A
A
1
2
3
...
25
26
27
...
32

– Я просто не уверена, что человек в его возрасте и состоянии способен принимать полностью взвешенные решения. Что до этой дамочки... Я долго размышляла, что ей нужно от папы, теперь я знаю. Она знала о его болезни. Знала, что долго разыгрывать ангела милосердия ей не придется.

– Успокойся, Анжела! Сара не такая. И все обстояло совсем не так. Они знакомы уже несколько лет, а познакомились до того, как папа узнал о своей болезни.

– И ты в это веришь? Олух.

– Это правда.

– Потому что она сказала?

– Мне об этом сказал папа. А теперь, с твоего позволения, я пойду и позвоню Обадии, чтобы он организовал приезд Сары в Хьюстон.

Анжела подняла на брата холодные, исполненные ненависти глаза и процедила сквозь зубы:

– Ее там нет.

Не веря своим ушам, Марк смотрел на сестру.

– Что... что ты имеешь в виду?

– Что слышал. Я же тебе уже об этом сообщила! Ты глухой или глупый? Сары Джонсон на ранчо нет. Она уехала. Улетела в Англию.

– Когда? Как это могло...

– Три дня назад.

– Но она звонит каждый день.

– Марк, не испытывай мое терпение. Знаешь, есть такая штука, называется телефон. Это значит «слышать на расстоянии». Ты до сих пор не в курсе?

Марк в бешенстве шагнул к сестре и прошипел, нависнув над ней:

– Я правильно понимаю, что к ее отъезду приложила руку ты?!

– И что с того, братец? Ты бы сделал на моем месте то же самое.

Марк прищурился. У Анжелы бегают глаза, это странно...

– Тогда почему ты выглядишь такой озабоченной, сестричка? А я тебе скажу почему. Ты не имела на это никакого права!

– Я на все имею право! Из-за нее папе стало плохо. Она... она перенапрягла его, он слишком ослаб от ежедневных...

– Она никогда не была его любовницей.

– Откуда ты знаешь?

– Знаю!

– Тебе папа сказал?

– Нет. Папа мне этого не говорил.

– Только не говори, что поверил ее собственным лживым уверениям. Марк, это же...

– Сара не лжет. Никогда не лгала. И в любом случае ничего мне не говорила. Я узнал сам. Объяснить – или догадаешься?

Анжела замерла. Вытаращила глаза до пределов возможного. Открыла рот и прикрыла его пальцами. Тихо прошептала в непритворном ужасе:

– Ты... ты ее... У вас с ней... Вы занимались сексом?

Марк молчал. Анжела в отчаянии покрутила головой и простонала:

– Это ведь только доказывает мою правоту... Вот что она за женщина!

– Она не женщина, Анжела. Точнее, она ею не была. Она девственница. Она не знала мужчин до меня. Так что в следующий раз – когда надумаешь обсуждать Сару Джонсон – попридержи свое жало, которое ты почему-то называешь языком.

Совет старых ковбоев гласит: если кобыла имеет скверный характер, дайте ей как следует кулаком по лбу. Главное – правильно рассчитать силу. В любом случае у вас останется пара минут в запасе, чтобы оседлать ее или убежать из кораля.

14

Сара привычно бросила сумку в угол, повесила плащ на вешалку и недовольно покосилась на автоответчик. Он тревожно мигал красной лампочкой. Кто это может быть? Она оставила свой телефон медсестрам в Хьюстоне и попросила звонить, если что-то изменится. Несколько (точнее, парочка) старых подруг обычно звонят после девяти.

Она вздохнула, подошла к телефону и нажала нужную клавишу.

Боже, только не плохие новости. Хватит их с нее.

В комнате раздался голос, от звука которого Сара Джонсон молча села на подлокотник кресла и застыла. Единственный повод, по которому мог звонить этот человек, был на редкость печален. Бен умер...

– ... сестра рассказала мне, как все произошло. Неважно. Папа тебя очень ждет. Мы все будем тебе очень признательны, если ты сможешь вернуться к нам. Пожалуйста...

Отбой. Тишина. Сара остановившимися глазами смотрела на телефон. Потом вскочила в панике – ведь она не слышала начало сообщения!

– Сара? Мне очень жаль, что тебе пришлось уехать в Англию ТАКИМ образом. Сестра рассказала мне, как все произошло...

Сара вспомнила, как Анжела выгоняла ее с ранчо, и поежилась. Ох, что-то сомнительно, чтобы она рассказала всю правду...

Да провались она, эта Анжела! Вот что действительно важно, так это просьба Бена. Он хочет ее видеть, Сара нужна ему, и ни одна Анжела на свете не помешает ей.

Помешать Саре Джонсон может только один человек. Если у нее трясутся коленки при звуке его голоса, как же она посмотрит ему в глаза при встрече? Марк...

Сделать вид, что ничего не случилось? Это невозможно, потому что на самом деле вся ее жизнь изменилась. С того самого момента, с той самой ночи...

Обадия уговаривал ее остаться и подождать Марка, но Сара словно окаменела. Крики Анжелы, ее слова, все проходило мимо, было совершенно несущественным. Сокрушенный секретарь – она впервые видела хоть какую-то эмоцию на его бесстрастном лице – отвез ее в аэропорт, и через несколько часов перелета Сара уже выходила в Хитроу, а еще через два часа скоростная электричка высадила ее в Эдинбурге.

Вещей было немного, только ее собственные, не подарки Бена. Просто сон. Тяжелый, запутанный, временами страшный сон. Она выспится дома и все забудет.

Так она думала, идя по тихой улочке к своему дому, но уже на следующий день поняла, что забыть ничего не сможет. Воспоминания были слишком яркими, слишком волнующими, слишком пряными и горькими, и Сара очень быстро поняла, что некоторых вещей не сможет забыть никогда в жизни.

Марк – другое дело. Для него это было всего лишь сексуальным упражнением, обычным удовлетворением плоти и никакого продолжения иметь не могло. Да и Бен вряд ли имел в виду, что между его старшим сыном и Сарой могут быть вообще хоть какие-нибудь отношения. Марк должен жениться на женщине своего круга.

Жениться? Откуда ты вообще это слово взяла, Сара Джонсон? Ты, должно быть, слабоумная, если полагаешь, что путь из постели любовников обязательно ведет к алтарю. Кроме того, Марк вообще не собирался жениться на ком бы то ни было, в особенности на содержанке своего отца.

Потому что ее девственность вовсе не исключала возможности жить за счет Бена Рэндалла и вовсю пользоваться его деньгами.

Она вздохнула при мысли о Бене. Без него ей плохо, тоскливо, одиноко. Он заменил ей отца, помог в трудную минуту, стал добрым другом и наставником, даже с разводом помог. Кто знает, без его помощи она могла бы до сих пор быть во власти этого подонка. Хотя нет, в этом случае она была бы уже в психушке.

Их с Беном познакомил Фаберже. Крохотная шкатулочка, красное дерево, инкрустированное золотой нитью и маленькими бриллиантами... Стенли, ее босс, поручил Саре отнести эту шкатулочку одному важному клиенту в отель. Стенли доверял ей, а заподозрить унылую, бесцветную девицу в том, что она несет с собой полмиллиона фунтов, мог только очень романтичный грабитель. Так Сара попала к Бену Рэндаллу впервые.

Потом были другие безделушки, другие встречи, и Бог знает почему, но американский миллионер и невзрачная англичаночка сдружились. Все как-то совпало в их жизни: прогрессирующая болезнь Бена, отчаяние Сары и обоюдное одиночество. Он был стар и мудр, она нуждалась в его советах. Именно Бен решительно потребовал, чтобы она развелась и ни о чем не жалела.

– Иначе это уничтожит тебя, девочка! – веско сказал он.

Сказать было легко, сделать значительно сложнее. Дик превосходно умел манипулировать людьми, а уж Сару знал отлично. Он запугивал ее такими ужасами и неприятностями, что она ни за что бы не решилась на развод, если бы не Бен. Он нашел ей адвоката, оплатил все судебные издержки – и через некоторое время Сара уже жила одна. Первое время родители Дика звонили ей и обвиняли в том, что она разрушила жизнь их сына. Это было нелегко, но Бен помог пережить и это. Именно он встретился с ее бывшим мужем, чтобы предупредить его: Сара больше никогда не должна видеть и слышать как его самого, так и его родителей, иначе Дика Джонсона ждут очень большие неприятности. Как ни странно, короткая беседа возымела действие – звонки прекратились, Дик исчез из ее жизни.

26
{"b":"975","o":1}