на свой пах.

Ничего не произошло, разве что трактор наконец свернул на боковую дорогу. Вперед, транспорт снова двинулся!

Затем Гюнтер начал утешать себя: «Просто я еще не в настроении. Целый день на объекте, измученный, злой, у кого же в таком состоянии встанет? Но сегодня ночью все будет совсем иначе!»

Он проехал указатель на Рёмерсфельд. А если нет? Второе «я» не выпускает Гюнтера из плена сомнений. Может ли он проявить слабость?

Гюнтер схватил телефон и позвонил своему аптекарю. Но трубку сняла госпожа Матушек, которую он совсем не хотел бы посвящать в личную жизнь.

– Скажите, госпожа Матушек, ваш муж еще принимает?

– О чем идет речь?

Идиотизм!

– О, простите, похоже, я попал в зону неуверенного приема, видимо, связь вот-вот прервется, я перезвоню позже еще раз!

Гюнтер слегка потер трубку о брюки, постукал по колену, изображая помехи, потом отключил. Госпожа аптекарша вряд ли очень хорошо разбирается в мобильной связи, а уж тем более в зонах неуверенного приема радиосигнала. Если вообще имеет какое-то представление о радиосигналах.

Повесив трубку, Манфред начал радостно танцевать вокруг стола. Он сделал это! Теперь можно, наконец, спокойно заняться своими делами. Сначала он совершил обход супермаркета, чтобы психологически настроиться на работу, потом попросил секретаря принести ему кофе и рассказать какую-нибудь новую сплетню о жизни его подчиненных – таков особый метод работы Бушельмейера с людьми, – и сейчас, часом позже, он снова был в своем кабинете. Манфред бросил взгляд на стол, где скопились не просмотренные письма, факсы и статистические отчеты, и на секунду замер перед этой горой документов. Теперь у Манфреда остался один неразрешенный вопрос – его кредитоспособность. Речь идет о довольно срочном деле, это следует ясно дать понять ответственному исполнителю. Только он не знал, что думают о таких срочных делах представители банка. Аннемари Розер позвонила слишком поздно, так что сегодня ничего уже не получится. После четырех часов дня он сможет только получить выписку со своего счета, но это не продвинет его в решении дела.

Вздохнув, Манфред снова сел за стол, взял один из факсов и пробежал его глазами. Резюме. По факсу. Никаких вариантов. Но молодой человек, приславший это резюме, прав в одном. А именно в том, как обратился к нему, Манфреду, в своем послании: «Глубокоуважаемый господин Управляющий». Так и написано. И в этом парень, черт возьми, прав. Манфред – управляющий самого большого строительного супермаркета в Рёмерсфельде. Какой банк откажет ему в таком незначительном кредите?

Гюнтер уже в пятый раз объехал центральную часть города, стараясь найти место для парковки как можно ближе к аптеке и как можно скорее: время летит быстро. Ему следует так подойти к господину Матушеку, чтобы при этом не было его жены – не то, не дай Бог, подслушает, о чем они будут говорить. Звонок Гюнтера был весьма некстати. Ну, в крайнем случае, можно утверждать, что это был не он. Кто-то пошутил, подделав его голос. Может, кто-то из «зеленых», давно мечтающий превратить аптеку в магазин, торгующий мюсли.

Третий звонок принес Гюнтеру удачу: Арно Матушек сам подошел к телефону. Обмениваясь с ним дежурными любезностями, Гюнтер вдруг догадался, как вывести себя из-под огня.

– Господин Матушек, вы знаете, что у нашего обер-бургомистра скоро день рождения?

– Вот как? Скоро?

– Да. Мы придумали один не совсем обычный вариант усиления!

– Да, больше в направлении витаминов или…

– Секса, господин Матушек, больше в направлении секса!

На другом конце провода тишина. Или он опять попал в зону неуверенного приема? Гюнтер с тревогой посмотрел на дисплей телефона – нет, все нормально.

– Господин Матушек, вы понимаете меня?

– Это не… – Господину Матушеку, очевидно, такое никогда не приходило в голову, а может, его жена стоит сейчас рядом.

Гюнтер подъехал к тротуару и, остановившись, включил аварийную сигнализацию. Он опасался, как бы связь действительно не пропала.

– Знаете, для этого необходим рецепт.

– Пожалуйста, как сюрприз для бургомистра! Господин Матушек, прошу вас. Мы все серьезные инвесторы, мы соберем необходимую сумму за одну упаковку. Сколько она может стоить?

– 1100 марок за тридцать пилюль.

– Ну видите… – В этот момент Гюнтер заметил в заднее зеркало автомобиль дорожной полиции, который явно намеревался подъехать к нему и разобраться, почему его машина остановилась в неположенном месте. – …как высоко мы ценим нашего бургомистра! Позвольте мне зайти сейчас?

Гюнтер тронулся с места прежде, чем полицейская машина остановилась позади него, и кивнул стражам порядка, как бы извиняясь за то, что потревожил их. Полицейские, очевидно, совещались, стоит ли им реагировать на это нарушение. Гюнтер снова посмотрел в зеркало. Одного из полицейских он знал. Должен же тот понять, что бывают ситуации, когда необходимо на секунду остановиться.

– Да, здесь есть проблема, – услышал Гюнтер голос Матушека в телефонной трубке.

– И даже не одна!

Неужели он покажет ему сейчас красный жезл? Еще не хватало!

– Что вы имеете в виду?

– Ну, обер-бургомистр пожелал ко дню рождения виагру, а у нас сразу возникла проблема с рецептом. Если его жена узнает, представляете, как она расстроится? И все это может вылиться на вас.

31
{"b":"95584","o":1}