ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Бэт, дорогая...

– Ну кто интересуется Шарон Ино?

– Мэрфи надеется, что это будет всем интересно, – сухо заметил Дуглас.

– Только не мне, – фыркнула Бэт. – Она – это еще одна вышедшая в тираж киноактриса, и только.

– Но она была уникальной актрисой, – упрямо защищал Шарон Дуглас, понимая, что таким образом он вызывает у девушки подозрение.

Та начала бросать на него косые взгляды.

– Таково твое мнение? А я думала, что в то время ты был слишком молод, чтобы обращать на нее внимание.

Дуглас вздохнул.

– Не приставай, Бэт. Тебе это не идет.

– Знаешь, – она покачала головой, – талант не нужен, чтобы играть в фильмах! Я слыхала, что снимают эпизоды не дольше минуты. Даже слова роли запоминать не нужно. Отец говорит, что это шальные деньги.

А он знает толк в деньгах, подумал про себя Дуглас, хотя его взгляды редко совпадали со взглядами Алана Рашада, одного из влиятельных бизнесменов страны. Он возглавлял корпорацию, владевшую широкой сетью доходных супермаркетов в Ирландии и Шотландии. В своих делах он разбирался, но только не в производстве фильмов.

– Возможно, он прав, – поспешил согласиться Дуглас, не желавший продолжать дискуссию, – извини, если я оказался нетактичен.

Бэтси нетрудно было успокоить.

– Да нет, ты не был нетактичен, ну, не совсем, – сказала она, протягивая руку через стол в знак примирения. И улыбнулась. – Ты просто почему-то сердишься, вот и все. Может потому, что тебе не хочется отправляться на поиски этой женщины? А Ричард Мэрфи выбрал тебя, Дуг, потому, что твоя мать с ней хорошо знакома?

– Что-то в этом духе, – сдержавшись, согласился он. – Можем ли мы наконец поговорить еще о чем-нибудь? У меня осталось всего полчаса свободного времени. Мы сегодня заканчиваем работу над последней частью документального фильма о защите животных и бездомных. Мы пригласили Питера Хейса, известного аналитика-публициста, провести встречу между представителями общественности и обществом защиты бездомных и животных. У нас есть потрясающие кинокадры жестокого обращения с людьми и животными. Должно получиться довольно интересно.

Бэтси недовольно поморщилась.

– Не могу понять, как ты можешь участвовать в таких дискуссиях! – воскликнула она. – У меня сердце сжалось, когда ты вчера рассказал мне о посещении приютов и ночлежек. Мне кажется, что твои родители предпочли бы, чтобы ты лучше занимался делами поместья. Ведь кому-то придется делать это, когда твой отец состарится.

– Не знаю, поверишь ли ты мне или нет, но меня это не очень волнует, – тихо проговорил он с лукавой усмешкой. – Если ты хочешь стать хозяйкой поместья, тебе лучше положить глаз на братца Брюса. И, думаю, ты будешь очень разочарована, если надеешься, что я когда-нибудь изменю это решение.

Бэтси надула губки:

– Но ведь ты старший сын! – Она покачала головой. – Такова традиция.

– Благословен тот, кто ни на что не надеется, – он никогда не будет разочарован, – сухо заметил Дуглас, заставив девушку тяжело вздохнуть.

– А чьи это слова?

– Мои. Я их только что произнес.

Бэтси укоризненно посмотрела на него.

– Ну что ты дурачишься. Ты ведь понимаешь, что я имею в виду.

– О да. Я полагаю, это слова поэта и ученого, жившего на рубеже XVII и XVIII веков.

Бэтси собиралась было резко прокомментировать сказанное, но тут принесли бутерброды, и она ограничилась упреком:

– Ты такой умный, не так ли? Не понимаю, что ты нашел в такой глупышке, как я?

– Неужели не понимаешь?

По ту сторону стола в глазах Дугласа промелькнул такой похотливый чертик, что девушка радостно засмеялась и принялась за еду.

– Ладно, ладно, – согласилась она и покраснела, – прекрати так смотреть на меня. Займись лучше едой.

Глава 2

«... Сандра и Элизабет вскрикнули, заставив Лайта высоко подпрыгнуть. «Героиням так кричать не полагается», – поучал пес Лайт, но даже его испугало внезапное появление динозавра. Конечно, он убеждал себя, что тот настроен дружественно, но ведь не мог же он заставить себя любить его. Динозавр был большой, зеленый, как лягушка, и с некрасивой коричнево-серой чешуей на лапах. И нужно убедить сестричек, что не стоит бояться огромных лап. Ведь они, в конце концов, всего лишь маленькие девочки, и у них в друзьях есть сказочный летающий голубой слон, который всегда может прийти на помощь...»

Ну вот, это в защиту слабого пола, с насмешкой подумала Шарон, прочитав напечатанное, заложила руки за спину и потянулась. Тем более что Лайт – герой рассказа, а аудитория, для которой эта книга предназначена, вряд ли станет протестовать против защиты сестер, подруг, мам, бабушек.

Для писательницы это совершенно новая сюжетная линия, и она только начала ее разрабатывать. Она опять отвлеклась от работы. С тех пор как этот подозрительный человек появился на пороге ее дома, Шарон трудно было сосредоточиться на чем-либо, а ведь необходимо еще создать образ главного героя.

Однако, пыталась она успокоить себя, сыну рассказ понравился и следует выбросить из головы этот неприятный случай. Нужно пытаться писать о чем-то новом, несмотря на то, что редактор просил ее продолжать серию рассказов о Вэле Диме до тех пор, пока она не надоест молодому поколению. А ведь она уже написала их более двадцати, все посвященные этому герою.

Было очень жарко, и, хотя Шарон провела за машинкой чуть больше часа, спина ее стала мокрой, а шорты прилипали к телу.

Возможно, лучше было писать о желающем стать добрым динозавре, подумала она, критически просматривая написанное. Зеленый, как лягушка, динозавр показался Шарон более привлекательным. Ведь он постепенно превращался в такое доброе существо! Даже несмотря на то, что так напугал Элизабет и Сандру, подумала она, улыбаясь. Кроме того, зеленый цвет – цвет надежды!

Шарон глубоко вздохнула и посмотрела на плоскую золотую «Омегу» на руке. Одиннадцать часов – пора выпить чашечку кофе. Лайт может полчаса подождать, тем более что английские сеттеры к старости никогда не отличались большой сообразительностью. Иногда по характеру они напоминали хиппи.

С трудом поднявшись из кресла и разминая затекшие ноги, Шарон прошла через гостиную в просторную кухню, которую она сама обустроила. Возможно, та не вполне соответствовала современным стандартам, но в ней сочетались деревенский уют и технические достоинства шестидесятых годов. Правда, там не было посудомоечной машины, но зато полно всяческих кухонных приборов, необходимых для приготовления вкусной пищи.

За последние годы Шарон научилась прекрасно готовить. У нее проявился настоящий талант в печении пирогов, и она постоянно с удовольствием экспериментировала, совершенствуя свое искусство.

В начале своего уединения и добровольного исчезновения из светской жизни, прежде чем Шарон стала писать книги для детей, у нее оказалось много свободного времени. Уход за маленьким ребенком не требовал таких затрат энергии, как это было необходимо для постоянно занятой актрисы, и она не знала, чем занять себя. Безделие тяготило.

Не то чтобы она жалела о прошлом. Еще задолго до того, как Шарон приняла решение все бросить, она испытывала недовольство жизнью. Несмотря на блестящие успехи в кино и множество друзей, она устала ото лжи и ханжества окружающего ее мира. Все было так искусственно, так противно. Ей захотелось избавиться от всего этого.

Возможно, на это решение в какой-то степени повлияла смерть матери. Без ее настойчивости и требовательности Шарон вряд ли поступила бы в актерскую школу и добилась таких успехов в кино. Самой ей хотелось учиться в университете и выйти замуж. Она вовсе не желала стать актрисой. Богатство и слава не прельщали ее.

Правда, если честно признаться, она с удовольствием вспоминала первые дни своего успеха. Интерес прессы, приемы, встречи со знаменитостями – все это было так увлекательно для неискушенной Шарон Ино. Фотографы преследовали ее, каждый шаг молодой актрисы не оставался незамеченным.

3
{"b":"978","o":1}