ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Дрожа от холода, Джейн подошла к зеркалу и окинула критическим взглядом свое обнаженное тело. По крайней мере, ноги у нее вполне приличные; правда, грудь слишком маленькая, талия могла бы быть и потоньше, а на животе уже заметен лишний жир. Да и излишне пухлые руки тоже не добавляют ей изящества. С другой стороны, Ник никогда не говорил, что хотел бы видеть Джейн более стройной. Впрочем, он вообще никогда не говорил, какой хотел бы ее видеть.

Завернувшись в халат Ника от Ральфа Лорена, Джейн направилась в кухню. Ей сразу же бросилось в глаза: с Ником что-то случилось. Она украдкой заглянула поверх развернутой газеты, которую он держал в руках. Ну да, судя по всему, зайдя в ванную, Ник включил воду, а сам принялся выдавливать непокорный прыщ над бровью. От его усилий осталась красная круглая ранка, придававшая ему такой вид, будто ему попала пуля в лоб. Можно себе представить, как было задето самолюбие Ника!

– Я бы на твоем месте помазала ранку зубной пастой, – желая помочь, предложила Джейн. – Это ее подсушит. Так поступают все супермодели.

Неодобрительно фыркнув, Ник продолжил изучение передовицы «Телеграф».

– Не сомневаюсь, что ты в этом прекрасно разбираешься, – язвительно заметил он.

Пожав плечами, Джейн развернула «Сан». На внутреннем развороте был помещен снимок разъяренных, всклокоченных защитников окружающей среды, протестовавших против строительства новой магистрали. Они обступили со всех сторон высокого, довольно элегантного мужчину, в котором Джейн узнала министра транспорта Джеймса Моррисона.

Но ее внимание привлек не он. Внешность человека, стоявшего ближе всех к Моррисону, показалась Джейн очень знакомой. Высокие скулы, забавный приплюснутый носик – этот парень был чрезвычайно похож на Пирса, брата Тэлли. У него были те же самые тонкие губы и огромные, с опущенными уголками век скошенные вниз глаза, которые, как это свойственно представителям потомственной аристократии, казалось, готовы были вот-вот скатиться вниз по щекам. Сходство было просто поразительным. Джейн отметила, что это очередной раз подтверждает ее любимую теорию о том, что на самом деле в мире существует не так уж много различных типов лица. Иначе быть не может, раз этот взъерошенный задиристый борец за чистоту природы так похож на примерного ученика, сидящего сейчас в часовне итонской привилегированной школы, прилизанного и одетого с иголочки.

– Проклятые болтуны! – воскликнул Ник, замечая, как долго Джейн разглядывала одну страницу. – Спятившие от наркотиков хиппи! Нахлебники на шее государства! Слишком поглощены тем, что пакостят всем вокруг, чтобы заниматься полезным делом!

Джейн поняла, что сейчас с ним лучше не спорить. Очевидно, министр транспорта был недоволен тем, как освещалась в прессе деятельность его ведомства. Джейн поспешно перевернула страницу.

И застыла, увидев огромную цветную фотографию роскошной блондинки. Ее губы были словно накачаны воздухом, ложбинка на груди казалась глубоким ущельем, широкая и уверенная улыбка резко контрастировала с куском ткани, выполнявшим роль платья, – и на фоне всего этого как-то совершенно терялся довольно симпатичный, но какой-то невыразительный молодой мужчина, уставившийся в объектив отсутствующим взглядом.

«Пенистое шампанское!» – кричал заголовок. «Светская красавица Шампань Ди-Вайн[2] в баре «Мет» вместе со своим кавалером, наследником многомиллиардного состояния достопочтенным Стретчем фон-унд-цу-Дошем», – поясняла подпись под снимком.

– О господи, опять эта самодовольная шлюха! – воскликнул Ник, заглянувший Джейн через плечо и нашедший новую мишень для своего гнева. Он отхлебнул остывший чай из кружки с изображением здания парламента. – Куда ни глянь, всюду она, – с отвращением фыркнул он. – И почему у нее такое идиотское имя, черт побери?

– Наверное, она была зачата после того, как ее родители распили бутылку шампанского, – сказала Джейн, вспоминая, что где-то уже читала об этом.

Казалось, Ник должен был бы поблагодарить ее за исчерпывающий ответ, он вместо этого полоснул Джейн острым, как бритва, уничтожающим взглядом. Она смутилась.

– Господи! И как только вся эта чушь держится в твоей голове! – с издевкой заметил Ник.

Джейн вспыхнула. Он был прав. У нее действительно прямо-таки пугающая способность запоминать огромные объемы совершенно бесполезной информации. Вопреки здравому смыслу, она помнила наизусть слова рок-песни «Богемская рапсодия» и могла перечислить всех героев фильма «Безумные гонки», но уже не раз забывала номер своего собственного телефона.

– Хорошо, что ее родители не пили «Ньюкаслское темное», – презрительно усмехнулся Ник. – Или, еще хуже, «Хорликс». И все равно не понимаю, почему по ней все с ума сходят?

Джейн снова посмотрела на безупречное тело Шампань Ди-Вайн, на восхитительные изгибы ее тела, умело подчеркнутые практически не существующим платьем. Светская красавица была без лифчика. Ее грудь, бросавшая вызов силе земного притяжения, казалось, не требовала дополнительной поддержки, помимо собственного изобилия.

– Ума не приложу, – ответила Джейн, но в ее небрежном тоне сквозила издевка.

– Но какая-то причина должна быть, – настаивал Ник, пропустив ее насмешку мимо ушей.

Джейн изумленно посмотрела на него. Неужели он действительно ничего не видит? А может быть, все дело в том, что у Шампань Ди-Вайн грудь напоминает скалистые горы, рассеченные надвое большим каньоном, в то время как ей самой похвастать нечем, и именно поэтому она без труда определила, в чем секрет привлекательности красавицы?

– У нее потрясающие груди, – сказала наконец Джейн. – И она фантастически шикарна. Смертельное сочетание, ты не находишь?

– Ну, тебе лучше знать, – ехидно заметил Ник. – Разодетые пустоголовые знаменитости – это по твоей части. Журналистика с большой буквы.

Джейн поморщилась. И что с того, что пока особыми успехами она похвастаться не может? Работу в иллюстрированном журнале о светской жизни вряд ли можно назвать идеалом общественно полезного труда, но нашлось бы немало журналистов, кто за такое место пошел бы на убийство. Вся беда заключалась в том, что после шести месяцев в редакции журнала «Блеск» Джейн самой хотелось наложить на себя руки. Она уже была сыта по горло глубокими изысканиями в области гастрономических предпочтений и любимых развлечений богатых знаменитостей.

3
{"b":"95599","o":1}