ЛитМир - Электронная Библиотека

Шуба прошла через прозрачную красавицу насквозь, подняв тучу пыли с действительно сто лет не метенного пола! Призрак словно распался, как распадается столб дыма. Сполз обратно – и отпрянул прочь.

– А ну пошла отсюда! – яростным свистящим шепотом выдохнула Инга и снова замахнулась шубой. Привидение отпрянуло и уже без всяких танцевальных па стремительно заскользило к дверям. Инга сорвалась с места и, размахивая шубой, помчалась в погоню.

– Сейчас ты у меня получишь! Я тебе покажу! – задыхаясь от бега, пыхтела она.

Казалось, призрак ее услышал – во всяком случае, полетел еще быстрее. Теперь он просто несся над полом, вытянувшись бесформенным клочком тумана. Со свистом миновал последние комнаты анфилады левого крыла замка и вырвался в центральный зал. Инга, вбежав следом, успела увидеть, как призрак нырнул в колеблющиеся на сквозняке полотнища развешенного белья. Затеряться надеется, наволочкой прикинуться!

Инга вломилась в мокрое белье, на ходу срывая и отбрасывая в стороны развешенные на веревках простыни и пододеяльники. Врешь, не уйдешь! Между бельем мелькнуло слабое голубоватое свечение… Ага! Она яростно отшвырнула в сторону очередной влажный пододеяльник… В глаза ей ударил мистический свет – и Инга изо всех сил навернула по нему шубой.

Шуба повисла на чем-то вполне материальном и не думавшем распадаться… Медленно сползла вниз…

Глазам Инги предстала могучая, как крейсер, Ганна с заткнутым за пояс широченной шерстяной юбки фонариком. Толстые ручищи тетки были уперты в бока, а ее пронзительный взгляд… Инге показалось, что два бура ввинтились ей в череп.

– И шо ж это ты з нашим бельишком такое робышь, а, молодая хозяйка? – В последнее слово было вложено столько глубочайшего презрения, что девочка попятилась. Она огляделась по сторонам, в слабом свете фонарика оценивая учиненный ею разгром. Половина выстиранного белья валялась на полу. Прямо на глазах с раскачивающейся веревки соскользнула наволочка, медленно спланировав на каменные плиты. Лицо Ганны окаменело.

– Я не… – залепетала Инга. – Я просто… – Она осеклась. Рассказать, как она гналась за призраком, который затаился между развешенными в замковом зале постирушками?

– А ты его стирала? – тихо сказала Ганна и, подхватив с пола первую попавшуюся простыню, сунула Инге под нос, одновременно выхватывая из-за спины здоровенную, как булава… скалку.

Инга кинулась прочь.

– Стой! – рявкнула вслед Ганна.

Девочка почувствовала, как ее ухватили за свитер, рванулась что есть сил… Шерсть затрещала, свитер выскользнул! Свет фонарика метался, ловя лучом убегающую девчонку, – Ганна пустилась в погоню.

Шуба в руках мешала бежать. Инга слепо швырнула ее назад. Видно, удачно, сзади послышался шум, что-то упало, и, кажется, содрогнулся весь замок. Свет от фонаря дернулся и пропал, потом раздались сдавленные ругательства. Инга прибавила ходу. Едва не зацепив макушкой низкий каменный свод, она влетела под арку… с разбегу всем телом шарахнулась о стену, взвыв от боли.

Луч фонарика уперся прямо в нее, высвечивая низкую каменную нишу, в которой очутилась девочка.

– Попалась! – взревела Ганна. Пригнув голову, как разъяренный носорог, вооруженная скалкой тетка ринулась на Ингу.

Девчонка сдавленно пискнула, представив, как сейчас Ганна всей массой вдавит ее в камни, расплющит, раскатает своей скалкой, оставив одно мокрое место…

Чьи-то пальцы сомкнулись на Ингином запястье, ее дернуло и уволокло прямо в стенку.

Глава IV. Осажденные под звездами, или Сорванная башня

– Не ори! – предупредил знакомый мальчишеский голос с четким немецким акцентом. Ее дернули вперед и вверх, она больно ушибла ногу о каменный выступ и сдавленно охнула. – Быстрее! – волоча Ингу за собой, командовал парень. – Да поднимай ты ноги, здесь ступеньки!

– Раньше нельзя было сказать? – сквозь стиснутые зубы простонала Инга, которая и сама уже сообразила, что под ногами у нее ступеньки, – после того как в третий раз приложилась о каменный край!

– Шевелись! Здесь винтовая лестница, узкая, Ганна не пролезет!

В этот момент прямо у ног Инги вспыхнул серебристый круг света, выскочила красная лопатообразная ручища и со скоростью атакующей змеи метнулась к девочке. Инга взвизгнула. Мальчишка рванул ее вверх, едва не выдернув ей руку из плеча, она упала на ступеньки, больно ударившись спиной. Здоровенные пальцы сомкнулись, так и не дотянувшись пары сантиметров до щиколотки Инги. Великанская лапа разочарованно втянулась назад. Вслед затем в узкий проем втиснулись голова и плечи Ганны. Тетка рванулась изо всех сил, пытаясь дотянутся до девчонки – Инга отчаянно заскребла подошвами по ступенькам, забираясь повыше. На широком лице великанши проступило разочарование. Она рванулась еще раз, пошевелила плечами, словно рассчитывала раздвинуть слишком узкий для нее каменный коридор, дернулась снова и, наконец, поняв бесполезность попыток прорваться на узкую винтовую лестницу, грозно потребовала:

– А ну спускайся, скаженый хлопчисько! И хозяйку новоявленную с собой волоки!

– Спустимся обязательно! – невозмутимо сообщил мальчишка. Полулежащая на ступеньках Инга задрала голову. Освещенный слабым отсветом фонарика, высокий светловолосый парень казался сейчас еще более симпатичным – и более самоуверенным. – Вы сперва успокойтесь, тетя Ганна! Отдышитесь, чайку попейте… С вашей массой так бегать нельзя – для сердца вредно и каменюки из стен вываливаются!

– Ах ты ж нахальное чортеня! – Теткина физиономия исчезла, а вместо нее внизу винтовой лестницы появилась рука со скалкой – видно, одновременно они в проходе не помещались. – Да я тебе все ребра пересчитаю! – скалка многозначительно погрозила мальчишке. – И бабке твоей все расскажу!

– Особенно про ребра, – немедленно согласился мальчишка.

Внизу сдавленно хрюкнули, и скалка исчезла – похоже, Ганна вдруг резко передумала проводить с ее помощью подсчет ребер. Не дожидаясь, пока тетка сообразит, что ответить, мальчишка вытащил из кармана фонарик, включил и уставился на сидящую у его ног Ингу.

– Тебе удобно? Я смотрю, ты вставать не торопишься… – ехидно поинтересовался он.

Инга моментально почувствовала, какие твердые и холодные под ней ступеньки, как болят все мышцы… Опираясь на стену, она торопливо поднялась. Мог бы, между прочим, и руку подать!

Руки подавать мальчишка не стал. Наоборот, повернулся к ней спиной и, подсвечивая фонариком ступеньки, двинулся наверх.

– Придется подняться и сидеть там, пока Ганне караулить не надоест… – Поворот винтовой лестницы немедленно скрыл его от глаз Инги, оставив только голос, глухим эхом отдающийся между узких каменных стен. – Ты чего там застряла? Или как Ганна – не помещаешься?

Инга возмутилась – у нее всего-то два… ну три… ну ладно, ладно, пять кило лишних! Правда, эти пять кило не удается согнать никакими диетами. Они во что бы то ни стало хотят быть частью мыслящего существа… Опираясь о каменные стены, между которыми, как штопор, закручивалась винтовая лестница, девочка упорно лезла вверх по высоченным ступенькам. Нормально она помещается, нечего выдумывать! Она едва не уперлась лбом в пятки поднимающегося впереди мальчишки.

– Они все вообще-то не злые, – словно почувствовав ее прикосновение, бросил он через плечо, – просто, знаешь, как тут стирать тяжело, особенно зимой? Пока из этого проклятого колодца воды натаскаешь, пока ее нагреешь… Ты зачем их простыни разбросала?

– Случайно получилось… – пробормотала Инга, лихорадочно соображая, рассказывать про танцующее привидение или нет, и не придя ни к какому решению, невпопад спросила: – А кто твоя бабушка?

– А, ведьма местная, – небрежно отмахнулся мальчишка.

Инга споткнулась на очередной ступеньке.

Сверху долетел порыв свежего, остро пахнущего морозом и снегом воздуха. Вместе с ним до Инги донеслись четко, хотя и тихо произнесенные слова:

– Приехали… Все трое… не подозревают… поторапливайтесь…

6
{"b":"95586","o":1}