1
2
3
...
40
41
42
...
86

Сэм придвинулся ближе. Его плоть тяжело легла на обнаженный живот Лидии, коснувшись пупка. Он соскользнул ниже – и она ощутила толчок в промежность. От этого прикосновения в ней расплескалась волна жара. Каким он был твердым и гладким, каким горячим! Теперь, когда ничто не разделяло их тела, можно было до тонкостей прочувствовать, как мужская плоть скользит вдоль женской вверх и вниз. Она казалась бесконечно длинной и толстой. Нет, снова подумала Лидия, у них ничего не получится. Она зажмурилась, всем телом прислушиваясь, как тяжелый жезл движется вплотную к ее плоти, открытой для проникновения. Он был каменно – тверд внутри шелковистой, нежной кожи. Он был само совершенство. Каждый раз он задерживался у самого входа в нее, словно стараясь приучить к себе, подготовить к тому, что вот – вот произойдет. Потом он плотно прижался там и замер.

Сэм наклонился к губам Лидии, легонько прикусил нижнюю зубами, прильнул всем ртом – и сделал толчок бедрами. Ощущение было престранное: словно очень маленькое отверстие каким-то чудом всосало в себя предмет размером с большую сливу. У Сэма вырвался невнятный звук – полувздох, полустон.

Он проник в нее лишь частично, но уже и это порождало чувство жжения. Он начал чуть заметно двигаться, каждый раз проникая внутрь поглубже. Должно быть, он и теперь знал, что делал, вот только с каждым движением усиливалось жжение внутри. Однако Лидия знала, что все идет как надо. Она хотела, чтобы это продолжалось, хотела большего.

Мало – помалу неприятное чувство ослабело. Неглубокие толчки длились и длились, но вдруг что-то изменилось. Не то чтобы Лидия ощутила это, просто инстинктивно поняла, что наступил решающий момент. Сэм замер, помедлил и сделал сильный, но осторожный, по-своему аккуратный толчок. Его сразу стало заметно больше внутри ее тела, и это сопровождалось более сильным, болезненным жжением. В ней словно что-то подалось, впуская его. Понять, что случилось, было нетрудно – барьер был разрушен. Ее девственность осталась в прошлом.

У Лидии вырвался крик, но не боли, а удивления. Именно удивление было ее первой реакцией. Она чего-то лишилась. Что она обретет взамен?

Болезненное ощущение не длилось долго и скоро растаяло, осталось только чувство наполненности, в котором было что-то первобытное.

– Это еще не все… – с трудом выговорил Сэм.

Лидия хотела сказать, что она об этом догадывается, что все не может заключаться только в том, чтобы покончить с девственностью, но вдруг ее пронзила догадка: он имел в виду нечто совсем иное! Он говорил о том, что еще не вся длина его плоти находилась внутри! Она не нашла, что сказать на это, просто собралась с силами для дальнейшего.

Снова началось качание и продвижение вперед крохотными шажками. Боже, какой он огромный! Неужели все мужчины таковы? Или дело в ней самой? Значит, все невинные девушки так узки и неглубоки?

– Хватит! – взмолилась она. – Я больше не смогу… не смогу принять…

– Сможешь, – возразил Сэм сквозь зубы. – Просто… о Боже! Просто ты еще слишком узка! Я не хочу причинить тебе боль.

Не переставая двигаться, он приподнял Лидию за бедра и несколько раз качнулся навстречу, показывая нужный ритм. Чем глубже он проникал, тем приятнее становилось ощущение его присутствия внутри. Даже воспоминание о недавней боли рассеялось. Он как будто задабривал ее тело, уговаривал его смириться с происходящим, и оно чем дальше, тем больше покорялось. При всем отсутствии личного опыта Лидия угадывала, насколько Сэм с ней терпелив и как это непросто. Для него это были минуты тяжкого труда, в то время как она просто наслаждалась..

Как это удивительно – то, что ею обладают! Она была так устроена, чтобы однажды быть заполненной. И вот это свершилось! Даже просто сознавать это было упоительно.

Все ее существо было сфокусировано на одном – движении туда и обратно. Как если бы Сэм делал шаг назад и два вперед. Должно быть, там, внутри, она была хоть и узкой, но гладкой, потому что движение было скользящим, без запинок. И приятным – о, до чего приятным!

Наверное, Сэму было в конечном счете не так уж плохо, потому что в лице его и взгляде было что-то лихорадочное. Когда они двигались вот так, в унисон, он шептал ей на ухо что-то ласковое, какой-то милый вздор, чем дальше, тем менее внятный, пока все не свелось исключительно к восклицаниям. Что-то изменилось и для самой Лидии. Простое чувство радости и довольства постепенно переросло в сладостное томление, которое нарастало и ширилось. Но прежде чем оно достигло наивысшей точки, Сэм окаменел, напрягся, по телу его прошла короткая дрожь.

– Боже мой, Лидди!

В его голосе слышался ужас. Он судорожно отстранился, рванулся было назад, но лишь упал на колени, содрогаясь всем телом, словно под ударами бича. Его блестящее от испарины лицо было искажено почти до неузнаваемости, с губ срывались такие проклятия, каких Лидии никогда и нигде не приходилось слышать.

Это продолжалось недолго, считанные секунды. Что бы это ни было, оно кончилось. С долгим облегченным вздохом Сэм повалился на бок и перекатился на спину чуть в сторону от Лидии, забросив одну руку за голову, а другой прикрыл глаза. Он выглядел, как после тяжелого припадка. Озадаченная, Лидия в растерянности приподнялась на локте и робко спросила: Это моя вина? Да? Я сделала что-то не так?

Сэм отнял руку от глаз, глядя на нее с недоумением, потом засмеялся.

– Бог с тобой, конечно, нет! – Он запустил обе руки в свои волосы, намотал их на пальцы и сильно дернул. – Понимаешь, все дело в том, что… как бы тебе растолковать… короче, это самый ненадежный способ избежать последствий. –

– Вот как? – неуверенно произнесла Лидия, понятия не имея, о чем речь.

Она оглядела себя. На внутренней стороне бедра виднелось пятно крови, а ниже, между ног, было что-то еще – прозрачная лужица.

– О! – сказала Лидия, наконец сообразив. – Так вот почему ты отстранился! Хотел успеть, пока…

– Умница. – Сэм слабо улыбнулся. – Успеть-то я успел, но чуть было не случилось беды. Ну, черт возьми, и ну!

Лидия в ответ одарила его сияющей улыбкой, придвинулась поближе и свернулась клубочком у него под боком, как кошка.

Она словно заново родилась. А вместе с ней родился и их общий, секретный язык. «Ну, черт возьми, и ну!» Сэм – настоящий друг, такие встречаются один на тысячу. За три дня они узнали друг о друге больше, чем многие узнают за всю жизнь. Во всяком случае, он знал ее лучше, чем родные и близкие. А все потому, что хотел узнать ее как следует, хотел ее понять. Ему не все равно, и ей тоже. Ей так удобно с ним, так естественно. Она доверяет ему больше, чем себе самой.

Пока Лидия раздумывала, Сэм собственническим жестом протянул руку и привлек ее к себе. Как чудесно, подумалось ей в полудреме! Все ее тело, руки и ноги, лицо и даже кожа головы ощущались совершенно расслабленными, теплыми. Было невообразимо уютно и как-то еще, но как именно, она пока еще не умела объяснить. Растрепанная, все еще мокрая, только что совершившая то, что могло погубить ее репутацию, Лидия чувствовала себя на седьмом небе от счастья.

Ну, черт возьми, и ну! Сэм с удивлением вспомнил выражение, которое сам же и выдумал. Но еще больше его удивляло то, что он лежал рядом с Лидди, держа ее в

объятиях, и то, каким это казалось естественным. У них было столько общего! Ему хотелось присвоить часть ее удивительного характера и добавить к своему. Он был бы счастлив стать таким же терпимым, иметь такое же чувство юмора и столько же собственного достоинства. Он хотел бы уважать себя.

. Как он опять все усложняет! Но она принимала его таким, каков он есть. Разумеется, ей хочется, чтобы с ним было легче и проще, но она не возражала и против него теперешнего. Сэм не желал быть в тягость ни ей, ни себе самому, но не умел ? быть другим, хотя предпочел бы стать более цельной личностью, прямой и непосредственной, и не воспринимать свои недостатки так болезненно.

Лидди закрыла глаза – должно быть, задремала. Ее длинные ресницы опустились и теперь касались кончиками округлостей щек. Сэм тронул губами ее веки – одно и чуть погодя другое, дотронулся до полуоткрытых губ, устроился поудобнее! и тоже прикрыл глаза. Медленно погружаясь в сон, он думал о том, с какой удивительной девушкой свела его судьба. Лидди Браун. Она вскружила ему голову!

41
{"b":"970","o":1}