ЛитМир - Электронная Библиотека

– Слушай, а чего я тут с тобой время трачу, если у тебя ничего нет? Шла бы ты к своему Валере, раз у вас на троих теперь трехкомнатная квартира.

– А у нас с тобой сын, ты забыл? И у тебя есть шикарный загородный дом.

– Но у тебя нет ничего, ведь квартира у вас общая!

– У меня есть наш сын.

– Так забирай его и дуй к своему хозяину квартиры!

– Как, знаешь! Валера отец ребенка, а не ты, Егор Сергеевич! Как бы он мог быть твоим ребенком, если мы с тобой познакомились через твой аппетит, к грудному молоку? – сказала она, покормив грудью, проснувшегося в коляске малыша и вышла на улицу.

Темнело, тополиный пух притаился среди травы, Марго с помощью случайного помощника, поставила коляску с малышом в автобус и поехала домой.

Валера с Родькой сидели в креслах, рядом с мраморным столом и пили пиво.

– Валера, вон она, приехала, – вскричал Родька и пошел в соседнюю квартиру.

Валера поцеловал Марго. Жизнь есть жизнь. Невостребованная любовь Валеры требовала выхода. Ребенок спал. Пришлось ей второй раз за вечер выполнить супружеский долг. Долг есть долг.

Егор Сергеевич, послав подальше бедную Марго, помня о том, что богатым он стал из-за одной богатой женщины, решил приумножить свое богатство за счет новой, состоятельной женщины, и прямо скажем еще молодой. В своем районе города он знал всех, благополучных дам, к ним относилась и Анфиса. Он решил взять ее для себя даром. Он привел себя в порядок, посетил все салоны красоты, даже мышцы покачал и явился с букетом в кабинет директора антикварного салона, известного в своем городе, благодаря ее находчивости.

Анфиса сидела в своем кабинете и просматривала наброски Прохора Степановича, мельком посмотрев на Егора Сергеевича, она сказала ему, что есть предположение, что в одном из соседних городов найдена еще одна реликвия прошлого с Янтарем.

Кто бы сомневался, – подумал Егор Сергеевич, а вслух сказал:

– Дорогая Анфиса спасибо вам за участие в создание музея, примите мой скромный букет, – и поднес мне великолепный, многоярусный букет цветов, – у меня есть предложение: посетите мою скромную дачу, посмотрите музей в действие, через неделю.

– Егор Сергеевич, возражений нет, заезжайте через неделю, если не забудете о своих словах.

Лариса за месяц отмыла все помещения дома Егора Сергеевича, последней комнатой был местный музей, ключи от которого она получила в последнюю очередь. В комнате, за вишневыми портьерами ей было немного жутко, казалось, что предметы старины были живыми, они светились, подмигивали Янтарем. Она, дрожа всем телом, протирала загадочную мебель, утыканную темными камешками, и с величайшим наслаждением закрыла дверь этой комнаты; радуясь, что срок ее работы на даче подошел к концу. Она получила расчет.

Кирилл Николаевич, уезжающий одновременно с ней, подвез ее до дома, а сам поехал в гостиницу, не заглянув в свою квартиру.

На следующий день на дачу приехали Егор Сергеевич и Анфиса, кроме них там был повар и охранник. Она отметила чистоту, царившую везде в этом современном доме.

В отличие от Марго, она не была аморфной дамой, и настояла на первоочередном визите в музей. В комнате, с закрытыми ставнями, с плотными, бархатными портьерами вишневого цвета, пришлось включить свет. Мебель была, ей вся знакома, она отметила, что размеры комнаты позволяют добавлять в нее предметы, это ее больше всего интересовало.

– Егор Сергеевич, все хорошо, но стены современные, и портят интерьер и общее впечатление, не лучше ли сделать стены из деревянных панелей, выполненных под старину, и еще, нельзя ли добавить маленькую комнату к музею и собирать две коллекции отдельно: столовую, спальню.

– Анфиса, как вы глобально мыслите! Я с вами согласен, но сейчас у меня на это нет свободных средств, хотя в скором времени они будут непременно.

– Ладно, отделка стен помещений музея, за мой счет, надеюсь, еще одну комнату вы сюда добавите.

Егор Сергеевич мысленно обрадовался, правильной дорогой шли его мысли, видимо ей он очень понравился; он подумал, что за букет цветов он купил деревянные панели в двух комнатах. Хороший план!

Кирилл Николаевич после посещения музея Егора Сергеевича, в последний день на даче, не мог больше работать в своем гранатовом кабинете, ему все казалось, что он сидит в музеи, чтобы избавиться от назойливой мысли, он позвонил:

– Егор, привет, это я; слушай, хочу отдать в твой музей свой Гранатовый кабинет.

Егор Сергеевич, чуть присвистнул и ответил:

– Беру, не гладя, если он от Анфисы.

– От нее.

Егор Сергеевич позвонил:

– Анфиса, мне Кирилл Николаевич предлагает Гранатовый кабинет в музей, хочу под музей выделить четыре комнаты, надо подумать над названиями и над оформлением.

– Егор Сергеевич, над этим думать может один человек – Марго, а результат она покажет мне, потом мы его тебе предъявим. Договорились? Она знает планировку твоего дома, ехать ей к тебе не обязательно.

У Егора Сергеевича возникло ощущение, что его за уши отодрали, как маленького, но и подарки он стал получать весьма весомые.

Ларисе, для Инны, Кирилл Николаевич предложил маленькую, породистую собачку. Она взяла ее на руки, и больше никому не отдавала, живая игрушка ее вполне устроила.

Лариса сказала Кириллу Николаевичу, что, судя по всему, у них будет ребенок.

– Лариса, быть не может! Мне сорок лет! Детей нет! А если это ребенок Прохора Степановича?

– А мне всего тридцать лет, и Прохора Степановича в моей жизни нет уже два года, он только иногда передает деньги для Инны.

– Что делать будешь?

– И ты спрашиваешь? Я оставляю ребенка, а ты поможешь мне хотя бы пару первых лет с малышом, дальше я сама проживу.

– О, чем речь! Помогу, чем могу! Я теперь сто процентный мужчина!

Кирилл Николаевич тут же сообщил эту новость – своей жене Эмме, та, странное дело, без тени ревности, сказала, что ребенку надо помочь родиться и взять его потом себе. Эту новость от своей жены, Кирилл пересказал любовнице Ларисе, та ответила весьма неожиданно:

– Ребенка кормить грудью буду я, первый год он будет со мной, а вы с ним можете гулять, а дальше будет видно. Дело в том, что я боюсь, рака груди, а у женщин, кормивших детей грудью, его практически не бывает, я такое где-то слышала.

– Договорились, береги себя, будем вместе воспитывать нашего ребенка, кстати, для сестры своего ребенка я буду перечислять некую сумму денег с сегодняшнего дня.

Лариса такого счастья и не ожидала. Прохор Степанович, услышав от бывшей жены сенсационную новость, ухом не повел, а только подумал, как хорошо, что он к ней на дачу в машине Егора Сергеевича не поехал, а то бы ребенка ему приписали.

Лариса решила заставить Инну сделать селедку под шубой, но та сделала вид, что не услышала, через сутки мать повторила задачу.

Дочь разревелась, разрыдалась, в ответ услышала вопли матери, перечисляющей ей наказания. Девочка поняла, что лучше пойти и сделать треклятую селедку под шубой.

Она еще раз спросила, что надо для этого сварить и сколько. В большую кастрюлю она налила воды, положила в нее много, вымытой свеклы, немного моркови и картофеля. В другую кастрюлю, меньшего размера, она насыпала соли, налила воды, положила яйца. Дальше, самое сложное, разделать селедку, удалив из нее все косточки.

Мать показала, как надо разделывать селедку, всем нравиться разрывать ее на две части, за хвост, тогда все основные косточки скелета сами выходят из селедки. А дальше начинается мука с маленькими косточками, а потом надо разложить мелкие кусочки селедки на блюдо, и постепенно покрывать селедку шубой, состоящую из тертых овощей, яиц, майонеза…

В гости к ним, на фирменное блюдо, пришел Кирилл Николаевич, они ему немного обрадовались, видя в его руках вкусные продукты. Стол получился праздничным, но настроение в целом было такое, словно приспустили флаг на корабле. Мужчина был озадачен тем, что ему поспешно пришлось развестись с Эммой.

28
{"b":"95605","o":1}