ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ваше время вышло, с вас причитается доплата.

– За, что? За эту мебель, которая падает?

– А здесь разве, что упало? – спросила женщина в белом переднике, то есть горничная.

Лиана и Валера оглянулись вокруг себя, все стояло на своих местах, а часы безвинно показывали, что прошло два часа, так и время на лодке проходит, надо доплачивать за номер. Они наскребли денег еще на час, и вышли на улицу. Лиана пришла к Валере. Он лежал на железной кровати, на большой подушке.

– Все, вы свободны, – строго сказал Валера, проработав неделю преподавателем, он изменил свою речь.

– Что ж так официально? – обиделась Лиана, – лучше идемте, погуляем.

– Неудобно, ученики увидят, засмеют.

– Вы изменились за неделю!

– А вам, чтобы хотелось? Вы живете в трехэтажном дворце, а я в этой лачуге без удобств! Однажды я уже жил в охотничьем домике, потом оказалось, что это был домик целительницы, а сейчас я живу, говорить не хочется, – он махнул рукой и отвернулся к крошечному окну.

– Да, вам здесь плохо, я жила на вашем месте, на вашей кровати, но нашлись люди – перевели меня в санаторий, потом во дворец.

– Принца встретили?

– Неважно, не знаю, чем я вам могу помочь? Сдать вам комнату в своем дворце?

– Денег у меня нет на комнаты во дворцах.

– Уезжайте домой.

– Не могу.

– Почему?

– Я человека убил, любовника моей второй жены, об этом там знают, а я здесь скрываюсь от правосудия.

– Мне, матери своей первой жены, зачем говорите такие страсти?

– Чтобы вопросов не задавали, кто я, что я и почему без денег.

– Вам надо искупить свой грех!

– Я год жил в тайге и сейчас в бегах, я уже готов пойти и сдаться. Зверем жить надоело.

Лиана, удивленно смотрела на него. Валера неожиданно потерял сознание. Она подошла к нему, потрогала его лоб. Он был холодный. Признаков жизни в его теле не было. Пульса не было. Лиана закричал истошным голосом, на крик прибежала хозяйка, Лидия Ивановна:

– Что случилась? Что с ним?

– Не знаю, лежал, потерял сознание, умер.

– Типун тебе на язык! Давай, делай мужику искусственное дыхание! – и вышла из домика.

Лиана тронула его руку, пульс появился, она нажала двумя руками на грудную клетку, но и визуально было видно, что Валера оживал.

– Я жив?

– Жив.

– Что было?

– Не знаю, отключился, как лампочка и включился.

– Ты кто?

– Лиана.

– Ты не медсестра?

– Нет.

– А я, что здесь делаю?

– Живешь.

– Я тут живу? А я кто?

– Валера, преподаватель технического колледжа.

– Правда? Вроде я был инженером. Тебя не знаю. Что это за дом?

– Вы сказали, что убили любовника жены и потеряли сознание.

– Я никого не убивал, я только институт окончил. Я хороший мальчик.

– Бред, но не пойму где?

– Как?

– Что? – Лиана засмеялась, сквозь стянутые от напряжения скулы, – что будем делать?

– Надо что-то делать? Мне трудно, я какой-то весь чужой и тяжелый.

– Надо все забыть, иначе вы в себя не придете. Вы чем убили человека?

– Не помню, чтобы я кого-то убивал.

– Каким оружием вы владеете?

– Холодным.

– А это, что такое?

– Складной нож.

– Как же вы им убили?

– Песок не убивают!

– Почему песок?

– Потому, что я кидаю ножи в песок или в дерево.

– И случайно метнули в человека?

– Нет, в человека нет, не бросал нож.

– А, что бросили?

– Снежки.

– Снежком убили?

– Вы понимаете, что спрашиваете?

Лиана поняла, что его мозг прячет ненужные знания глубоко и надежно, и он пытается взять, таким образом, свои слова назад.

– Здесь снег бывает в феврале, – задумчиво сказала Лиана.

– Что сейчас февраль?

– Нет, сентябрь.

– А снег, откуда взялся?

– Снега нет! – воскликнула Лиана, и вышла из комнаты, в спину ей летел нож, но он вонзился в косяк.

Она посмотрела на вибрирующий в косяке нож и выбежала за калитку маленькой усадьбы. Объяснять ей больше ничего не надо было. Она все поняла, но страха не было, она быстро села в свою машину; резко нажав на газ, и уехала.

Валера встал, вынул нож из косяка, сложил его, засунул в карман. Взял деньги, паспорт, вышел во двор, улыбнулся хозяйке, и вышел за калитку. Теперь он точно решил поехать в тайгу, к целительнице. Он сел на попутную, большую машину, но приехал не в тайгу, а к своему дому, заставив ножом изменить маршрут шофера газели.

У его дома стояла Марго, смотрела на Самсона Сергеевича, а сын играл в песочнице.

Валера скрипнул зубами, но из машины выходить не стал, он вспомнил о даче Самсона.

Однажды он был на этой даче, когда Марго искал. Сейчас он ехал на дачу без единой мысли. Он не знал, как открыть ворота для машины, а попросил поставить машину рядом с забором, с кабины он перемахнул через забор. Дача была пуста. Он здесь и остался. Валера обходил дачу братьев, повезло ему сразу, в помещении охранника он обнаружил вязанку ключей, которую бросила, уезжая, Лариса Ивановна, ему оставалось найти, куда какой ключ подходит. Больше всего его интересовала столовая, и ее запасы. Поскольку народ сбежал с дачи внезапно, то продукты в наличии имелись. Он открывал все двери, открыл и музей. Он не ожидал увидеть дощечки, привезенные им самим из тайги. Но они замечательно украшали мебельный гарнитур, и так слились с основной массой дерева, что переход был практически не заметен.

Ему вообще понравилось сидеть в музее, к которому он приложил свою руку, ничего мистического он здесь не наблюдал. Одно плохо, поговорить не с кем, и еще ему очень надоело скрываться.

Валера включил телевизор и долго не открывал глаз от экрана, он смотрел на то, как делают пластические операции. Валера уже нашел способ открывать ворота дачи.

Он нашел деньги на пластическую операцию, осталось продать мебель из музея, и на эти деньги изменить свою внешность. Он не стал много думать по этому поводу, а позвонил прямо в медицинский центр и предложил оплату антикварной мебелью. Там посмеялись, но нашелся хирург, который согласился сделать операцию за необычную плату, и даже сам взял машину и приехал на дачу за мебелью и пациентом. Валера закрыл все двери, а ключи взял с собой, на всякий случай.

В больнице он познакомился с отцветающим хоккеистом, того качественно ударили клюшкой по лицу, когда тот не надел маску на тренировке, в результате был вынужден делать пластическую операцию. Этот же хоккеист, был не против, приобрести гарнитур мебели, с мистическим уклоном. Валера ему все уши прожужжал о новом комплекте мебели, который пока в работе. Покупателя он нашел, и после выписки, с новой внешностью попросил хоккеиста замолвить в нужном месте за него слово и Валера в результате получил новый паспорт. По его версии, его избили, ограбили, но он клялся и божился, что назвал свои личные данные при получении нового документа.

Итак, он стал другим человеком, голос у него еще до этого изменился, а теперь он был неузнаваем, даже для себя.

Что делать дальше Валера не придумал, и поэтому поехал на дачу. Дня три он отдыхал, на четвертый день он услышал, что к даче подъехала машина. В открытые ворота зашли Анфиса и Самсон Сергеевич. Валера наблюдал за ними сквозь шторы из комнаты последнего этажа, сожалея, что не уехал с дачи раньше.

Самсон Сергеевич решил вновь продать очередной, музейный гарнитур, у него появилась мысль по обновлению фирмы Егора Сергеевича, в которую он хотел взять на работу Анфису. Они вдвоем открыли дверь в музей, а там пусто, хотя обоим привиделось виденье: Егор Сергеевич сидит на своих подогнутых ногах по середине пустой комнаты. Во второе мгновение они увидели, пустую комнату, две другие комнаты тоже были пусты. Остались висеть вишневые шторы.

– Анфиса, ты, что-нибудь понимаешь? Куда могла исчезнуть вся мебель?

– Ты меня спрашиваешь? Мне откуда знать, спроси у Кирилла Николаевича.

– Кирилл ответил, что, когда они уезжали, мебель была на месте, а Инна и Лариса из-за нее теряли сознание, а дачу они оставили закрытой.

38
{"b":"95605","o":1}