ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Как перевоспитать герцога
История мира в 6 бокалах
Любовь понарошку, или Райд Эллэ против!
О тирании. 20 уроков XX века
Царский витязь. Том 1
Сломленные ангелы
Прекрасный подонок
Маленькая жизнь
7 красных линий (сборник)

– Да что вы, мисс Равена, вид у вас прямо сногсшибательный. Может, только слегка надвинуть ее на лоб, чтобы волосы сзади было лучше видно.

– А ну-ка, дай мне ножницы. Сейчас срежу эти завитки, мешают только.

У Розы от ужаса округлились глаза.

– А что скажет герцогиня?

Равена подмигнула ее отражению в зеркале:

– Скажем, что это последняя парижская мода.

Потом она зашла в столовую попрощаться с матерью.

– Мы сговорились с Роджером встретиться прямо в конюшне. Так будет быстрее, а то ведь до Лох-Дерг путь не короток. Пообедаем где-нибудь на постоялом дворе.

– Будь осторожна, дорогая.

Это было напутствие-предостережение, и пришлось оно, надо признать, к месту. Знак. У Равены возникло какое-то сладостно-болезненное предчувствие. Так бьет копытом кобылица, когда до бури еще ох как далеко. Натянута как струна. От нетерпения вся дрожит. Дерзкий порыв, словно сам черт не брат.

Будь осторожна…

В деннике она велела груму по имени Шейн оседлать Апача – чалого жеребчика, привезенного ей отцом с западного побережья Соединенных Штатов два года назад. Теперь он вырос и стал весьма своенравным.

Шейн, малый с невыразительным лицом, некогда выступавший на ринге, с сомнением покачал головой:

– Знаете, мисс Равена, что-то Апач в последнее время почти ничего не ест. Вообще-то с ним такое бывает – очередной приступ дурного настроения. Но может, лучше…

– Ладно, справлюсь как-нибудь. Делай что велено, – прервала его Равена.

Шейн обиженно посмотрел на нее. Обычно она с ним так резко не разговаривала.

– Слушаю, мисс.

Равена увидела его еще издали, на гребне холма, на расстоянии примерно в полмили. Вокруг – сверкающий изумруд травы, колышущейся, как морская волна.

При его приближении Равена сдвинула брови. Когда расстояние сократилось до сотни ярдов, сомнений не осталось: это не Роджер, а Брайен! Раньше могла бы догадаться. Ведь Роджер всегда при полном параде – узкие бриджи, сапоги со шпорами, хлыст, шляпа с высокой тульей. А на этом только бриджи, остальное – с бору по сосенке: форменные кепи и башмаки, мятая белая рубашка с высоко закатанными рукавами, открывавшими мускулистые предплечья.

– Вижу, удивлена, – хмыкнул Брайен, соскакивая на землю.

– Не то слово. А где Роджер?

– Не поверишь, но мой дорогой братец попросил заменить его, чтобы не отменять поездку.

– Ты совершенно прав, я тебе не верю.

– Тем не менее так оно и есть. Видишь ли, Роджер не из тех, кто ради какой-то там конной прогулки пренебрежет долгом. Впрочем, тебе это известно лучше моего. – Брайен насмешливо скривил губы. – Дорогая моя будущая золовка.

– Не надо решать за меня, – насупилась Равена. – Спасибо, конечно, за то, что столь благородно согласился заместить Роджера, но, право, в этом нет никакой необходимости. Мы с ним как-нибудь в другой раз покатаемся – когда у него не будет никаких «долгов». – Вообще-то Равена не собиралась иронизировать по этому поводу – просто так получилось.

– А разве тебе не интересно узнать, что это за долг? – с тем же сарказмом спросил Брайен.

– Ну почему же, интересно.

– Он отправился вместе с самозваными блюстителями порядка в погоню за беднягой селянином, укравшим свинью у сквайра Бентли. Ружья, веревка – словом, все, что нужно для гнусного представления, при них. – Брайен презрительно скривился.

Равена попыталась не выдать своих чувств. Подумать только – псовая охота, только не на лис, а на человека, для него важнее, чем прогулка с нею!

Грум подвел оседланного чалого.

– Все готово, мисс Равена.

Она оглядела Апача, потом неуверенно перевела взгляд на Брайена.

– Поехали, – сказал он. – Не робей. Ты ведь и оделась специально. И конь копытом бьет. Какой красавец, однако. По-моему, я его раньше не видел.

– Мисс сегодня впервые выезжает на нем. – Шейн многозначительно посмотрел на Брайена. – А лошадка-то норовистая.

– Ну и умница, смелости тебе не занимать, – к удивлению Равены, сказал Брайен. – Если кто и может укротить этого молодца, так это только ты, радость моя.

В этот миг Равена почувствовала такой прилив тепла и признательности Брайену, какой до этого испытывала лишь однажды – когда давали бал в резиденции вице-короля и она вся в слезах бежала от Брайена и Дана О’Коннела.

В тот вечер, когда бал уже кончился, Брайен отыскал ее где-то в самом углу гардеробной.

– Убирайся отсюда и оставь меня в покое! – прорыдала она, закрывая лицо руками.

– Все нормально, – почти ласково откликнулся Брайен. – Когда Дан О’Коннел выйдет на трибуну парламента и скажет то же самое, что сказал сегодня, многие заплачут. Это будет стон по Ирландии. – С этими словами он повернулся и вышел.

– Ну что, едем? – Его голос оторвал Равену от воспоминаний.

– Поехали. – Она бодро улыбнулась ему. Шейн поддержал стремя и помог ей взобраться на дорогое, отороченное по краям серебряной каймой дамское седло. Взяв вожжи в руки, Равена пришпорила лошадь, и они медленно двинулись вперед.

Когда Брайен впервые показал ей своего жеребца, она удивленно спросила:

– А почему ты назвал его Рыжим? Ведь он черный как смоль.

Брайен ухмыльнулся и потрепал лошадь по шее.

– Он не против, можешь мне поверить. Его тезка был благороднейшим из ирландских дворян.

Только тут до Равены дошло: Большой Рыжий О’Нил.

– Апач, смотрю, такой же крупный и сильный, как мой Рыжий, – заметил Брайен. – Интересно, в скорости он с ним потягается?

– Побьет, – уверенно заявила Равена.

– Пари?

– Да, но только не в этом костюме. Если бы знала, что предстоят скачки, надела бы брюки Шина.

Ее братья, Шин и Кевин, учились в Оксфорде: один – еще студент-медик, другой, которому уже исполнился двадцать один, работал над докторской. В последние два года каникулы они проводили за границей, так что Равена видела братьев только на Рождество.

– Разве ты катаешься в брюках? – удивленно поднял брови Брайен.

– Бывает. Когда собираюсь галопировать, надеваю под юбку брюки вместо панталон. А отъехав подальше от дома, юбку скидываю – и вперед.

Сделав это заявление, Равена с удивлением подумала, что с Роджером никогда бы так откровенничать не стала. Это оскорбило бы его чувство приличия и разрушило образ девушки, воспитанной в традициях чести и благонравия.

– Здорово, – рассмеялся Брайен, вроде догадываясь, о чем она думает. – Даю слово, от меня об этом никто не узнает.

– Да уж пожалуйста. А то мама с ума сойдет. Не говоря уж о твоей матери.

Тереза де Молен была маленькая хрупкая женщина с огромными глазами, слегка выпученными от увеличенной щитовидки. Казалось, она в любой момент готова удариться в истерику. Жизнь представлялась ей цепью следующих одна за другой ловушек.

– Сейчас у дорогой мамочки очередной пунктик, – расхохотался Брайен. – Она всякую ночь заглядывает под кровать в поисках ленточников и Молли Мэгваэров.

– Может, у нее есть для этого основания. Отец говорит, что эти бандиты в последнее время совсем распоясались.

– Да? – Брайен резко оборвал разговор и вгляделся вперед. Равена посматривала на его поджарую фигуру, поднимающуюся и опускающуюся в такт движениям лошади, с которой она как будто полностью слилась. Точная копия Роджера – только негатив. Те же зеленые глаза, такие же морщинки. Как говорится, из одного куска материи сшиты.

И в то же время вряд ли найдешь братьев, которые были бы так же не похожи друг на друга, как эти двое! Брайен повернул голову и неожиданно спросил:

– А тебе известно, что в Ирландии нет точки, которая удалена от моря больше чем на семьдесят миль?

– Никогда не задумывалась об этом.

– Жизнь здесь – что на пустынном острове. Да-да, именно на пустынном острове. Моряки, потерпевшие кораблекрушение, – вот кто мы такие.

– Ну, о себе я этого не скажу. Я даже до английского берега добраться не успеваю, как морская болезнь начинается.

7
{"b":"95600","o":1}