ЛитМир - Электронная Библиотека

Так-так-так! Нет, господа, его новую училку никак нельзя было считать уродиной! Вряд ли она тянула на писаную красавицу, однако — Господь свидетель — без шляпы Эдвина выглядела просто великолепно!

Первым делом бросались в глаза густые золотисто-рыжие волосы. Они отбрасывали на ее лицо тот теплый загадочный свет, что способен превратить самую унылую темную комнату в подобие Божьего храма. Россыпь веснушек на молочно-белой коже походила на следы какой-то волшебной золотистой пудры — такими они были яркими и в то же время мелкими, сливавшимися в одно пятно. Большие круглые глаза часто мигали за прозрачными стеклами очков. Но что действительно заслуживало внимания, так это ее нос. Длинный, тонкий, как клинок, с заметной горбинкой, он очень подходил к ее вытянутому лицу и худощавой фигуре. А кроме того, говорил о весьма сильном характере.

Впрочем, судя по всему, мисс Боллаш не очень волновало впечатление, которое она произвела на Мика.

А ведь она ему очень даже понравилась: яркая, необычная — ни дать ни взять лесная фея!

Но фея тут же явила Мику свой крутой норов.

— Ох, Мильтон! — всполошилась она. — Вы не ушиблись? Что вы себе позволяете, мистер Тремор?! Ваша ругань разносится по всему дому!

Мильтон и Мик принялись оправдываться.

— А какого черта он меня лапал?

— Нет, я не ушибся, хотя вымок до нитки...

— Я не собираюся плавать в вашей вонючей ванне! Ни о какой ванне давеча и речи не было!

— Ваша милость, если позволите выразить мое мнение, этому типу место не в ванне, а скорее в зверинце...

— Да я ни за какие деньги не позволю какому-то старому хрычу...

— Довольно! — отрезала она. — Довольно сквернословия, мистер Тремор!

Ах ты, неблагодарная баба! Мик гордо расправил плечи и как можно спокойнее заявил:

— Да будет тебе известно, голуба, что кабы не мое «сквернословие», — тут он виртуозно повторил ее собственные интонации, хотя понятия не имел, что обозначает это слово, — я торчал бы тута в чем мать родила, со всеми причиндалами напоказ!

Наконец-то ее пробрало аж до самых печенок! Голубые глаза сделались размером с плошку и подернулись ледяной серой дымкой.

Вот и ладненько! Хоть ненадолго она умолкла! Мик, имевший обычай ковать железо, пока горячо, снова попытался объясниться:

— И не надо вешать мне лапшу на уши, будто ваши мужики готовы трепыхаться в ванне, как цыплята, которых вымачивают на обед...

— Мистер Тремор, уверяю вас, джентльмены всегда принимают ванну...

— Да откуда тебе про то ведомо? Ты че, сама видала, как они плавают в ванне?

Эдвина озадаченно наморщила свой веснушчатый лобик и обратилась за помощью к вымокшему до нитки слуге, неловко перевалившемуся через край ванны:

— Мильтон, вот вы... вы принимаете ванну, не так ли?

— Безусловно, мадам. Только перед этим я обычно раздеваюсь.

— Ну вот и допринимался! — с воодушевлением подхватил Мик. — Теперь понятно, почему он так похож на старую вешалку! Слишком много воды...

Мик выразительно умолк, не обращая больше внимания на выполосканного им старикашку, однако на Эдвину его аргументы почему-то не действовали. Она сердито поджала губы и заявила, качая головой:

— Вы должны принять ванну!

Мик видел, что дамочка растерялась и не знает, как заставить его лезть в эту лохань. Она не только растерялась, но и расстроилась. Так расстроилась, что Мику стало ее жалко. Он уже готов был уступить — ради нее. Но ради себя решил настоять на своем:

— Я никому ничего не обязанный! И заодно заруби себе на носу: мои усы останутся там, где были, — у меня на губе!

Дамочка еше сильнее нахмурилась и вдобавок так скривила губки, что весь подбородок пошел складками. Вид у нее сделался совсем несчастный. Она с ужасом уставилась на его усы, будто они могли прыгнуть и укусить ее за нос. Когда до Мика дошло, что она старается набраться храбрости и опустить взгляд ниже — на его обнаженную грудь, он не спеша скрестил руки, но вовсе не для того, чтобы прикрыться. Мик знал, что теперь его мышцы сделались еще более выпуклыми. А сам он выглядел как настоящий силач. И провались она к черту со своей ванной!

— Усы останутся! — повторил он.

Губы Эдвины брезгливо дрогнули, но все же она решила пойти на уступку.

— Ну, тогда их придется подстричь. Просто подстричь. Однако ванну вы все равно примете.

— Ни за что.

И какого черта ей так приспичило запихнуть его в эту лохань?

— Сэр, я не смогу сделать из вас джентльмена до тех пор, пока вы будете вести себя как бродяга из подворотни!

— Слушай, голуба, — разъяренно рявкнул Мик, — не слишком ли много ты на себя берешь?! Да, мы условились с теми парнями, что ты постараешься меня изменить, но только о себе я буду заботиться сам, понятно? Ты говоришь — я слушаю и решаю сам, что мистер Тремор должен делать, а что нет! И в ванну я не полезу!

Она уперлась кулаками в бока, так что острые локти касались дверных косяков. Бледное личико заметно порозовело. Девчонка явно набиралась отваги, чтобы дать ему отпор.

— Значит, нам больше не о чем говорить, потому что от вас разит, как от помойки! Кстати, вам придется избавиться и от этого! — Эдвина ткнула пальчиком в его оттопыренный карман.

Надо же! Эта неугомонная барынька вообразила, будто имеет право отнять у него Фредди!

Но мисс Боллаш и этого было мало. Она взялась за Магика:

— А вашего пса тоже нужно как следует вымыть!

Еще чего не хватало! Однако Мик из последних сил старался сохранить выдержку.

— Ну что ж, коли вы хотите запихать в вашу лоханку и Мага — вам и карты в руки! А что до Фредди, мисс Боллаш, то я не дам ее в обиду — и плевать мне на ваше пари! Фредди меня кормит и поит! Провалиться мне на этом месте, если в городе есть еще один такой хорь...

— Я не позволю, чтобы какие-то грызуны...

— Да какой же это грызун? Вовсе наоборот! Она грызунов на дух не выносит! Она на них охотится!

— В моем доме ему охотиться не на кого!

— Ей! Фредди — это она, и она останется со мной! Да пойми же ты: в наши дни хороший хорь ценится на вес золота!

Кажется, это ее убедило. Мик уже поверил в свою победу, когда Эдвина поинтересовалась:

— Где вы держите ее у себя дома?

— У нее есть ящик, и она иногда в нем спит.

— Можно его доставить сюда?

— А почему бы и нет?

— Отлично. Мы ведь могли бы поместить ящик на заднем дворе, в каретном сарае?

— Нет, раз я сказал, что она останется со мной, — так оно и будет!

— Но только не у меня дома!

Мик уже был на грани отчаяния. Ему осточертело это пари, приносившее одни неприятности. Однако сдаваться было рано. Сотня фунтов на дороге не валяется. К тому же ему все сильнее хотелось научиться правильно говорить и хотя бы какое-то время пожить в роскоши.

— Ну, разве что если ваш каретник неподалеку от дома. Я сам пойду проверю: там должно быть светло и сухо. Но только никаких ванн, лады? Я отлично вымоюсь водой из тазика!

— Вы примете ванну, мистер Тремор. Вы примете горячую ванну, подстрижетесь и побреетесь. — Она снова мрачно посмотрела на его верхнюю губу и добавила: — Бриться придется каждый день. И каждый день менять белье. Это не шутка, сэр! — Эдвина перевела дух, красная от смущения. Такого рода перебранки явно не были ее стихией. — Учтите, вам предстоит смириться со многими непривычными и новыми вещами, и ванна — это только начало! Вы не просто будете учиться правильно строить фразы и произносить слова. Чтобы за каких-то шесть недель стать джентльменом, вам придется слушаться меня беспрекословно!

— Да я только и делаю, что слушаю! Но учить то, что кажется мне чепухой, — извини-подвинься! Какая уж тут учеба! Получится, что я просто повторяю, как мартышка, а я должен понять вещь изнутри, усекла? И ванна эта для меня непонятная! В ней же утопнуть — раз плюнуть! А я плавать не умею! Сколь я себя помню — всю жизнь мылся в тазике. Ты не подумай, я тоже знаю, как себя блюсти, и завсегда хожу чистый...

11
{"b":"971","o":1}