ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Элси Бранд, мой секретарь, посмотрела на девочку, и в ее глазах сразу затеплилась симпатия.

– Зайди ко мне, надо кое-что записать, – попросил я.

Элси села рядом с Сандрой на диван и обняла ее за плечи.

– Так что же случилось? А?

Сандра вытерла глаза, потом улыбнулась мне и Элси, как настоящая леди, и выпрямилась. Элси Бранд, повинуясь какому-то шестому чувству опытного секретаря, сразу все поняла и сняла руку с плеча Сандры.

– Почему вы пришли именно сюда, Сандра? – спросил я.

– Я смотрю телевизионные шоу и знаю, что должен делать хороший частный сыщик. Один мой друг, он работает в библиотеке, рассказывал мне о вашем агентстве «Кул и Лэм», и я решила, что, если со мной что-нибудь случится, прежде всего приду к вам. И пришла, но вас не было, и меня согласилась принять миссис Кул.

– Так что же все-таки случилось? – спросил я в который раз.

– Дядюшка Эмос…

– Как его зовут?

– Гейдж, Эмос Гейдж.

– Ну и что с ним?

– Дядюшка Эмос… ну, он немного странный.

Я понимающе кивнул.

– Он принимает таблетки, ну… наркотики, напивается… Ни мама, ни я не можем на него повлиять. Мама говорит, что он нездоров, что он не в силах ничего с собой поделать, что это такая же болезнь, как если бы у меня была корь.

– А где он сейчас, твой дядюшка?

– Пустился в один из своих обычных загулов и еще не вернулся. Написал маме, что его запой кончился и он добирается домой на попутных машинах, но до сих пор так еще и не добрался.

– Где он живет?

– У него свой дом, недалеко от нас. Дядюшка Эмос хорошо относится ко мне и к маме.

– Он что, брат твоей мамы?

– Нет. Моя мама была замужем за его братом, моим отцом, потом он умер, и мама вышла за Джеймса Идена, ну а потом они разошлись. Дядюшка Эмос очень добрый человек, он очень хорошо к нам с мамой относится, – повторила девочка.

– И что же случилось?

– Дядюшка Эмос получает деньги из фонда опеки. Теперь он дает маме по тридцать долларов в месяц, а в этом месяце по какой-то причине он этих денег не получил. Во всяком случае, мы его еще не видели.

– И он вам не звонил?

– Нет. – Она покачала головой. – Он просто прислал открытку, – снова повторила она, – что он на пути домой и придет к нам сразу, как вернется, но… он так и не приехал.

– Откуда же твой дядя получает эти деньги?

– Из фонда опеки. Деньги ему оставил его дядя – Элберт.

– Тебе известно, сколько он оставил денег?

– Я только знаю, что там их очень много и дядя Эмос пока наследовал лишь часть из них. Позже он получит много больше.

– Твоя мама обо всем этом знает?

– Конечно. Он же дает маме тридцать долларов в месяц. И обещал, что, когда получит всю сумму, будет ей давать намного больше. Но для этого дядюшке Эмосу должно исполниться тридцать пять лет. Он еще сказал маме, что завещает все ей в случае смерти. Мы с мамой единственные, кто по-настоящему ему близок. Мы его очень любим.

Я посмотрел на часы.

– Мне необходимо увидеться с Бертой Кул по очень важному вопросу. Она ждет меня. Ты, Сандра, поговори пока с Элси Бранд, дай ей свой адрес, телефон, мамино имя. И отправляйся домой. Кстати, ты хорошо знаешь, как доехать до своего дома?

Она бросила на меня испепеляющий взгляд.

– Конечно, мне же почти пятнадцать!

– Хорошо, тогда отправляйся домой, и, как только мы что-нибудь выясним, сразу же дадим вам знать.

– Но миссис Кул сказала, что вы не можете заняться этим делом, что вы разоритесь, если будете заниматься всякой ерундой, – заморгала глазами Сандра, готовая вот-вот расплакаться.

Я хорошо знал Берту Кул – сверкающий бриллиант! Но внешность ее обманчива: внутри у нее сердце, сделанное из стали и цемента. И все же я ободряюще кивнул Элси.

– Пошел в клетку льва, а ты пока подготовь всю необходимую информацию.

Глава 2

Берта Кул временами напоминает мне огромный моток колючей проволоки. Вот и теперь она смотрела на меня с нескрываемой враждебностью своими маленькими пронзительными глазками.

– Волшебный принц из сказки! Дед Мороз! А я, конечно, как всегда, старая злая ведьма!

– Я просто хотел уяснить, чего же хочет от нас эта девочка.

– Ей хочется, чтобы к ней отнеслись с симпатией, расположением, состраданием. И все это в тебе есть, Дональд Лэм, и это худшая часть твоего существа. В тебе живут отвратительные качества, присущие всем мужчинам. Стоит только женщине любого возраста пригорюниться и выдавить из себя слезу, вы сразу разрешаете ей положить головку к вам на плечо и спрашиваете, чем можете помочь. Если бы ты не был таким законченным дураком, то многое бы понял в этой жизни. У этой незаконнорожденной есть мать, к тому же достаточно хитрая: посылает подростка в сыскное агентство только для того, чтобы вызвать к себе жалость, а не потому, что очень плохо себя чувствует.

Я стоял и слушал, расплывшись в улыбке.

– Ты хотела со мной о чем-то поговорить?

– Я не уверена, что вообще хочу тебя видеть! – взорвалась Берта. – Ты и твои необыкновенные манеры! Твое мягкосердечие! Видит бог, Дональд, если бы не я, ты бы разорил наше чертово сыскное агентство в первые же тридцать дней его существования.

– Это может подождать?

– Что может подождать?

– То, о чем ты хотела со мной поговорить.

– Черт, конечно, нет!

– В таком случае…

– О нет, это не так уж важно, – с сарказмом перебила она меня. – Всего пять сотен долларов в качестве предварительного гонорара, пятьдесят долларов за каждый прошедший день, триста долларов на расходы и пять сотен дополнительно, если мы сможем решить поставленную перед нами проблему в течение недели.

На пальцах Берты зловеще сверкнули бриллианты, когда она в ажиотаже размахивала руками.

– Но нет, мы этого не желаем! Мы слишком горды и независимы, чтобы беспокоиться о деньгах! Забудем о расходах, которые ложатся в подобных случаях на администрацию офиса! К черту наличные, пока мы гоняемся за миражами! Фирма «Кул и Лэм» отныне работает только с детьми!

Постепенно Берта начала успокаиваться. Сказала будто в телефонную трубку:

– Что у вас?.. Две тысячи долларов? Извините, нас это не интересует. Все служащие фирмы брошены на розыски пропавшей машинки пятилетнего ребенка, который не помнит, где ее оставил…

Берта сделала вид, что бросает трубку на рычаг. А я открыл дверь, чтобы вернуться к себе.

– Куда, черт возьми, ты уходишь? – завопила она.

– Хватит истерик, у меня полно дел!

– Спешишь послужить этой плоскогрудой внебрачной с голубыми глазами? К черту! Вернись и послушай, что тебе говорят!

– Пока ничего стоящего я не услышал.

Берта в ответ сжала свои бульдожьи челюсти, протянула руку к каким-то бумагам на столе, и опять сверкнули бриллианты на ее унизанных кольцами пальцах.

– Посмотри вот это. Малкольм Гринлеаз Бакли исчез неделю назад. Его жена Дафни Бакли в отчаянии. Она хочет, чтобы мы его разыскали.

– Почему? – явно невпопад задал я вопрос.

– Почему? – опять заорала Берта. – Откуда, черт возьми, я могу знать? Видимо, потому, что она любит этого сукиного сына.

– Что-нибудь со страховкой?

– Почему ты об этом спрашиваешь?

– Вознаграждение назначено в пятьсот долларов. Женщины обычно не бывают слишком щедрыми через неделю после разъезда с мужем.

В глазах Берты сразу зажегся огонек интереса к моим словам.

– Нет, ты все-таки умный шельмец, Дональд! – с некоторой долей восхищения произнесла она. – Иногда я задумываюсь над тем, как у тебя это получается? И почему до сих пор женщины не вытащили золотые коронки у тебя изо рта, не сорвали с тебя рубашку, а самого не выбросили на съедение рыбам?

– Значит, все-таки дело в страховке?

– Семьдесят пять тысяч долларов и двойная компенсация в случае несчастного случая.

– Так с чего же в таком случае мы начнем?

– Ты начнешь с разговора с миссис Бакли, ее имя Дафни. Не правда ли, звучит как название какого-то блюда?

2
{"b":"9684","o":1}